Иней (ЛП)

Мне нужно отвлечься от неё. Как, собственно, я позволил Аве зацепить меня за живое? И почему? Конечно, дело в том, как она выглядела — эти красивые надутые губки, большие глаза, обрамлённые чёрными ресницами, совершенное тело… то, как учащённо билось её сердце, когда я приближался к ней, и как вспыхивали её щёки.
Но многие женщины фейри были красивы, и они не поселились в моём сознании так, как Ава. Может быть, я жаждал женщину, которой наплевать на то, что я король. И ещё тот факт, что она, казалось, воевала сама с собой из-за своего желания ко мне, что вызывало у меня желание делать с ней самые грязные вещи, какие только возможны, охотиться за ней по лесу, пока она не уступит своей страсти ко мне и не сбросит с себя одежду…
Конечно, я не мог желать её слишком сильно, поэтому изо всех сил давил эти мысли и отгонял их прочь.
Когда дверь в дальнем конце коридора открылась, я обнаружил, что смотрю на Морию. Она действительно знала, как привлечь к себе внимание.
На ней было платье прямого кроя, цвета слоновой кости. Её бордовые волосы, украшенные яркими полевыми цветами, резко контрастировали с кремово-белой кожей. Я встал, когда она пересекла комнату, и камеры поворачивались, чтобы запечатлеть её элегантные движения, пока она скользила по полу, как привидение.
Она так похожа на свою сестру… но сейчас я не мог позволить себе думать об этом.
Вместо еды Мория несла бутылку вина. Она проскользнула за стол и села рядом со мной.
Я сел прямо, стараясь не обращать внимания на камеры, направленные в упор на меня.
— Спасибо, что присоединились ко мне, принцесса.
Мория улыбнулась.
— Я рада снова видеть вас. Мы ведь старые друзья, не так ли? — она подняла бутылку с вином. — Слуга? Открой это.
Слуга-мужчина выскочил из тени, размахивая штопором.
— Вы же не могли на самом деле ожидать, что я буду готовить, ваше величество, — она оперлась на руку, улыбаясь мне. — Что за нелепость.
— Я всего лишь ожидал вашего любезного общества, — когда-то я чувствовал себя удивительно комфортно рядом с Морией. Но сейчас испытывал только острый укол чувства вины.
— Ну, это, конечно, не всё, что я принесла. Это вино с виноградника, который принадлежит моей семье уже тысячи лет. Когда-то он принадлежал королеве Мелузине, одной из моих предков.
— История вашей семьи поистине благородна.
Благородна… и полна долгих традиций употребления крови. Что, честно говоря, заставило меня сомневаться в вине, хотя я едва ли мог отказаться от него.
— Я бы с удовольствием как-нибудь показала вам наши замки, ваше величество. И виноградники на землях Деарг-Дью, — Мория улыбнулась. — Я слышала, что вы замечательно стреляете из лука при езде верхом. Это правда? Нам нужно поохотиться вместе.
— Я люблю лошадей.
Слуга налил два бокала вина и подвинул их по столу к нам.
Мория подняла свой бокал с вином и откинулась на спинку стула.
— Охота — моё самое любимое занятие. Я тренируюсь каждый день после обеда. У меня прекраснейшая лошадь, Накелави. В отличие от других принцесс, я езжу верхом и стреляю не хуже мужчины-фейри. Я весьма разборчива в своих суждениях о других женщинах, и я слышала, что вы тоже. Вот почему вы до сих пор не женились, не так ли? У вас утончённый вкус.
— У меня чрезвычайно высокие стандарты.
«А именно, я не могу быть рядом с кем-то, кого я мог бы полюбить».
Значит, я совершил ошибку с Авой?
Нет, она совершенно ясно высказала своё мнение обо мне. Для персоны в моём положении было странно раскрепощающим находиться рядом с кем-то, кто тебя совсем не уважает.
«Симпатичный, богатый придурок… Это всё фальшивка».
Взгляд Мории стал острее, и я понял, что она, должно быть, почувствовала, что я не слушал.
Я приподнял брови, поощряя её продолжать.
— Что касается меня, — произнесла принцесса, — то я не подстраиваю своё мнение о достижениях под слабый пол. Женщина из числа Верховных Фейри должна быть такой же искусной, как и мужчина, чтобы произвести на меня впечатление. Она должна ездить верхом и стрелять с идеальной точностью. Она должна прекрасно разбираться в классической литературе фейри. Само собой, она должна быть свободна от какого-либо скандала или публичного позора.
 
— Само собой.
Что она вообще говорила?
Мория подавила смешок.
— Любые гротескные проявления публичного опьянения и вульгарности, например, вычеркнули бы кого-нибудь из моего списка. Я бы никогда не ожидала застать вас в таком состоянии.
Если бы она увидела меня две недели назад, когда я планировал данное мероприятие, она бы никогда так не сказала. И после сегодняшнего дня я полностью ожидал, что окажусь в пьяном раздрае. Но здесь от меня ожидали, что я буду приятным и обаятельным. Скучным.
— Совершенно верно, — вежливо согласился я.
Потом я задумался, не вступил ли я с ней в сговор, публично оскорбив Аву.
— Впечатляющая женщина должна обладать голосом сирены, — добавила принцесса, — и она должна быть обучена классической игре на арфе. Но помимо всего этого, она должна быть грациозной и элегантной, с царственной осанкой, а также являться блестящей и остроумной собеседницей. Конечно, вряд ли кто-то соответствует этому описанию. Не считая, конечно, вашей сестры Орлы, но больше мне никто не приходит на ум, — она театрально вздохнула.
— Конечно, ещё есть вы, — я отхлебнул вина, прекрасно понимая, что должен был это сказать. Мория всегда была в восторге от лести, и я всегда потакал ей, как младшей сестре, которую хотелось ублажить. Но сейчас? Это было отчаянное желание загладить свою вину за то, что я натворил. — Конечно, я могу добавить к вашему списку ещё один важный пункт. Она должна быть безжалостной воительницей, которая готова сделать всё возможное, чтобы победить.
Я хотел сказать это как ещё один комплимент Мории, но как только я это произнёс, в моём сознании вспыхнул образ — потрясающая и свирепая фейри с фиалковыми глазами и румяными от мороза щеками…
Щёки принцессы порозовели, и, заговорив, она коснулась моей руки.
— Я вижу, мы разделяем одно и то же мировоззрение, ваше величество. Мы действительно хорошо подходим друг другу.
Вдалеке прозвенел звонок, который, как я понял, означал конец нашего тет-а-тета. Я встал, слегка поклонившись.
— Спасибо вам, Мория. Мне всегда нравится проводить время вместе с вами.
Когда Мория ускользнула, слуги засуетились, снова убирая со стола.
И Этейн из Леаннан Сидхе, разновидность женщин-фейри, которые славились тем, что разбивали сердца мужчинам, оставляя от них оболочку прежнего «я», уже входила в зал. В её клане также были мужчины — Геан-Канах — хотя они держались от меня на расстоянии. Бёдра Этейн покачивались, пока она подходила. Она несла вазочку с вишнями и улыбалась мне из-под опущенных ресниц. Её фиолетово-абрикосовые волосы каскадом ниспадали на обнаженные плечи, а черное платье облегало её изгибы.
Когда она села рядом, её колено коснулось моего бедра. Я уставился на её губы, когда она зажала вишню между губами и вытащила плодоножку. Она обращалась ко мне, но мои мысли продолжали возвращаться к прошлой ночи, когда мы сидели под дубом с Авой, пока Этейн не положила руку мне на бедро.
— Мне действительно наплевать, что думают другие люди, — сказала она, и её рука двигалась дальше вверх по моей ноге. — Я беру то, что хочу. И если я хочу трахнуть короля на столе, мне на самом деле всё равно, кто смотрит.
За её прикосновением последовал жар, но я представлял, как Ава говорит мне эти слова, думал о её полных губах, прильнувших к моим. Я прижал бы её к дереву, мою прекрасную и дикую пленницу, звук её бешено колотящегося сердца, прерывистое дыхание — музыка для моих ушей.
Я с трудом сохранял самообладание. В присутствии Леаннан Сидхе мои мысли горели желанием. Я думал о том, как Ава выглядела бы голой в клубах пара над горячим озером, представлял, какой была бы на вкус её обнажённая кожа. Она ненавидела меня, но, возможно, я всё равно смог заставить её стонать моё имя…