Когда приходит детство (СИ)
Еще мы с помощью Сержика серьезно расширили географию своих приключений. Например, он показал где можно найти дождевых червей для рыбалки. «Дождевых»! Ха-ха! Где дожди то?! Дождь конечно был, весной… Ну, может два. А дальше - яростное солнце и жара. А вот черви все-таки были. Странная ситуация! Республика располагалась между двумя пустынями, а воды кругом больше, чем я видел за всю свою прежнюю жизнь. Река, озера, каналы, канальчики, оросительные, отводные, заливы, разливы и арыки всевозможных размеров! Поистине титанический труд! Так вот, пройдя с километр за поселок, мы пересекли грунтовую полосу местного аэродрома с одиноким «кукурузником», который исправно поливал всякой гадостью местные поля. И чего ему здесь, в ж…пе мира понадобилось?! Хлопчатник и рис гербицидами поливать? У людей велосипедов раз два и обчелся, а самолеты есть! И каналы копают и чистят безостановочно. А я вот помню заросшие рукава на Волге, да и сама Мать-река давно нуждается в чистке. Что-то не хватает мощи государства двадцать первого века для этой работы. А тут - пожалуйста!
Мы дошли до большого разлива из очередного оросительного канала, вода из которого медленно просачивалась сквозь рыхлую дамбу, скапливалась небольшим озерком и была теплая как парное молоко. Почти постоянный водоем пророс водными растениями, и мы стали добывать дождевых червей, живших в рыхлом грунте под слоем теплой воды. Черви как черви, почти ничем не отличавшиеся от своих собратьев из средней полосы. Мы, как тюлени нежились в прозрачной воде, совмещая приятное с добычей изысканной наживки для местных рыб. Наша рыбалка с помощью Сержика, шагнула на новый уровень и мы почти каждый день только этим и занимались, следуя вдоль оросительных и сбросных каналов вокруг рисовых чеков, ловя небольших сазанчиков и карасей. Рыба была некрупная, зато ее было много, а главное ее можно было есть! Бабуля поджаривала нашу добычу предварительно обваляв в муке до хрустящего состояния и подавала на стол. Дедушка и тетя нахваливали добытчиков, доставившие к не очень разнообразному рациону вкусный и полезный продукт. А почему? А потому что продуктового магазина в совхозе нет! Есть «Сельпо» там можно было купить одежду, лопаты, свечки, хлеб, сахар и крупы с макаронами. Остальное будьте добры – на рынок. Здесь он назывался «Базаром». Зато абрикосы по пять копеек за килограмм! И все что сезонное за копейки. Вот мясо дороговато – целых два рубля за килограмм! Зато у нас дома - курочки! И яйца, которыми предприимчивая бабушка вполне успешно торговала. Так что наше хобби встретило искреннее одобрение, хотя вообще то не припомню каких-либо запретов со стороны взрослых, в том числе отчетов о проведенном дне. Пришли на обед? Хорошо! Не пришли? Еще лучше! Так мы и жили наполовину на подножном корме, обследуя совхозные посадки по мере их созревания. В конце лета, нас заросших, с выгоревшими волосами и слегка одичавших забрали родители и увезли на «Большую землю».
Третий класс! Я держу за руку своего братишку, исполняя роль родителя. Чего их беспокоить?! Ну пошло чадо в школу! Эко, событие! Торжественная линейка и здравствуй родной класс! Мой носитель слегка подрос, набрался самостоятельности и покинул свою прекрасную соседку для совместного «проживание» с новым другом мужского пола. Я с огорчением проводил взглядом будущую подружку. Ничего не поделаешь! Местный менталитет! Пацаны должны быть жесткими, хулиганистыми и боевитыми. Ничего из этого в моем Саньке не наблюдалось, но пересесть ему пришлось, выбрав для себя такого же спокойного и уравновешенного паренька.
- Я его тащу, – рассказывал он новому другу, - он в камыши! Леска звенит, а удочка дугой! Потом - дзинь и поминай как звали! Во-от такой сазан! – раздвигает руки в характерном жесте.
- Пойдем после школы купаться!
- Не. Я не могу!
- Чего это?!
- Мама не разрешает… - И шепотом – И еще я плавать не умею…
Я в шоке разеваю рот, видя перед собой единственный образчик местной пацанвы не умеющего плавать. Да здесь плавать учатся – раньше, чем ходить!
- А мы втихаря и я тебя поучу…
- Ну, я не знаю…
В итоге я все-же уговорил своего соседа по парте и мы весело провели время на канале, но пока не смогли победить водобоязнь своего нового друга.
- Ничего! Это как дышать. Один раз поймешь, а дальше все будет просто, - утешал Валерку после его неудачи. – А чего тебя мама не пускает купаться?
- Боится… Как отец разбился на самолете, так и боится… Не дай бог, что случится.
Отец у Валерки оказывается был летчиком, который разбился, когда он был еще совсем маленьким. С тех пор его мама дрожит над своим сыном и не позволяет ему ничего, что может угрожать его жизни. Вот такой бзик! Санек немного удивился, но думать и анализировать не его конек, поэтому он просто принял своего друга таким, какой он есть.
- А пойдем в кружок авиамоделистов! Там «венгерки» можно достать!
- Самолеты клеить? Пойдем!
Мы с другом походили в мастерскую на территории ДЮСШ за обыкновенными железными воротами на одной из улиц, старательно пытались склеить тоненькие прутики, параллельно вытачивая напильником фигурный корпус. Наши ручки не оправдали ожиданий и венгерки мы не дождались, так как до окончания сборки планера было еще далеко, а нам это уже до смерти надоело. Поэтому не удивительно, что вскоре мы переметнулись в секцию фехтования. Наши мечты стать «мушкетерами» разбились о долгие тренировки стоек и абсолютно неудобный хват рапиры. Добил все жаркий костюм защиты и глухой сетчатый шлем, через который было плохо видно и очень душно. Не получив ожидаемого и терпеливо проходив почти два месяца, Валерка увел меня в секцию баскетбола. Там было уже интереснее. Мяч, игра, кольцо, соревнование. Против были только мои тонкие руки, которые не могли как следует поймать тяжелый мяч и не всегда добрасывали до высокой корзины. В итоге мне перестали давать пасы и интерес игры резко упал. А вот у более крепкого Валерки дела пошли хорошо, поэтому я ушел из секции, а он остался.
За всеми этими делами, прошел новый год, дни рождения и вот-вот должна была наступить скоротечная весна, мгновенно переходящая в лето. В классе тем временем образовалась группа пацанов, которых можно было отнести в раздел хулиганов, у которых дворовые понятия очень сильно имели перекос в сторону силового решения споров и забавы носили специфический характер по угнетению более слабых и покладистых. Все как везде и во все времена. Школа жизни во всем своем великолепии. Конечно, были свои аутсайдеры и группа нейтралов, к которым относился я и мой дружок Валерка. Я то понимал всю эту механику и даже в какой то степени одобрял своеобразное воспитание у мальчиков таких полезных навыков как умение постоять за себя, отвечать как говорится «за базар» и получить причитающие тебе тумаки, чтобы не смотреть на жизнь в розовых очках, что однозначно пригодится в будущей жизни. Я одобрял, а вот Санек нет! Его неприемлющая насилия душа остро переживала свою «псевдо трусость» и нерешительность, не соответствующая статусу «настоящего» пацана. Поэтому в школе он замыкался и общался только со своим другом и учителями, не участвуя в шумных потасовках на переменах и тихо сидя на уроках, за что вызвал беспокойство у наше «классной», которая спросила на одном из собраний у моей мамы: «А не бьют ли они своего ребенка?». Мама была сильно удивлена и долго смеялась, рассказывая об этом отцу. Во дворе такой проблемы не стояло. Меня и других принимали такими, как есть со всеми своими недостатками и достоинствами. Мы были командой, практически семьей и стояли горой друг за друга перед другими группами соседних шаек. Но, как ни странно, территориальные конфликты еще ни разу не перерастали в уличные драки. То ли делить было нечего, то ли нам просто повезло на «соседей».
Вернемся к школе. Нашим учителям и скорей всего влиятельным родителям пришла идея учить своих чад иностранному языку. У других классов он есть, но с шестого класса, а вот для нас решили в качестве эксперимента начать его изучение пораньше. И вот одна «жертва эксперимента» грустно смотрит на непонятные закорючки нового языка, хотя, если говорить откровенно, и родной русский пока не особо давался.