Иней (ЛП)

— Ты говоришь мне это по той же причине, по которой уже выбрал меня для победы. Я та, кто не представляет риска — персона, в которую ты не влюбишься, и потому не нужно беспокоиться. Потому что я тебе не нравлюсь, и это делает меня надёжным хранителем для твоих секретов. Никаких беспорядочных чувств.
Торин остановился перед величественным входом в библиотеку с высокими каменными колоннами.
— И я тебе тоже не нравлюсь, — он приподнял бровь. — Верно?
Мой разум словно полоснуло острым кинжалом. Я уже знала, какого ответа он хочет.
— Верно.
Торин глубоко вздохнул и отвёл взгляд. Когда он снова посмотрел на меня, его глаза горели интенсивностью.
— Хорошо. Это то, что делает тебя моей идеальной невестой. И это напомнило мне о сегодняшнем вечере. Ты умеешь танцевать, как фейри? При нашем дворе это что-то вроде бального стиля.
— Я буквально понятия не имею. Два способа, которыми я умею танцевать — это базовое, ни к чему не обязывающее покачивание бёдрами и танго.
— Танго?
— Я записала нас с Эндрю на совместные занятия, потому что подумала, что весело будет для… — я закрыла глаза, чувствуя, как жар приливает к моим щекам, когда поняла, какой жалкой я была, представляя наш свадебный танец, хотя он никогда не делал мне предложения. — Я просто подумала, что это будет весело. Два года занятий танго.
— Хорошо. Думаю, я смогу работать с танго. Просто следуй за мной, когда я буду вести, Ава, и мы будем выглядеть красиво и романтично перед камерами.
— Конечно.
Торин провёл меня между высокими колоннами в великолепную библиотеку с двумя этажами книг, соединёнными спиральными лестницами. Потолок над книжными полками из красного дерева был арочным, с нарисованными изображениями фейри, танцующих на поросших травой полях, с полевыми цветами, вплетёнными в их яркие локоны. Глядя на них снизу вверх, я почувствовала острую тоску по прошлому, которого никогда не знала.
В центре комнаты на рядах столов стояли лампы с зелёными абажурами. Кожаные кресла только и ждали, когда ими воспользуются. С потолка свисали простые деревянные круги, освещённые мерцающими свечами, которые, должно быть, представляли наибольшую пожароопасность в мире.
Торин повернулся ко мне.
— Подожди здесь несколько минут. Я вернусь с кое-какими записями о рождении за твой год. Тебе столько же лет, сколько и мне, да?
Я кивнула.
— Двадцать шесть, — вычисление возраста ребёнка фейри, оставленного у входа в больницу, не было точной наукой, но я была относительно уверена в годе и месяце.
Когда Торин оставил меня одну, я стала зачарованно бродить между книжными полками. Там были тысячи и тысячи томов с закрученными золотыми узорами на переплётах, и все они были написаны на языке, который я не могла прочесть. Другие тома в блестящих кожаных переплётах были написаны на современных человеческих языках.
Я шла по библиотеке, пока, наконец, не заметила гибкую, седовласую фейри, сидящую за столом красного дерева.
— Могу я вам помочь? — позвала она тонким, пронзительным голоском.
— Здесь можно брать книги как в библиотеке?
— Если у вас есть читательский билет, — её глаза были удивительно яркого зелёного оттенка и изучали меня с выражением, которое было не совсем дружелюбным.
— Боюсь, у меня его нет.
Она побарабанила по столу ногтями.
— Никто не может брать книги из Королевской библиотеки без читательского билета, — она шлёпнула маленький листок бумаги на стол передо мной и сунула мне авторучку. — Распишитесь здесь.
Я поставила подпись и дату. Как только я закончила, на бумаге вспыхнул яркий свет, и она исчезла.
— Я могу взять что угодно? — спросила я.
— Ограничение — десять книг за раз, — сказала библиотекарь. — Если вы не вернёте их в течение четырнадцати дней, ваше клеймо будет активировано.
— Моё… клеймо?
— Ну, технически, это королевские узы, — сказала библиотекарь. — Если вы не вернёте свои книги вовремя, в середине вашего лба появится светящаяся буква Б. Обжигает кожу до тех пор, пока книги не будут возвращены.
 
Я уставилась на неё.
— Это можно было бы объяснить заранее.
— До тех пор, пока вы возвращаете книги, проблем не возникнет, — она протянула мне маленькую золотую карточку с моим именем, написанным на ней. — Какую книгу вы искали?
— Что вы посоветуете по истории фейри? — хотя на самом деле я не была уверена, что по-прежнему хочу что-то брать.
Библиотекарь повернулась на стуле, пробормотав что-то на языке фейри, и красная книга пролетела по воздуху прямо ей в руку. Она уронила том себе на колени. За красной книгой последовала коричневая и ещё одна, переплетённая в выцветшую синюю ткань. Она развернула свой стул и положила три книги на стол.
— Есть «Краткая история фейри» Оберона, «Немного более длинная история фейри» госпожи Титании и, конечно же, классическая «Полная история фейри» Р. Гудфеллоу.
Я взглянула на названия, но они были для меня неразборчивы.
— Знаете что? Я не смогу их прочитать, так что я просто…
Библиотекарь закрыла глаза и начала произносить заклинание, её пальцы двигались резкими, как у насекомого, движениями.
Перед моими глазами вспыхнул свет, и я почувствовала себя так, словно в мой череп вбили гвоздь. Я схватилась за голову, пошатываясь от боли.
— Стойте смирно, — прошипела библиотекарь, — если не хотите закончить с кашицей между ушами. Я помогаю вам.
Затаив дыхание, я заставила себя не двигаться, даже когда странные голоса загудели у меня в ушах. Перед моим взором закружились образы языка фейри. Я ахнула, когда в мои мысли ворвался ошеломляющий объём информации: каждая из сорока двух букв алфавита, важность непроизносимой буквы «П» и пять слов, обозначающих магию.
Затем, так же внезапно, как и начался, поток информации замедлился до тонкой струйки. У меня закружилась голова, и я вцепилась руками в стол, стараясь не упасть в обморок.
Библиотекарь подтолкнула ко мне книгу через стол.
— Ну, а теперь вы можете это прочитать?
Мой взгляд скользнул по тексту, и в фокусе оказался заголовок. «Краткая история фейри».
«О, мои боги. Я могу читать по-фейрийски?»
— Ава? — Торин вышел из-за угла книжных полок, неся большую деревянную коробку. — Это все записи о рождении в Стране Фейри за двадцать шесть лет назад… — он замолчал и уставился на меня. — Мадам Писботтом, — произнёс он мертвенно-тихим голосом, — что вы с ней сделали?
Её лицо побледнело, и она пробормотала:
— Просто обычный протокол безопасности. Мы не можем допустить, чтобы книги украли.
— Я возьму на себя личную ответственность за любые книги, которые будут повреждены или утеряны. Но клеймить моих гостей никто не будет.
Ледяной воздух пробежал по моей коже.
— Простите, ваше величество, — сказала она, запинаясь на словах.
Внимание Торина было приковано ко мне. Он быстро произнёс ещё одно заклинание, и мгновение спустя кожа на моём лбу вспыхнула жаром, затем остыла.
— Вот так. Я снял клеймо, — он глубоко вздохнул. — У меня есть все записи о детях, родившихся в одном году с тобой, но у тебя есть хоть примерные представления, каково твоё имя фейри, Ава?
Я покачала головой.
— Понятия не имею. Но я, скорее всего, родилась в мае, если это поможет.
Библиотекарша пододвинула к себе коробку.
— Если позволите, ваше высочество. Это моя область знаний, — она продолжила под нос: — Девочка, родившаяся в мае…
Казалось, ей не терпелось оправиться от инцидента с клеймением. После минутной перетасовки она вытащила два длинных архивных футляра, наполненных маленькими серебристыми карточками, и пролистала их с ошеломляющей скоростью.
— Что ж, давайте посмотрим, — пробормотала она и замолчала. — Вот несколько, — она протянула Торину подборку карточек. — Но, конечно, это был год резни… — её голос оборвался.
Торин повернулся, чтобы посмотреть на меня, и выражение его лица внезапно стало отсутствующим.