Бывшие. Миллиардер под елкой (СИ)

Все сходится. Технически более чем. Это возможно. Вполне вероятно, что рыжий огонек — моя дочь.
Сначала накатывает ледяная волна ужаса. Потом дикая ослепляющая надежда. Дочь. У меня может быть дочь.
А следом, накрывая все, приходит жгучий, бессильный гнев. Скрыла. Украла у меня эти годы. У нее. У Олега. У нас всех. Почему?!
— Пап, ты меня слушаешь? — Олег дергает меня за рукав.
  
Вздрагиваю, с трудом фокусируясь на его лице.
— Да, сынок. Слушаю.
В этот момент из полумрака к нашему столу приближается высокая фигура.
— Не может быть! Игорь Чернов в роли идеального отца? Мир определенно сошел с ума.
Артем Градов. Гендир «ПрофИТ», бывший партнер, с которым мы когда-то за неделю выиграли тендер в Ницце, а потом так же быстро разошлись по своим империям. Он выглядит, как всегда, безупречно и слегка отстраненно.
— Градов, — киваю, с усилием возвращаясь в реальность. Мы пожимаем руки, крепко, по-деловому. — Отдыхаешь?
— Пытаюсь. Хотя, что греха таить, скучаю по нашим корпоративным войнам, — он улыбается, но в глазах нет веселья. Его взгляд скользит по Олегу. — Олег, ты просто гигант! Так за год вымахал!
— Здравствуйте, дядя Артем, — вежливо произносит Олег.
— Иди, попробуй сыграть один, — мягко говорю сыну. Он, поймав мой взгляд, послушно начинает катать шары.
Артем берет со стойки два бокала с холодным чаем, один протягивает мне. Он облокачивается на край стола, наблюдая за кружащими по залу семьями: за папой, объясняющим дочке правила… парой, сцепившей руки за спиной ребенка.
— Вот видишь, — произносит Артем тихо, без обычной иронии, — все это. А мы с тобой стоим здесь, два дракона, завоевавшие кучу золота, и смотрим, как другие живут настоящую жизнь.
— У тебя все есть, — бормочу, наблюдая за Олегом.
— Пустота, Игорь. Есть пустота в пентхаусе с панорамным окном. И понимание, что все эти сделки, миллионы, власть… они ничего не стоят, если вечером некому сказать: «Пап, я сегодня кое-что придумал!» или «Дорогой, как прошел день?». Я трудился, чтобы чего-то достичь. А оказалось, все это в пустоту.
Я смотрю на сына и думаю о Стеше. И о женщине, которая, возможно, подарила мне ее и украла.
— А знаешь, — Артем делает паузу, делая глоток, — я как-то раз был у тебя в главном офисе года три назад. Ты диктовал письмо, смотрел в окно… и вдруг совершенно отключился. Замер. Настолько, что секретарша дважды переспросила. Помнишь?
Я молчу, не отрывая взгляда от стола, но уже чувствуя, куда ведёт Градов.
— Я тогда спросил: «Что, курс рухнул?». А ты ответил: «Нет… просто вспомнил одну вещь». И больше ничего. Но по лицу было видно, что не «вещь». А она. Та самая рыжая, — он выдерживает паузу, давая мне осознать, что ничего не прошло мимо его внимания. — Та, из-за которой человек, держащий в уме десятки контрактов, может на секунду выпасть из реальности.
Я медленно выдыхаю.
— Так её и не отпустил, да? — голос Артема звучит уже без намёка на иронию. — Или… вернулась?
Я поднимаю на него взгляд. Градов видит всё.
— Она здесь, — срывается с губ.
Артем не спрашивает подробностей. Просто внимательно изучает моё лицо.
— Шесть лет, Игорь. Если после такого срока она всё ещё может заставить тебя выглядеть так… — он слегка наклоняется вперед, — то это либо невылеченная рана. Либо… то, что и называется настоящим. Тем, что не вытравить. Даже если пытаешься убежать.
Артем отпивает, ставит бокал, его взгляд становится отстранённым.
— У меня такого не было. Иногда думаю, может, поэтому и всё это, — он жестом очерчивает пространство вокруг, — кажется таким пустым. Красиво, дорого, статусно…, но фундамента нет. Фундамент — это когда есть ради кого всё это терпеть. Ради кого стараться вернуться пораньше домой…
Он смотрит на Олега, потом снова на меня.
— Если она снова появилась в твоей жизни, не упусти на этот раз. Разберись. Выясни всё, что не успел тогда. Потому что шанс на такой фундамент даётся лишь один раз. А без него мы все — просто эффективные менеджеры собственной пустоты.
Артем поднимается, слегка хлопает меня по плечу.
— Я, пожалуй, пойду. Пора и мне задуматься о своей стройке. А то, глядя на тебя, понимаю, что гоняюсь не за тем. Счастливо, друг.
Он идет к Олегу, что-то говорит, заставив моего сына засмеяться, и выходит. Легко и уверенно. В сторону ярмарки.
Я остаюсь с сыном и с навалившейся на меня лавиной. Артем, этот циничный стратег, только что сформулировал то, что бушевало во мне. Ради чего трудиться. Ради них. Ради их смеха и улыбок. Ради возможности услышать «папа» от сына и дочери.
Олег подбегает ко мне с серьезным лицом.
— Пап, дядя Артем классный, но он грустный. А мы с тобой — нет. Мы команда. И… и Стеша с мамой могли бы быть в нашей команде. Навсегда. Мы можем попробовать? — он смотрит на меня с такой беззащитной, абсолютной верой в то, что отец может все исправить, собрать, склеить.
В его простой детской логике — страшная сила. «Мы — команда».
Я опускаюсь на одно колено перед сыном, чтобы быть с ним на одном уровне. Кладу руки на его плечи.
— Да, сынок. Мы попробуем. Мы обязательно попробуем…
  
Глава 16
 
Анфиса
Стук в дверь заставляет меня вздрогнуть. Но не от страха, нет. Это чувство иного рода — острое, щекочущее нервы предвкушение. Сердце отзывается быстрым резким ударом, будто пытаясь вырваться наружу.
Скоро он придет. Игорь. Мысль об этом будоражит кровь, и волна тепла пробегает по коже вопреки всем доводам рассудка.
На пороге стоит улыбчивая девушка в элегантном костюме с логотипом отеля, светящаяся той профессиональной радостью, что бывает у людей, которые отвечают за праздник.
— Добрый вечер! Я Марина, координатор вашего зимнего приключения. Пришла уточнить состав участников и детали!
«Состав». Слово висит в воздухе, и на миг я теряюсь. Как сказать? Как обозначить эту хрупкую, неловкую конструкцию из нас четверых?
Но моя Стеша, моя маленькая волшебница уже берет инициативу в свои руки. Она встает рядом со мной, словно крошечный, но несгибаемый рыцарь, и объявляет так громко и четко, что кажется, огни гирлянд мигают в такт:
— Мы вчетвером! Мама, я, Олег и наш дядя Игорь!
«Наш». От этого слова что-то ёкает внутри, теплое и щемящее одновременно. В груди словно распускается первый цветок после долгой зимы.
Координатор, сверяясь с планшетом, улыбается с легкой, едва уловимой неловкостью.
— Я вижу в заявке разные фамилии… Чернов и Измайлова. Вы не супруги?
Воздух снова застывает. Но Стеша не тушуется. Она выдерживает подбородок, и в ее синих глазах вспыхивает лукавая победоносная искорка, которую я видела тысячу раз на лице Игоря, когда он обходил конкурента на переговорах. Ее улыбка становится хитрой, почти кокетливой. Ну точь-в-точь его!
— Пока нет! — звонко выпаливает она. — Но дядя Игорь — мой папа. А он и мама… они просто очень давно забыли пожениться! Мы им сегодня обязательно напомним!
Мир накреняется. Это не детская ложь, а тонкий, рискованный ход, стратегическая игра, на которую мог решиться только он.
Стефания унаследовала не только его черты… она получила от отца дерзкий аналитический ум, способность видеть цель и смело менять правила.
Наблюдая за своей малышкой, я с ужасом и восторгом осознаю: я воспитываю не просто свою дочь. Она и его дочь. И от этого открытия сбивается дыхание.
Координатор, слегка ошарашенная, быстро берет себя в руки, улыбается шире.
— О, это восхитительно! Тогда ваш праздник будет вдвойне волшебным! Итак, программа: в девять подъем на канатной дороге. Кабинки стеклянные, вид — фантастика! Прямо на звезды! На вершине вас встречает ледяной дворец, весь из резного, подсвеченного изнутри льда. Там ужин при свечах, встреча Нового года под хрустальными сводами и ваш персональный салют. А утром, после сытного завтрака — катание на снегоходах с инструктором. Оденьтесь тепло, во дворце минус пять, но это того стоит!