Во всем виновата книга. Рассказы о книжных тайнах и преступлениях, связанных с книгами

В дверь постучали. Вошел Хосе, начальник охраны. Кучильо сразу понял: новости плохие.
– Сеньор, со мной только что связался информатор из столицы. Слышали про угрозу нападения на автобус в пятницу? На туристский автобус? Угрозу связывают с вами.
– Нет!
– К сожалению, да.
– Черт подери! – пробормотал Кучильо. Ругательств крепче этого он себе не позволял. Он вообще сквернословил редко. – Со мной? Бред какой-то! Я тут совершенно ни при чем. На меня все вешают!
  
– Мне очень жаль, сеньор.
Кучильо успокоился и обдумал ситуацию.
– Позвони в автобусные компании, в службы безопасности – кому только можно. Сделай все, чтобы пассажиры не пострадали. Нужно позаботиться, чтобы пострадавших не было вообще. Иначе все повесят на меня.
– Сеньор, я постараюсь, только…
– Понимаю, всю страну не проконтролируешь, – терпеливо проговорил Кучильо. – Просто используй по максимуму наши возможности.
– Да, сеньор, постараюсь, – пообещал Хосе и поспешил прочь.
Справившись с гневом, Кучильо закончил ужин и принялся, потягивая вино, шагать вдоль стеллажей, наслаждаясь их многочисленным содержимым.
Двадцать две тысячи…
Кучильо вернулся в кабинет и еще немного поработал над проектом, занимавшим его последние несколько месяцев, – за чертой Эрмосильо он хотел построить еще одно предприятие по производству автозапчастей. Американцы разместили в городе большой автозавод, и Кучильо отлично заработал, поставляя туда запчасти. Новый завод – это еще четыреста рабочих мест. Кучильо пользовался глупостью американцев, но не мог понять, зачем они переносят производство за рубеж. Сам он никогда так не поступил бы. В бизнесе, да нет, везде, все держится на верности.
В десять часов Кучильо решил лечь спать. Он вымылся и пошел к себе в спальню, снова думая о «Лавке древностей», которая придет завтра. От таких мыслей поднималось настроение. Кучильо надел пижаму и посмотрел на тумбочку.
Какую книгу выбрать, чтобы уснуть?
Кучильо решил продолжить чтение «Войны и мира», подумав, что это название очень точно описывает жизнь бизнесмена в Мексике.
В гостиной квартиры со сложной имущественной принадлежностью П. З. Эванс склонился над импровизированным верстаком, собирая бомбу.
Работал он тщательно, но не потому, что рисковал взлететь на воздух (это ему не грозило, по крайней мере сейчас), а из-за того, что схемы были маленькими, руки же Эванса – большими. Раньше ему пришлось бы заниматься пайкой, а нынче самодельные бомбы изготавливались по принципу «включи и работай». Эванс вдавливал схемы в супермощный пластит, которым начинил кожаный переплет книги, вскрыв его скальпелем.
На часах было одиннадцать вечера, а напарники за целый день ни разу не передохнули. Последние двенадцать часов они скупали необходимое для грядущей операции – хирургические инструменты, электронику и драму Шиллера «Разбойники» в кожаном переплете. Книгу посоветовал взять Давила, новый партнер напарников, потому что Кучильо очень любил немецкого поэта.
Эванс поглядел на сделанное им в ювелирную лупу и кое-что исправил.
С соседней площади в раскрытое окно лилась заразительная музыка в жанре нортеньо. Отчетливо слышался аккордеон. Окна открыли, потому что температура обещала стать терпимой, а кондиционер выключили. Эванс убедил себя, что кашляет из-за плесени.
Алехо Диас сидел рядом и молчал, заметно нервничая. Нервничал он не из-за бомбы: его явно пугала роль библиофила и эксперта по Диккенсу.
Тем не менее Диас периодически отрывался от труда «Как собирать первые издания современных книг» и поглядывал на бомбу. Эванса так и подмывало броситься на пол с криком: «Черт! Пять… четыре… три…» Чувство юмора у мексиканца имелось, но такая шутка, пожалуй, выходила за границы допустимого.
Примерно через полчаса Эванс приклеил кожу на место.
– Ну вот, готово.
Диас глянул на его работу.
– Малышка!
– Ага, бомбы, они такие. В этом их прелесть.
– Сработает?
– О да! – заверил Эванс, хохотнув.
– Здорово, – нервно пролепетал Диас.
У Эванса пискнул телефон: пришла зашифрованная эсэмэска.
– Наживка приехала, – объявил он, прочитав сообщение.
Минуту спустя в дверь постучали. В сообщении имелись все нужные кодовые слова, но оба агента вытащили оружие.
Однако пришел не самозванец, а тот, кто должен был явиться, – служащий Совета по экономическому развитию при консульстве США в Северной Мексике. Эванс с ним уже работал. Коротко кивнув, мужчина вручил Эвансу сверток, развернулся и ушел.
Эванс вскрыл упаковку и достал «Лавку древностей» Диккенса. Шесть часов назад книга лежала в известном нью-йоркском магазине на Уоррен-стрит. Доставивший ее заплатил наличными и чартерным рейсом привез книгу в Сонору.
Убивать мерзавцев не только опасно, но и дорого.
Эванс снова упаковал книгу.
– Что делаем дальше? – спросил Диас.
– Ты просто читай. – Эванс кивнул на книгу. – Когда закончишь, хорошо бы освежить познания в английской литературе. Никогда не знаешь, какая тема всплывет.
Диас закатил глаза, сел поудобнее и потянулся.
– Пока я прохожу школьную программу, чем займешься ты?
– Пойду гулять и напьюсь.
– Это несправедливо, – заметил Диас.
– И не говори! Может, еще и перепихнусь с кем-нибудь.
Четверг
Вторая часть плана не осуществилась, хотя Эванс был очень близок к этому.
Молодая красотка Кармелья из соседнего бара оказалась слишком напористой. Вот Эванс и заподозрил, что она вынашивает коварный план: заарканить американского мужа, привлекательного и явно имеющего работу.
Так или иначе, вовремя вмешалась текила, и до игры «К тебе или ко мне?» просто не дошло.
Сейчас было десять утра и, разумеется, жарко как на сковородке. Кондиционер не работал; впрочем, кашель у Эванса прошел.
– Выглядишь ужасно, – отметил Диас, глядя на напарника. – Ты в курсе, что большинство самых популярных романов Диккенса изначально печатались по частям? И что творил он под влиянием готических романов Викторианской эпохи, но придавал своему стилю налет экстравагантности?
– Если заведешь такой разговор у Кучильо, тебе капец.
– Хочу прочитать что-нибудь из Диккенса. Его на испанский переводили?
– Думаю, да. Не знаю.
Эванс открыл дипломат, который купил накануне и снабдил тайным отделением. Туда он спрятал томик Шиллера, над которым трудился накануне вечером, и закрыл. В другие отделения Эванс сложил квитанции, прейскуранты, листы бумаги – все, что может захватить торговец книгами на встречу с клиентом. Туда же отправился Диккенс в пузырчатой пленке. Затем Эванс проверил приложение связи на айпаде, который предстояло взять с собой Диасу. Айпад будет якобы находиться в спящем режиме, но гиперчувствительный микрофон уловит каждое слово Кучильо и Диаса. Приложение работало нормально.
– Так. – Эванс проверил свою девятимиллиметровую «беретту» и спрятал в поясную кобуру. – Приманка готова, устройство готово. За дело!
Напарники спустились к стоянке. Эванс направился к огромному старому «меркьюри», да, к настоящему «меркьюри», коричневому, выгоревшему на солнце, с идентификационным номером, которого официально не существовало. Диас двинулся к темно-синему «линкольну», зарегистрированному на «Коллекционные книги Давилы», который Давила согласился одолжить им сразу же, чуть ли не со слезами на глазах.
По неписаным законам проведения операций, в которых есть реальный шанс погибнуть через час, напарники не говорили ни об удаче, ни о надежде, ни об удовольствии от совместной работы. Даже руки друг другу не пожали.
  
– Ну, увидимся.
– Sí.
Они расселись по машинам, завели моторы и погнали прочь со стоянки.
По дороге к имению Кучильо Алехо Диас не мог не думать об автобусе. О туристах, которых этот мясник завтра сожжет заживо. Диас вспомнил вчерашние слова П. З. Эванса и подумал, что для Кучильо эти люди – тоже оправданные жертвы.