Наёмник (СИ)
Когда с голодом было покончено, а жажду я утолил из небольшой тыквенной бутыли, которую набрал в придорожном ручье, сообразив, что в городе с питьевой водой сложности, настало время поиска работы. Я поочерёдно обходил лавки, спрашивая, не требуется ли кто, но везде получал отказ. Один хозяин, торговавший пеньковыми верёвками, объяснил мне просто и незатейливо, что в городе сейчас не лучшие времена, торговля хиреет, торговые пути перехватывают конкуренты из других городов, а потому они, торговцы, стараются сократить издержки, увольняя лишних работников. Теперь тут повсюду слоняются грамотеи, которые в лавках не нужны, а на чёрную работу идти брезгуют.
Я пригорюнился, так и присев у него в лавке, благо, он меня не выгонял, а крыша хотя бы давала тень. Посидев минут пять-десять, я вдруг встрепенулся и спросил:
- А чёрная работа есть? Куда пойти спросить?
- Это сколько угодно, - поведал он мне с какой-то отеческой улыбкой. - Можно в грузчики пойти, но там тоже редко берут, место хлебное, всегда с выгодой, да и украсть что-то можно, хоть и дерут за это плетьми нещадно. Можно к углежогам, что за городом работают, неплохо там, но очень уж жарко, да чёрный весь будешь. Ещё можно к каменщикам, сейчас бургомистр надумал стены строить, так камень добывают и сюда свозят, здесь обтёсывают и в стену кладут. У них тяжело, но и платят неплохо.
- Спасибо, - я встал и благодарно поклонился. - Подскажите, как туда добраться?
Дорога оказалась простой. Скоро я уже беседовал с бригадиром каменотёсов, который принял меня благосклонно, с удовлетворением взирая на могучую комплекцию, что не мог скрыть худой кафтан.
Условия были следующими: на месте происходит чистовая обработка гранитных блоков, которые затем устанавливают в стену, а неподалёку в каменоломнях добывают камень и подвергают черновой обработке, кое-как подгоняя по размеру. На укладку меня не возьмут, тут опыт нужен, на обтёсывание может быть возьмут попозже, а пока мне следует идти в каменоломню и брать в руки кайло. Платят четыре талера в месяц (это, как я понял, та самая серебряная монета), плюс еда и ночлег. Собственно, мне больше и не нужно.
К работе я приступил на второй день. Обязанности объяснил уже другой бригадир. Обязанности были простыми: бери больше, кидай дальше, пока летит, отдыхай. Каменоломни представляли собой плоскую скалу, сплошь изъеденную человеческими руками. Камни выламывали разными способами, иногда (если требовалось отломить большой блок) с помощью деревянных клиньев, поливаемых водой, но чаще всего простыми стальными клиньями и обычным кайлом. Отломанные куски начерно обтёсывали, опять же, самыми простыми инструментами, вроде зубила, а иногда даже просто другими камнями.
Мне, как неопытному, но сильному, выдали кувалду. В прежнем мире она показалась бы мне тяжёлой, но не здесь. Работать получалось на совесть. Раз за разом я вгонял колья в ряд, пока каменная глыба не разваливалась на две части, потом ещё и ещё. От постоянного битья начинали трястись руки, но я справлялся. Полученные глыбы нужного размера переносили чуть дальше. Переносили вручную, обычно по двое, но я мог и один. Блоки в конечном виде имели размеры где-то метр на сорок сантиметров и сорок же в высоту. Тяжело, даже мне, но поднять можно.
Что же до длины рабочего дня, то тут всё было заранее ясно, пролетариат ещё не набрал силу, чтобы требовать себе права, а потому работали от восхода до заката, правда, с перерывом на обед и ужин, да и в течение остального времени имелись минуты отдыха, когда должны были поднести новые клинья, когда надо было выгрести отходы, а все сразу этим заниматься не могли, ну и так далее.
К вечеру я здорово вымотался, но сказать, что устал смертельно, не могу. Такая работа тоже сойдёт, пока не найду ничего нового. Для поисков имелся один выходной в месяц, в который платили зарплату. Еда тоже не вызывала вопросов, мясная похлёбка (по-настоящему мясная, а не только бульон), иногда уха из непонятной рыбы, но, опять же, густая и сытная. Хлеб, хоть и чёрный, но выдавался в достаточном количестве, ешь от пуза, только с собой уносить не разрешалось, за этим следили строго. Через день давали каждому по кружке пива, которое помогало работяге хоть как-то расслабиться.
Через неделю я стал замечать, что работа даётся легче, появилась сноровка, позволяющая бить кувалдой уже не так сильно, зато точно, да и мускулы, будь они трижды мощными, стали привыкать к таким нагрузкам. Бригадир меня заприметил и посулил премию. Мелочь, а приятно.
Народ в каменоломне подобрался разный. В основном, конечно, бывшие крестьяне, которые, как и я, направились в город в поисках лучшей доли. Были и уголовники, которые временно решили завязать с разбойным промыслом, были и такие, кто недавно имел нормальную работу, да только стал не нужен или провинился.
С этими-то людьми я и старался сводить дружбу. Не то, чтобы они могли чем-то помочь, но хотя бы знаний о мире я от них наберусь, пригодится. Один был учителем, преподавал в богатых домах детям грамоту, а тем, что постарше - историю с географией, а потом дом этот был разгромлен, хозяина по приговору суда вздёрнули, а семья отправилась в ссылку. Учитель был рад, что сам цел остался, поскольку при захвате дома стражниками пострадали также и слуги, а учитель в тот день припоздал, пришёл тогда, когда хозяина уводили в кандалах, выносили имущество и выгоняли семью. Удалось быстро ретироваться, смешавшись с толпой, да только больше работу по специальности не нашёл, город и в самом деле переживал не лучшие дни. Проев все сбережения, он не нашёл ничего лучше, кроме как устроиться сюда. Сил ему определённо не хватало, но он старался, понимая, что больше уж точно никому не нужен.
Беседа с учителем ещё более укрепила меня, что искать интеллектуальную работу нет смысла. Слишком большая конкуренция. Был бы город портовым, я бы тогда в матросы подался, мир посмотреть, но нет, до моря была добрая сотня миль с гаком, а отсюда весь товар развозили на телегах.
Имелась в городе гильдия магов, не самых лучших (самые лучшие у короля служат), но всё же. Они иногда брали себе учеников, в том числе и взрослых. Вот только нужно некоторыми задатками обладать, способностями к магии, которые есть хорошо, если у каждого сотого, да и то не все в ученики годятся. Можно было зайти, да только я отчего-то в своих способностях сомневался.
Имелись и алхимики, это было уже интереснее. Они, конечно, тоже по-своему маги, всё больше магические зелья варили, что из ногтей висельника, глаз отцеубийцы, печени нетопыря и полыни, что выросла на могиле клятвопреступника. Но кроме этого, изготавливали они и вполне приземлённые вещи, вроде красок, лекарств и ядов. У меня в школе пятёрка была по химии, вполне мог бы заняться. Но, опять же, подозреваю, что и там всё занято, хотя поинтересоваться следовало.