Великолепная модель

Пьетро выпрямился и вдохнул свежий речной воздух. Ему нравилось работать во Флоренции. Контраст света и тени, старинных мостов и современной одежды — что может быть лучше?
Он взял камеру и сделал несколько снимков, на которых Эми обнимала фонарный столб, откинув голову назад. Неловкость, которую Пьетро замечал в ней в первые дни, исчезла без следа. Теперь, когда он начинал фотографировать, она оживлялась и тут же принимала знойный, сексапильный вид, благодаря которому и прославилась.
Нино стоял подле него, положив руку на сердце.
— Настоящая чародейка!
Пьетро что-то пробормотал в ответ. Нино был прав: лишь колдунья может так быстро перевоплощаться.
Он только и успевал отщелкивать кадры, когда она танцевала на набережной в открытых босоножках на высоком каблуке. Несмотря на то, что парапет возвышался над землей на три фута, она двигалась так уверенно, как будто совсем не боялась упасть.
Вскоре у Пьетро появился новый план. А что, если он попробует помочь Мишель хотя бы немного? Пока Эми переодевалась, Пьетро сидел на парапете и смотрел на воду, обдумывая свои дальнейшие действия.
Эми неравнодушна к нему, он отчетливо чувствовал это. Вдруг ему удастся воспользоваться ее ссорой с Дарреном и окончательно их разлучить? Тогда ветреный американец наверняка уделит супруге немного внимания.
Пьетро провел рукой по шершавому камню. Он не строил иллюзий насчет Даррена. Тот обманывал жену с самого начала и, возможно, будет обманывать всегда. В конце концов Мишель его бросит. Но Пьетро знал, что это произойдет очень не скоро. Сейчас она была беременна, находилась далеко от дома и все еще надеялась, что муж изменится.
Конечно, Пьетро мог стать соперником Даррена и привлечь внимание даже такой женщины, как Эми. Он уже ей небезразличен. Ее поведение в первый день работы подтверждает это. Ему достаточно воспользоваться ситуацией: очаровать Эми, пригласить на ужин, — и ветреный стилист будет забыт.
Аманда наклонилась за теплым шерстяным жакетом, который ей подавал Нино. Она улыбнулась ассистенту Пьетро и набросила жакет на плечи. Несмотря на жаркую летнюю погоду, свежий речной ветер становился все холоднее по мере того, как солнце клонилось к закату.
Нино подвинул к парапету табурет и протянул руку, чтобы помочь ей спуститься. Пьетро опередил его.
— Позволь мне. — Он протянул руку. — Ты удивительно позировала сегодня, Эми.
Аманда не хотела признаваться себе, что ей было приятно его внимание и что запах его одеколона напоминал ей об их поцелуе. Она пристально посмотрела на Пьетро и снова заметила, как эффектно темные глаза и оливковая кожа оттеняют его улыбку. Да, он, несомненно, привлекательный мужчина, но что с того? Близость Пьетро волновала и мучила ее одновременно. Аманда отпустила его руку и поспешила к гардеробной.
Бросив взгляд на комнату для переодевания, она остановилась. У двери, облокотившись о ящик, как часовой стоял Даррен. Когда он в ярости выбежал из гримерной, она подумала, что больше его не увидит, по крайней мере сегодня. Да, не повезло.
Надо же, как он настойчив! Она сказала «нет», она закричала «нет!», а он вновь здесь, обиженный и недовольный. По всему видно: в нем боролись чрезмерная самоуверенность и отчаяние. Взрывоопасное сочетание. Аманда была уверена, что ее друзья на факультете социологии могли бы рассказать ей о таких индивидуумах много интересного.
Она хотела поговорить с Эми, прежде чем окончательно избавиться от Даррена, но если сестра ей не перезвонит, придется решать проблему самостоятельно. Может, Эми будет дома сегодня вечером?
Аманда поежилась от холода и застегнула жакет. Тут Даррен или нет, но ей нужно переодеться во что-нибудь более теплое. Она решительно продолжила путь к гардеробной.
— Эми, подожди!
Аманда обернулась — за ней бежал Пьетро. Хотя она и решила игнорировать этого человека, но не могла не восхищаться его фигурой. Он был спортивным, мускулистым и обладал какой-то особой атлетической плавностью движений, которая сводила ее с ума. А воспоминание о страстном и таком многообещающем поцелуе будоражило ее уже целую неделю.
 
Пьетро подошел и положил руку ей на плечо.
— Я знаю, уже поздно, но хотел бы обсудить с тобой программу на следующую неделю.
Она сняла его руку. Что ему нужно? С того момента как они встретились, он только и делал, что злословил по ее поводу. А теперь ему вдруг захотелось с ней пообщаться? Может, он и Даррен — психи? Эми, несомненно, работала со странными людьми. Аманда все больше убеждалась в этом.
Она отрицательно покачала головой:
— Сегодня вечером я занята.
— Я не задержу тебя. Мы могли бы выпить по чашечке кофе вон в том кафе.
Аманда уже открыла было рот, чтобы отказаться, но вдруг заколебалась. Она перевела взгляд со сверкающих глаз Пьетро на нахмуренное лицо Даррена. Тот смотрел на них с нескрываемым подозрением. Тогда она повернулась к Пьетро и, надеясь, что не совершает непоправимую ошибку, сказала:
— Звучит заманчиво. — Она широко улыбнулась. Зная, что Даррен следит за ними, Аманда прильнула к Пьетро и чмокнула его в щеку. — Я сейчас.
Ее «часовой» исчез. Аманда усмехнулась, заходя в гардеробную. Надев свою собственную одежду, она почувствовала себя более уверенно. Все эти модные платья из каталога, безусловно, очень красивы, но она не купила бы себе ни одно из них — слишком вычурно и претенциозно. И между прочим, слишком дорого для профессора социологии.
Натягивая поношенные джинсы, она наслаждалась прикосновением грубого хлопка к коже. У нее дома в шкафу лежали лишь джинсы, свитера и рабочая одежда. Никакого нейлона, думала она, массируя уставшие ноги, и уж точно никаких туфель на высоком каблуке.
Сняв почти весь макияж, Аманда отправилась в кафе, где ее должен был ждать Пьетро. Когда она распахнула стеклянную дверь, на нее обрушилась волна теплого воздуха. Тут было шумно: гул голосов смешивался со взрывами смеха. Пахло кофе и тостами.
Кафе было переполнено. Аманда попыталась проскользнуть на место, которое Пьетро для нее занял, не касаясь фотографа.
Он придвинулся ближе к столику, чтобы дать ей пройти.
— Официанты очень заняты, поэтому я уже сделал заказ. Надеюсь, ты не возражаешь.
Аманда покачала головой. Она вытянула уставшие ноги под столом и пошевелила пальцами. Пьетро поймал ее взгляд и улыбнулся. Когда он так улыбался, было трудно поверить, что он презирал ее сестру и играл в какую-то странную игру.
Он нежно погладил Аманду по руке:
— Я не шутил, когда сказал, что сегодня ты была великолепна, дорогая.
— Спасибо. — Она вздрогнула, как будто при его прикосновении ее ударило током, и медленно отодвинула руку, хотя ей хотелось сделать это очень быстро. Она не желала, чтобы Пьетро догадался, как он ее волнует, но ощущение его прикосновения заставляло ее сердце трепетать.
— Ты больше не напряжена, как раньше. Я вижу это по тому, как ты двигаешься. — Пьетро наклонился к ней. — Ты потрясающе сексапильна перед камерой.
Аманда судорожно сглотнула. Все ее тело словно горело. Внезапно какое-то равномерное постукивание вдруг привлекло ее внимание. И она поняла, что это она сама стучит вилкой по столу. Аманда быстро положила ее, пока Пьетро не заметил, как она нервничает.
Она огляделась вокруг.
— Ты когда-нибудь замечал, что итальянцы любят собираться большими компаниями? — спросила она, чтобы хоть что-то сказать. — Тут у вас все так устроено, чтобы предоставить людям наилучшую возможность общаться друг с другом. Здесь полно мест, где можно просто посидеть и поговорить. В Штатах не так: все проводят время дома, у телевизоров.
Пьетро тоже осмотрелся. Он явно был изумлен. «Я снова совершила ошибку, — подумала она. — Эми не пустилась бы в подобные рассуждения».
— Я хочу сказать, американцы заняты лишь собой и своими делами, — продолжила Аманда, надеясь, что говорит больше как фотомодель, а не как социолог.
— Да, я согласен. Здесь люди более коммуникабельны.