Василиса Прекрасная и братья Горынычи (СИ)

Как это, ничья? Я своя собственная, и никто не смеет меня присваивать! Придумали…
─ Считаешь, она сумеет снять проклятье? Не смеши, ─ поморщился Яр – а неслабо я его всё-таки приложила. ─ Нет им веры.
Им – это такой, как мне что ли? Даже интересно стало, какая же женщина обидела такое бедное и несчастное чудовище.
─ Но она точно не знает, кто она, ─ продолжал убеждать его брат, чьего имени я так и не узнала. ─ Ты хоть осознаёшь, какая это удача?
─ Замок уже на её стороне, ─ вклинился вошедший Зар, и на него посмотрели с большим подозрением. ─ Да ничего я не успел сделать, но она испугалась почему-то… Клянусь, таким маньяком я себя ещё не чувствовал!
Возникла пауза, в течение которой я могла физически осязать их мысли, и мысли эти были мне совсем не по душе.
─ Ничья, говоришь? ─ призадумался Данияр, выглядя в тот момент, как самый настоящий демон. Длинноватые, чёрные, как смоль волосы, спадали на лицо, делая его ещё более хищным, чем оно итак казалось, и моё бедное сердце совсем сошло с ума, тарабаня в груди, как бешеное.
Остальные два братца переглянулись, и мне это не то, чтобы не понравилось – я была просто в ужасе от этих многозначительных взглядов, однако дослушать всё же хотелось.
─ Мы всегда можем вернуть залог и  сказать, что никого не нашли, ─ искушающе протянул Назар, дёрнув проколотой бровью. ─ В конце концов, в договоре прописаны те два процента неуспешных дел.
Я замерла в ожидании ответа от других, но они всё медлили, а тут ещё и соединение прервалось, и вода показала моё офигевшее отражение. Впрочем, мне не нужно было знать продолжение беседы, чтобы понимать масштаб очередной подлянки, устроенной мне судьбой.
─ И что мне теперь делать? ─ вслух посетовала я. ─ Я не хочу быть пешкой в чьей-то игре!
Однозначно, следовало бежать, не оглядываясь – в этом я была уверена, но проблема усугублялась ещё и тем, что я совершенно не представляла, где нахожусь, а замок наверняка не просто так показал мне этот разговор. Ещё и Мурзик затерялся где-то в этих стенах…
И что за проклятье-то?
Если бы я своими глазами не видела творящееся вокруг волшебство, ни в жизнь бы не поверила в такое, но в свете всех событий у меня отпадали последние сомнения. Эти трое считают меня Ягой – значит, это вполне может быть правдой, и это же значит, что если однажды какая-то другая Яга (предположительно) прокляла их, то я нужна им больше, чем мифическому «заказчику».
Неужели они действительно не собираются меня отдавать, и как вообще себе представляют наше дальнейшее времяпровождения? Я не знала ничего о своей возможной сути, но эти трое, судя по всему, были прекрасно осведомлены о моих возможностях, только вот у меня было какое-то очень мрачное предчувствие на сей счёт.
─ Спасибо тебе, что показал всё это, но я не уверена, что я та, кто вам нужна, ─ призналась я.
Возможно, мне померещилось, но я услышала тяжкий вздох, и сразу стало как-то совестно от того, что не могу никак повлиять на эту непростую ситуацию. Тем не менее, оставаться рядом с теми, с кем пробуждались все мои ужасные воспоминания, мне никак не улыбалось, и надо было срочно решать, что делать дальше.
А вода тем временем снова зарябила, являя мне образ старой избушки в окружении черепов и странного зеленоватого тумана. Ветхое, брошенное кем-то жилище располагалось в тёмном лесу, и выглядело довольно жутким в таком антураже, но я почему-то не могла перестать смотреть на картинку, будто она задевала внутри что-то, что меня заставили забыть.
Значит, это и есть ответ? Туда мне надо добраться, чтобы выяснить правду о себе?
─ Так, и что же я должна сделать, чтобы ты отпустил меня? ─ спросила замок о главном, и он опять показал троицу братьев, обсуждающих что-то, но на сей раз они ссорились, и выглядело это не очень красиво – в ход едва ли не шли кулаки, а Зару вообще прилетело подсвечником. ─ Помирить их? Но я даже наедине с ними боюсь оставаться!
Я ждала хоть какого-то знака или ответа слишком долго, пока не поняла, что его и не будет. Сущность замка выставила свои условия, и теперь мне, видимо, предстояло понять, Василиса я Прекрасная или всё же Премудрая, потому как упрямиться можно  до бесконечности, а вот застрять в волшебном мире навсегда я точно не желала, так что надо было включать все ресурсы организма и срочно.
 
В таком настроении я поднялась в поисках выхода. Тяжёлая дверь, которую я толкнула, неожиданно вывела в прежнюю спальню, где я и проснулась сегодня, однако отсиживаться тут у меня не имелось ни причин, ни желания, поэтому я приняла единственно здравое решение – обговорить с похитителями всё на берегу, спросив о том, что меня волновало и понять, что будет дальше. Набравшись смелости, я собралась выйти в коридор и уверенно отправиться на разговор с недругами, вот только меня ждал неприятный сюрприз.   
Меня опять заперли.
Назар
Никогда не чувствовал ничего подобного.
Не знаю, что происходило с братьями, но наша гостья действовала на меня самым неожиданным образом, как не действовала ещё ни одна девчонка до неё, и это сбивало с толку.
Она первая, к кому меня потянуло с такой непреодолимой силой, что прежние сомнения по поводу себя и своих желаний, пожирающие изнутри так долго, испарились, стоило мне побыть с ней рядом. И это был настоящий удар – сначала в голову, а потом по яйцам… Хотя, в первый раз получить от неё оказалось не так больно.
Взгляд синих, словно сапфиры глаз в свете утреннего солнца пронзил меня насквозь, и шанса выжить, казалось, уже не было, но сердце почему-то по-прежнему билось, заставляя кровь приливать к тому месту, которое уже давно не реагировало так бурно ни на одну девицу. А она просто смотрела, не представляя, какая хрень творится у меня внутри.
Яр тоже чувствовал что-то ненормальное, и это от меня не укрылось, когда он покидал спальню нашей гостьи, но я уже знал, как сильно эта хрупкая брюнетка его зацепила – она же полностью была в его вкусе, а чтобы угодить нашему хмурому братцу с вечным синдромом подозрительности, ещё нужно умудриться…
С момента, как пропал в её взгляде, уже не мог оторвать от неё собственный, не уставая удивляться, насколько один крохотный человечек способен по щелчку пальца взять и перевернуть твоё сознание с «я глубоко и бесконечно болен» до «со мной ещё не всё потеряно». Я ведь и правда считал себя неполноценным, неправильным и чего уж там, полнейшим дегенератом и извращенцем до этого рокового взгляда.
Может, я излечился?
Когда она ела, хотелось облизывать её пальцы, а потом уложить на стол и облизать всё остальное, после чего унести и спрятать от остального мира. А ещё впервые мне стало так стыдно перед кем-то за этот бардак, сотворённый волей проклятья, что захотелось провалиться сквозь землю.
Что это за магия, выворачивающая душу наизнанку?! Я почти расплакался...
Мне было жаль малышку, когда я отдал ей договор. Мы похищали многих из мира людей, и практически никто из них не вызывал никаких эмоций, кроме раздражения – это была всего лишь необходимая, порой неблагодарная и грязная, но работа, а большинство наших временных гостей часто сами напрашивались на грубость. Но не эта.
И чем больше я проводил с ней времени, тем первобытное желание завладеть усиливалось, рождая всё новые и новые жуткие образы, один другого хуже, а потом меня вообще будто вырубило, когда коснулся её хрупкой руки.
Стоило Яру появиться и сорваться с цепи, пробудив свою суть, я готов был костьми лечь – только бы защитить девчонку, уберечь от неадекватного родственника, который и в лучшие деньги мог наломать дров, но крошка, как выяснилось, вовсе не была такой безобидной, какой казалась на первый взгляд.
Яга… Ягушенька… Ягушоночек…
Юная, свежая, совсем ещё необученная и необузданная… Хочу!
Именно это слово яркими алыми буквами вспыхнуло перед глазами, когда я прижал её к стене, сам не зная, что собираясь вытворить и ни на что не обращая внимания, да только в голове уже плясали сотни образов с участием этой малышки. И я не знаю, что могло случиться, если бы не вмешался замок. Вырвал строптивицу прямо из моих рук, остужая мой пыл.