Великолепная модель

— Ты права. Хорошо, что у тебя не было меча, когда ты меня догнала, а то бы ты меня искромсала.
— Возможно.
Он перецеловал каждый палец Эми, наслаждаясь ароматом ее кожи.
— Впрочем, я заслуживаю такой кары. — Он поднял глаза, и их взгляды встретились. — Я вел себя как самонадеянный осел.
— О да, это так.
Она говорила с придыханием, как будто очень волновалась, и это нравилось Пьетро. Он дотронулся до шеи Эми в том месте, где неистово пульсировала голубая жилка — сначала от ярости, а теперь от страсти, охватившей ее.
— Этого больше не повторится, обещаю.
— Хорошо.
— По крайней мере пока я буду продолжать делать это. И его палец опустился ниже, к вырезу ее халата, туда, где мягкая материя прикрывала грудь.
— Хорошо, — прошептала она.
Он не сводил с нее взгляда, утопая в темной бездне ее глаз.
— Сегодня ночью, когда вернемся во Флоренцию, мы можем продолжить это наедине. Только ты и я.
— Да… — ее полные губы изогнулись в манящей улыбке, — но я не колдунья.
— Неправда, дорогая. Вот это неправда.
Через несколько часов Аманда бежала вдоль большого канала, минуя многочисленных туристов, и молилась, чтоб не опоздать на поезд. Пакеты с покупками колотили ее по ногам, когда она спешила по тенистому бульвару, ведущему к вокзалу. Она вспомнила о своем багаже и мысленно порадовалась, что его отправили к поезду прямо из отеля и ей не пришлось с ним возиться, а то она бы точно опоздала.
Ее сердце стучало, словно готово было вырваться из груди, когда она металась между поездами, отыскивая нужный. Оставалось всего несколько минут до отправления. Наконец оказавшись в нужном поезде, она остановилась, чтобы перевести дыхание. Потом начала заглядывать в каждое купе, чтобы найти Пьетро. Он был в предпоследнем. Как только увидел Аманду, поставил свой рюкзак на пол, освобождая соседнее место, и протянул руку, чтобы помочь ей устроиться рядом.
Он широко улыбнулся, когда заметил фирменный знак на ярком пакете.
— «Кьятти». Ты купила белье? Позволь взглянуть. — Он попытался развернуть упаковочную бумагу, но Аманда тут же положила сверху руку, помешав ему. — Разве это не для меня?
Он улыбнулся еще шире, так что на его щеках обозначились ямочки.
Аманда сглотнула, у нее пересохло в горле. Она представила себе черное белье, прикрытое тонкой розовой бумагой. Может, она поторопилась?
Пьетро прильнул к ней, и она ощутила тепло его дыхания.
— Это для сегодняшней ночи, верно?
Она молча кивнула, вспыхнув до корней волос.
— Ты права. — Он отдал ей пакет. — Я всегда слишком нетерпелив. Но сегодня, пожалуй, подожду. Мне будет гораздо приятнее снимать его с тебя. — Пьетро наклонился над другим пакетом. — А что еще ты купила? Я могу на это посмотреть?
Аманда выхватила у него бумажную сумку, прежде чем он успел заглянуть в нее.
— Ничего.
Она успела вовремя. Если бы он увидел, что там лежит, она бы окончательно растерялась.
Пьетро откинулся на спинку сиденья и потер лоб.
— Тебе повезло, что мне нравятся загадочные женщины.
— Да, я именно такая.
Аманда нагнулась и стала укладывать пакеты под сиденье — ей хотелось спрятать свое покрасневшее лицо от его пристального взгляда. О, если бы он только знал, что еще она от него скрывает!
И в то же время она испытывала искушение рассказать ему все. Слова уже были готовы слететь с губ, но она сдержалась. Пока не будет знать наверняка, что ему можно доверять, она не может рисковать благополучием сестры. Аманда не думала, что Пьетро разозлится, когда узнает правду. По крайней мере он рассердится не сразу, если вообще рассердится. Скорее, он просто будет очень удивлен. Но будет хуже, если история их обмана дойдет до заказчика. Вдруг он подаст на Эми в суд? Это может погубить карьеру сестры.
Но что им оставалось делать, если уж так сложились обстоятельства? Аманда знала — ей, разумеется, придется отвечать за последствия, но она не могла упустить шанс, подаренный судьбой. Шанс хоть на какое-то время забыть о логике и рассудительности, присущих профессору Ситон.
 
Скоро, когда будет уверена, что это не повредит Эми, она все ему расскажет. А пока ей нужно молиться, чтобы конец у этой сказки оказался счастливый.
Аманде удалось кое-как перевести разговор на нейтральную тему, но она заметила, что по мере того как поезд стал набирать скорость, веки Пьетро начали смыкаться. Ритмичное постукивание колес усыпляло и ее. Она удобно устроилась на мягком сиденье и закрыла глаза…
Иногда поезд сильно покачивало, она просыпалась, потом снова погружалась в сон. Когда вагон тряхнуло особенно сильно, Аманда проснулась окончательно. Пьетро по-прежнему дремал рядом. Она посмотрела в окно, но не смогла увидеть ничего, кроме собственного отражения в темном стекле. Как бы там ни было, она все равно не могла бы сказать, где они сейчас проезжают. По ее расчетам, оставалось ехать не меньше часа.
Аманда достала из сумки журнал, и тут Пьетро пошевелился и открыл глаза. Он потянулся и поморщился, словно от боли. Она встревоженно посмотрела на него. Он растирал руками плечи, пытаясь согреться.
— С тобой все в порядке?
Он кивнул.
— Просто холодно.
При этом его зубы стучали, словно он страшно замерз.
Аманда разволновалась не на шутку:
— Но здесь душно!
— Я себя чувствую так, будто меня сбил грузовик. — Пьетро застонал и пригладил непокорные густые волосы. — Даже кажется, что волосы болят.
Он выглядел таким растерянным и беззащитным, что сердце Аманды сжалось. Потом она заметила непривычно яркий румянец на смуглом лице Пьетро и осторожно коснулась его лба. Он был покрыт испариной. Неужели поднялась температура? Она осторожно ощупала его шею. Так и есть.
— У тебя жар.
— Я болен? — спросил Пьетро слабым голосом. Он сложил руки на груди и недовольно посмотрел на нее. — Нет, я в порядке.
Беспомощность, которую Аманда увидела в его больших глазах, тронула ее до глубины души.
— Ладно, ты не болен. У тебя всего лишь жар.
Он откинулся назад и склонил голову на спинку сиденья.
— Ну, если это только жар… — он поднял голову и впился в Аманду голодным взглядом, — потому что у меня есть очень интересные планы на сегодняшнюю ночь.
Прежде чем Аманда успела ответить, он снова погрузился в сон.
К тому времени как они добрались до Флоренции, Пьетро, казалось, почувствовал себя лучше. Его щеки не так горели, да и выглядел он почти как раньше, когда они с чемоданами в руках прокладывали сквозь толпу путь к стоянке такси, находившейся напротив вокзала.
По мере того, как они по узким извилистым улицам Флоренции приближались к квартире Пьетро, Аманда волновалась все больше и больше. Она предвкушала наслаждение. Пьетро еще больше распалял ее своими пламенными взглядами. Несколько раз он поглаживал ее по бедру своей горячей рукой.
К тому времени как они были на месте, Аманда уже готова была растаять от едва сдерживаемого желания.
Пьетро взял чемоданы и стал подниматься по лестнице. Аманда последовала за ним, неся пакеты с покупками. Он были почти у двери, и тут Аманде пришло в голову, что она не нервничала так сильно, даже когда впервые в жизни шла читать лекцию в аудиторию, битком набитую первокурсниками-социологами.
Пьетро распахнул дверь, бросил багаж у входа и крепко обнял ее.
— Добро пожаловать!
Она выскользнула из его объятий.
— Ты весь горишь!
— Ты тоже.
Он провел пальцем по ее щеке.
— Нет, я серьезно…
Аманда взяла его за руку, подвела к дивану и заставила сесть.
— Пьетро, ты на самом деле болен.
— Но я не хочу болеть. — Он рассеянно посмотрел на нее. — У меня такие планы на эту ночь…
Он хотел было встать, но Аманда удержала его.
— Мне очень жаль, милый. Но ты неважно себя чувствуешь и должен лечь в постель. Один, — добавила она, поймав его недовольный взгляд.
— Только если ты меня уложишь.