Пробуждение тьмы (СИ)
Приговор они в моих глазах подписали себе сами. Больше я не собирался просто забрать Дарину и уходить, нет… Они должны были ответить, и они ответят. За каждый ее испуганный взгляд, за каждую пролитую слезинку.
Глава 7
Когнитивный диссонанс
Я снова ощутил, как реальность вокруг меня податливо изгибается, но на этот раз, прежде чем применить шаг тени, я ещё и активировал покров тьмы, из-за чего моя фигура растворилась, став самой натуральной тенью, невидимой и неслышимой. Ещё один шаг — и я уже внутри квартиры.
Прихожая была темной и тесной. Пахло старым табаком, потом и чем-то едким, вроде дешевого одеколона. Из комнаты напротив доносилось прерывистое, тихое всхлипывание, а с кухни, слева, доносились те самые голоса и звон посуды.
Быстро заглянув на кухню, я не заметил ни у кого из них огнестрела, только примитивная, грубая сила и уверенность быдла, которое знает, что оно тут хозяин. Идеально.
Я замер в дверном проеме кухни, пристально оглядывая своих будущих жертв. Трое. Двое помоложе, коренастые, с наглыми, тупыми лицами, сидели за столом, уставленным бутылками пива и объедками, а третий, тот самый бородач — Аслан — стоял у раковины, закуривая сигарету. Он был крупнее, с тяжелым, жестоким взглядом хозяина зверинца.
Увидев всё что хотел, я сбросил маскировку. Просто взял и появился, после чего продолжил молча стоять в дверях, с абсолютно пустым лицом, и смотреть на этих тварей.
Первым меня заметил Аслан. Его глаза расширились от изумления, потом сузились от злости. Он швырнул сигарету в раковину и смачно дал подзатыльник ближайшему подручному.
— Али, я сколько раз тебе, идиоту, должен говорить, чтобы ты закрывал за собой дверь в хату⁈ — проревел он. — Опять нараспашку оставил? Как этот шкет тут оказался?
Тот, кто получил по шее, испуганно заморгал, озираясь, и оправдываясь произнёс:
— Да я Аллахом клянусь, закрыл, Аслан! Я же щеколду…
— Заткнись! — рявкнул Аслан и медленно, с насмешливой ухмылкой, повернулся ко мне. Его дружки тоже оправились от шока и начали ухмыляться, предвкушающе переглядываясь. Им казалось это забавным — лох сам пришел на бойню.
— Ну что, пацан, — начал Аслан, делая шаг ко мне. Он был на голову выше и вдвое шире в плечах. — Быстро ты примчался, я тебе дал час, а ты тут как тут. Решил свою сучку выручать? Синдром героя?
Его приятели заулюлюкали, подбадривая:
— Давай, Аслан, покажи ему! Втащи, чтоб знал своё место!
Как бы они не старались — меня это нисколечки не задевало. Совсем. Внутри все было холодно и пусто, ведь я уже всё для себя решил. Я определил главного, а остальное было шумом.
Аслан подошел почти вплотную, его дыхание с запахом табака и чеснока било мне в лицо похлеще перцового баллончика:
— Что, даже ничего не скажешь? Обосрался совсем, да?
Я посмотрел ему прямо в глаза. Мои губы едва дрогнули, после чего я тихим голосом проронил:
— Зря вы тронули её… Очень зря.
В глазах Аслана мелькнуло недоумение, от не типичного поведения жертвы, которое очень быстро сменилось злостью. Он собрался что-то сделать, но было уже поздно.
Я не стал двигаться, не стал замахиваться… Я просто послал в него свой излюбленный навык — Шёпот паники. Он удивительно хорошо усилился моим состоянием и эффект оказался… Впечатляющим.
Лицо Аслана мгновенно исказилось, а его уверенность испарилась в один миг. Глаза выпучились от внезапного, животного, необъяснимого страха, после чего он отшатнулся от меня, врезаясь в стол, и издал странный, сдавленный вопль, больше похожий на визг затравленного зверя:
— Ч-что?.. Нет! Отстань! Изыди!!!
Его товарищи остолбенели, не понимая, что происходит, а их хохот замер на полуслове. Второй, тот, что сидел ближе ко мне, первым осознал, что скорее всего я что-то сделал с их боссом и поднялся, потянувшись рукой к заткнутому за пояс охотничьему ножу.
Я даже не посмотрел на него. Просто не задумываясь метнул в него «Истощение сущности». Игровые навыки получались у меня так легко, словно я всю жизнь их применял, но сейчас я об этом не думал. Сейчас я убедился, что теневые руки существенно уменьшили прыть моего врага, который вдруг побледнел, как полотно, и выкинул его из головы.
Нож выпал из ослабевших пальцев бандита с глухим стуком, а сам он хрипло дыша схватился за сердце и медленно сполз под стол, словно какая-то тряпичная кукла.
Третий, самый молодой, смотрел на это всё ошарашенным взглядом, застыв с бутылкой пива в руке. Его глаза были круглыми от ужаса и непонимания. Он смотрел на своего орущего от страха главаря, на своего друга, безвольно распластавшегося на полу, и на меня — неподвижного, молчаливого, самого страшного из всего, что он видел в жизни.
Его мысли ударили по мне волной чистого, неразбавленного животного ужаса: «Демон… Это демон… Надо бежать…»
Но по понятным причинам в исполнении этого желания он не преуспел. Я посмотрел на него безразличным взглядом, и прекрасно чувствуя его гнилую натуру, тут же активировал то, что раньше использовал только на монстрах в игре… Если кто не понял — сейчас я имею в виду жнеца.
Вокруг этой твари мгновенно вспыхнуло жадное чёрное пламя, которое за считанные мгновения полностью его поглотило и так же быстро исчезло, оставив от живого человека лишь небольшую кучку праха, которую, впрочем, сразу же залило пиво из упавшей бутылки…
«Теперь второй. Он тоже не нужен.» — хладнокровно подумал я, и перевёл свой взгляд на того, что лежал под столом и слабо хрипел, не способный ни на что. Я наклонился над ним, поймав его полный слепого отчаяния взгляд, и тут же повторно активировал Жнеца… Который не активировался.
Вместо этого на меня накатила резкая слабость, от которой я сам чуть не упал, прямо на распластанное по полу тело. Сначала я не понял причины странного недомогания, а потом осознал, что в этом мире у меня не было подарка Аланы, а это значит, что у Жнеца ещё просто не прошёл откат…
Мне совсем не хотелось давать этому засранцу возможность придти в себя, поэтому мысленно пожав плечами, я просто и без затей отсёк его тупую голову копьём тьмы.
С этого момента тишину на кухне нарушал только истеричный, захлебывающийся вой Аслана. Он бился головой о стену, царапал себе лицо, бормоча что-то бессвязное о демонах и тенях. Он был сломлен, уничтожен моим шепотом паники, но мне было нужно больше…
Я подошел к нему, встав прямо над ним, но не смотря на это он не видел меня, забившись в угол и закрыв голову руками.
— Аслан, — сказал я тихо.
Услышав мой голос — он вздрогнул, как от удара кнута, и замер, всё так же не поднимая на меня своих глаз.
— Кто тебя нанял?
Он затряс головой, тихо причитая: — Нет… не могу… он убьет… хуже чем убьет…
— Он уже тебя убил, — мои слова были холодны, как лёд. — Просто ты ещё не понял этого. Скажешь имя — твои мучения закончатся быстро, а если не скажешь… — я сделал паузу, давая ему прочувствовать весь ужас своего положения, — … я сделаю так, что текущее твоё состояние будет цветочками по сравнению с тем, что тебя будет ждать.
Он поднял на меня своё искаженное безумием лицо, и в его глазах я увидел не шуточную борьбу между страхом перед мной и паническим ужасом перед тем, кто его послал.
— Артур… — наконец выдохнул он, буквально выплёвывая это имя. — Артур Викторович… его все зовут просто Артур…
— Где он живёт? — требовательно спросил я, на что сразу же получил ответ:
— Особняк… за городом… по Киевскому шоссе… поворот на Петрищево… там только один особняк за забором… все знают…
Он выпалил всё это на одном дыхании, словно боялся, что я передумаю и заберу свой «подарок» — быструю смерть. Я же молча смотрел на него несколько секунд, а потом мои губы растянулись в кривой, безрадостной ухмылке, после чего я сказал:
— Молодец, Аслан. Хороший мальчик. Сдал своего хозяина с потрохами, как последняя крыса.
В его глазах мелькнуло что-то — может быть, остаток гордости, может, просто животный страх… Но было уже поздно. Я поднял руку, но не для того, чтобы прикончить его… Вернее не так.