Память предков. Травничество (СИ)

— Конечно, не было. И ни о чем я не подумала. Просто надеюсь на интересный и увлекательный рассказ. И вообще, как вы со Светозаром познакомились, расскажешь?
— Почему бы и нет? — я философски пожала плечами, сняла с куста очередную, приглянувшуюся мне спелую ягоду и положила в рот, прижмуриваясь от удовольствия. — В конце концов, я сама начала этот разговор. Да и в истории той нет ничего, что стоило бы скрывать.
Пришлось рассказывать все с самого начала: про Ярослава, первую встречу со Светозаром и обстоятельства знакомства с Дамиром. А так же про то, во что эта чудная история вылилась и чем все, в конце концов, завершилось.
Выговорилась я, что называется, от души! Тем более, что учитывая последние события и откровения, некоторые вещи предстали передо мной совсем в ином свете. О чем я с удивлением и поведала наставнице.
Она же, в свою очередь, от души веселилась слушая мое повествование и не забывая при этом продолжать споро собирать малину. Как, впрочем, и я: болтовня делу не мешала.
Когда история моих приключений подошла к концу мы, как раз, успели обойти запланированный на первую ходку участок малинника. Обе корзины уже были полнехоньки, а мы добирали последние ягоды в почти заполненные ведерки.
— Вот так вот это все и случилось, — подвела я итог, вздыхая. — И все равно не понимаю, когда я ему понравиться-то успела, теть Тонь? Мы же виделись всего несколько раз, да и то все в каком-то ругательно-бегательном контексте.
— А это не важно, Софьюшка. Иногда, бывает, и одного взгляда достаточно.
Ох, не верится мне что-то прям в такую большую любовь с первого взгляда. Или хотя бы глубокую симпатию. Не в случае Светозара. По нему вообще не скажешь, что он испытывает ко мне что-то кроме раздражения и злости. За очень редким исключением, как тогда на поляне, когда я травы собирала.
— И что мне теперь с этим делать? На всякий случай держаться от него подальше, как советовал Дамир? Ведь в своем отношении к Светозару я еще не определилась, а провоцировать его лишний раз не хочется — боязно. К тому же «нравишься» и «любит» — это, как говорится: «две большие разницы!» Вдруг я тут сейчас нафантазирую невесть что, а сама ему потом — раз! — и разонравлюсь? Я запуталась совсем теть Тонь.
— Ну, раз ты думаешь об этом, волнуешься и боишься ему разонравиться — значит, он тебе уже не безразличен. Поэтому мой тебе совет: не спеши. Просто живи, общайся с ним, разговаривай, попробуй наладить хорошие дружеские отношения. А там уже посмотришь и решишь, чего тебе от него на самом деле надобно. А бояться, да рубить сплеча, убегая от всего нового, неизведанного и поэтому пугающего — самое легкое. Только как бы не пожалеть потом о своей спешке и малодушии.
Совет, в принципе, пришелся мне по душе. Сомнение вызывал лишь один-единственный вопрос:
— Ага, с ним наладишь дружеские отношения, как же! Это когда он на меня постоянно зверем смотрит?
— Ну, предположим не постоянно, — тонко улыбнулась наставница. — Я за ним и иные взгляды в твою сторону замечала не раз. К тому же, сдается мне, что после вчерашнего — поведение Светозара может коренным образом измениться. Все же тем для размышления он получил в избытке. А ты пока не забивай голову бессмысленными вопросами и не нервничай попусту — тебе сейчас это вредно. Разберешься уж по ходу дела, что к чему. Чай, девчонка не глупая — справишься.
На том беседа по этой теме и завершилась. Хотя мне лично поговорить еще хотелось и очень! Поразмыслить, обсудить, построить предположения, ну или просто посплетничать чуток, перемывая косточки знакомым нам мужчинам. Но тут Антонина Петровна была права: нечего заранее загадывать, да переливать из пустого в порожнее. Всему — свое время! А пока лучше силы на дела потратить, а не на болтовню бессмысленную, да мысли беспокойные.
Вон, какой мы урожай ягод сегодня собрали, а ведь это — только начало! Теперь их еще нужно тщательно перебрать и заготовить, а это — дело кропотливое и весьма трудоемкое. Заодно и тут у опытного человека подучиться не помешает: больше чем уверена, эти умения мне не раз еще в жизни пригодятся.
 
* * *
Следующие три дня прошли почти одинаково, в привычно установившемся ритме: утром — сбор, днем — заготовка, вечером — сбор и снова заготовка. Малина — она ягода нежная и капризная, на потом ее не оставишь. Что собрано, тут же и прибирать надо, а иначе быстро отводянеет и попортится.
Чтобы правильно распределить силы и не слишком переутомляться перед сном, решено было из собранного утром урожая, варить варенье, а вечерний — целиком раскладывать на сушку. Наличие дома печки, в этом деле, оказалось воистину неоценимым!
Дела и заботы в огороде, плюс ежедневные уроки и периодическая практика в лечении деревенских — заставили эти дни промчаться незаметной чередой. Вот они были, а вот уже и прошли давно. Но я не жаловалась: мне было страсть как интересно!
Работы я не боялась, была к ней с детства привычная, а присутствие рядом чуткого, доброго и умудренного жизнью человека, который терпеливо обучал меня всему необходимому — и вовсе казалось огромным везением.
Все же молодец, Дамирка! Вон, какую мне замечательную Сопровождающую нашел. Большущее ему за это спасибище! И я его обязательно скажу… сразу после того, как вытрясу из этого шпионуса все его стр-р-рашные-стр-р-рашные тайны.
А ранним утром четвертого дня, когда мы с наставницей уже позавтракали и собирались идти добирать последние оставшиеся в малиннике ягоды, у нас на пороге объявился неожиданный гость. Да еще не просто так, а с гостинцами!
Когда Светозар вежливо поздоровался, а потом прошел в дом и поставил на стол арбуз и большую корзину с виноградом, у меня от удивления неприлично рот открылся. Вот так стояла и хлопала глазами, глядя, как не растерявшаяся даже в такой ситуации знахарка тепло благодарит оборотня за подарок:
— Ах, Спасибо тебе Светозарушка за гостинец! Только где ж ты его раздобыл-то в наших местах, да еще в таком количестве?
Польщенный похвалой, мужчина улыбнулся и с загадочным видом подмигнул:
— Места знать надо…
Тетя Тоня с сомнением на него посмотрела и покачала головой.
— Думаю, это уже не поможет: потому что там вряд ли что-то еще осталось.
В этом я с ней была полностью солидарна. Не корзина, а целая корзинища занимала почти половину стола, смотрясь несколько странно в простом домике, затерянном в лесах Карельского перешейка. Тоже мне, деревенская экзотика. Хорошо еще, что кокосы с ананасами не додумался притащить.
Забыв, что я его, в общем-то, как бы, боюсь — не подумавши, ляпнула:
— Светозар, а куда нам так много винограда-то? Мы же его вдвоем не осилим в таком количестве. А если пропадет — будет жалко.
— Что не съедите, изюмом насушите, — беспечно отмахнулся от моего беспокойства оборотень и обратился к моей наставнице приятным, бархатистым и самую капельку заискивающим голосом: — А изюмчик этот вы, Антонина Петровна, сможете потом добавлять в свою бесподобную выпечку. Особенно вкусно будет, ежели ватрушки сделать с творогом и изюмом, да? Страсть, как я такие ватрушки люблю! Вы же не забудете и меня на чай пригласить, как напечете? А я потом еще чего вкусненького для вас раздобуду, только скажите.
А глаза, глаза-то какие при этом умильные сделал! На этом моя выдержка скончалась в муках и я, тихонько хрюкнув от смеха, отвернулась от этой невероятной картины, чтобы не схлопотать «горячих» за свой рвущийся наружу смех. Мало ли когда Светозара опять переклинит и он из такой милой пусечки снова превратится в злобного ворчуна? Лучше уж лишний раз не провоцировать.
 
Или подумает еще, что над ним смеюсь. Хотя, если честно, то так оно и было. Больно уж в непривычном образе он вдруг предстал. Его там часом никто не подменил втихушку за эти дни? Или это он так резко после Дамировых вразумлений перевоспитался?
А вот Антонина Петровна даже не думала сдерживаться: весело рассмеявшись, она словно мальчишку потрепала Светозара по волосам и восхищенно покачала головой.