Во всем виновата книга. Рассказы о книжных тайнах и преступлениях, связанных с книгами

Глянув на планшет, он понял, что кликнул не ту иконку, – вызвав вместо читалки фронтальную камеру, он теперь смотрел на самого себя.
Камеру Кучильо отключил не сразу. Он внимательно оглядел себя и прошептал обычные в таких случаях слова: «Неплохо, старый черт».
В пятистах ярдах от имения Кучильо Алехо Диас и П. З. Эванс сидели на передних сиденьях большого «меркьюри» и, подавшись вперед, смотрели на экран внушительного ноутбука Эванса.
  
Они глядели на ту же картинку, которой сейчас любовался Кучильо, – на его широкоугольный портрет. Изображение передавалось с камеры айпада на ноутбук через программу наблюдения, которую загрузил Эванс. Напарники слышали голос Кучильо: «Неплохо, старый черт».
– Он один в постели, – объявил Эванс. – По-моему, самое то. – Эванс глянул на Диаса. – Теперь он в твоем распоряжении.
– Sí?
– Ага.
– Gracias.
– Nada.
Без всяких мелодраматических жестов Диас нажал на кнопку того, что выглядело как открыватель гаражных ворот.
В спальне Кучильо сдетонировал кожаный чехол для айпада, который накануне вечером Эванс начинил мощной воспламеняющейся взрывчаткой. Взрыв получился куда сильнее, чем ожидал американец. Пуленепробиваемые окна раскололись на мелкие осколки, облако горящего газа вырвалось в ночную тьму.
Напарники убедились, что спальня объята пламенем, которое уничтожит все следы нападения: именно так распорядились в Вашингтоне. Диас завел машину, и они медленно поехали по ночному городу.
Минут десять оба молчали, то и дело оглядываясь – нет ли полиции или других преследователей, – а потом Диас сказал:
– Нужно отдать тебе должное, amigo. Прекрасный план.
Ни шумной радости, ни ложной скромности – Эванс знал, что план хорош. В объемном досье Кучильо обнаружилось немало полезного. С субъектами вроде него это не редкость: богачи склонны много тратить. Эванс и Диас отметили, что Кучильо покупал не только коллекционные книги, но и товары из сегмента хай-тек – айпад, приложение-читалку, электронные книги и кожаный чехол для гаджетов Apple.
Воспользовавшись этой информацией, напарники запаслись нужной моделью айпада и нашпиговали чехол взрывчаткой. Это чехол был оружием – снабженное им новое устройство Диас пронес в дом и положил на место айпада Кучильо, местонахождение которого обнаружили благодаря взломанной Эвансом программе-пеленгатору. Когда Диас проник в дом и показывал Кучильо новинки Давилы, Эванс пальнул по окнам. Он перепугал всех, позволив напарнику проскользнуть в спальню и поменять айпады. Он выстрелил и по окнам спальни, на тот случай, если Диас был там не один.
Обстрел преследовал и еще одну цель – заставить Кучильо и его охранников поверить, что это и есть нападение, о котором они слышали, и уменьшить их подозрения относительно новой атаки.
Уменьшить, но не устранить. Нож был слишком проницателен.
Понадобился еще один отвлекающий маневр. Эванс «проболтался», накормив ложными сведениями о себе Кармелью, подругу Кучильо из бара «У Руби»: судя по телефонным распечаткам, Кучильо звонил ей пару раз в месяц. К тому же Эванс распространил дезинформацию, заставлявшую думать, что Диас пронес бомбу в библиотеку. Американец выпотрошил оригинальное издание Шиллера (прости, Фридрих!), нашпиговал его схемами и взрывчаткой, а детонаторы не соединил.
Кучильо, знающий библиотеку как свои пять пальцев, быстро обнаружил бы постороннюю книгу, которую Диас намеренно положил небрежно.
Бомбу найдут, окончательно уверятся, что других угроз нет, и не увидят смертельной угрозы в айпаде, лежащем у Кучильо на тумбочке.
Теперь Диас звонил Хосе, начальнику охраны покойного наркобарона, и на повышенных тонах – у Хосе внезапно ослабел слух – объяснял, что в случае нападения на любой автобус Хосе загремит в тюрьму, где всем сообщат, что он продал Кучильо. В соперничающих картелях Кучильо не жаловали, однако стукачей в мексиканских тюрьмах, мягко говоря, терпеть не могут.
Хосе заверил, что нападения не случится. Диасу пришлось прощаться три раза, прежде чем начальник охраны его услышал.
План действительно получился хороший, но сложноватый. Куда проще было бы заложить в библиотеку настоящую бомбу и взорвать ее, когда при помощи беспилотников выяснится, что Кучильо пребывает в своей сокровищнице.
Однако так вопрос не стоял. Агенты ни за что не уничтожили бы библиотеку. Помимо моральных принципов – а они у П. З. Эванса имелись, – сильный пожар в библиотеке создал бы проблемы с прессой. Что написали бы журналисты, если бы разоблачили напарников и их работодателей?
Можно безнаказанно убить наркобарона и его приспешников, но двадцать тысяч томов классики – это неоправданная жертва. После такого промаха твоей карьере конец.
Через полчаса напарники вернулись в отель и посмотрели новости. Сообщалось, что Алонсо Мария Карильо, он же Кучильо, предполагаемый глава картеля Эрмосильо, погиб. Больше никто не пострадал. Ответственность за взрыв возложили на конкурирующий картель – вероятно, из Синалоа.
К удивлению Эванса, сообщение о трагедии не стало центральным сюжетом выпуска, что наверняка расстроило бы Кучильо. С другой стороны, тут была и его вина. При его участии торговля наркотиками в Мексике стала обычным делом, и новости о связанных с ней убийствах не были сенсацией.
Эванс подумал, что это похоже на собирание книг: чем выше тираж первых изданий, тем ниже цена.
Эванс выключил телевизор. У них с Диасом в программе стояли легкий ужин и море текилы, только не в любимых заведениях Кучильо – «Сонора стейк» и бар «У Руби». Лучше отправиться на другой конец города. По всей видимости, напарникам ничто не угрожало: картель Эрмосильо был нейтрализован, к тому же у каждого под рубашкой навыпуск скрывался пистолет, а в левом кармане лежал запасной магазин.
– Только представь его библиотеку! Столько книг… – начал Диас, когда они шли к большому старому «меркьюри». – Я в жизни столько не видывал.
– Угу, – равнодушно отозвался Эванс.
– Что значит «угу»? Ты не любишь книги?
– Я люблю книги.
– Судя по твоему ответу, непохоже, – хохотнул мексиканец. – Ты хоть что-нибудь читаешь?
– Конечно читаю.
– И что, если не секрет?
Эванс сел на пассажирское сиденье, прежде чем ответить, посмотрел на три проехавших мимо пикапа.
– Что ты хочешь знать? Я читаю спортивные новости, и больше ничего.
Диас завел машину.
– Sí. Я тоже.
– Ал, давай включим кондер? В этом чертовом городе хоть когда-нибудь бывает прохлада?
  
Чарльз Дж. Бокс
 
Антилопы и Третий рейх
 
Утро началось как обычно. Слепой и глухой пес Пола Паркера, старый лабрадор по кличке Чемп, известил о том, что ему пора по нужде – уткнулся мордой в шею хозяина и громко засопел. Паркер знал: если он немедленно не откинет одеяло и не встанет, Чемп загавкает и не успокоится, пока не поднимет его с кровати. Деваться было некуда – он встал. Когда-то пес кубарем скатывался с лестницы и, точно безумный, несся по паркету к двери черного хода. Теперь же он еле полз, постанывая, пересчитывая ступеньки животом, а большой нос служил чем-то вроде бампера. Паркер подумал, что Чемп ориентируется в пространстве, как летучие мыши, при помощи эхолокации. Ему взгрустнулось. Зевнув и потуже затянув пояс халата, Паркер последовал за псом, гадая, сколько еще таких утренних пробуждений ему осталось.
Спускаясь по лестнице, Паркер поглядел на себя в зеркало. Что ж, неплохо: шесть футов и два дюйма роста, стального оттенка волосы, холодные голубые глаза. Но общую картину портил намечающийся второй подбородок. Паркеру была ненавистна мысль о втором подбородке, поэтому он бессознательно приподнял нижнюю челюсть. И еще он выглядел уставшим. Не просто уставшим – вымотанным. Прямо-таки старый дед. Да, в последние дни здорово пришлось попотеть в суде. Вне зависимости от исхода – выигрывал он или проигрывал – судебные процессы отнимали у Паркера массу энергии, а восстанавливаться с каждым разом было все труднее. Глядя, как Чемп ковыляет к выходу, он задумался: помнит ли пес свои молодые годы?