Мой сводный препод (СИ)

Вася удивлённо замирает. Кажется даже дышать перестаёт, но потом, всё же, руку вырывает. Напрягается и отступает.
— Не делай так, Шумовский! — смотрит, вроде бы, испуганно, но я замечаю, как заалели её пухлые губки — сочные и спелые, как те черешни, что я сорвал сегодня утром в саду её бабушки.
Знаю, что не должен к ней подкатывать. Ведь я сюда поехал вовсе не за этим! А чтобы убедить эту упрямую девчонку, что вовсе не так плох, но… после ночи адского стояка, с которым я не мог ничего сделать, мои желания пошли вразрез с планами. Да, что-то явно пошло не так. Впрочем, как и всегда рядом с Васей. С ней хвалёный самоконтроль катится к чертям!
  
— Ладно, — цежу сквозь зубы, но запястье отпускаю. — Показывай дорогу.
Мышка идёт спереди. И это приятно. Потому что я могу вдоволь налюбоваться на упругие половинки её кругленькой задницы. Пока она продолжает нравоучать меня, я пялюсь на шикарную попку и согласно поддакиваю тому, какой я отпетый, по её мнению, негодяй.
Минут через десять Вася понимает, что спорить я с ней не собираюсь, и оборачивается.
— Ты чего такой сговорчивый сегодня? — хмурит изящные брови.
— Ты меня вразумила, — усмехаюсь ей в лицо.
Вася недовольно надувает губы.
— Не верю я тебе, Шумовский. Ты что-то задумал? Признавайся?
Да она как ребёнок, ей богу!
— Ну, если и задумал, то зачем мне тебе говорить?
Вася отворачивается и теперь идёт молча.
Узкая тропинка петляет между деревьев, и мы спускаемся куда-то вниз. Да, я бы, и правда, дорогу не нашёл — тут столько путей. Чёрт голову сломит.
Наконец, деревья расступаются, и мы выходим на открытую местность.
Впереди виднеется довольно широкий пруд с цветущими вдоль берега кувшинками.
Снимаю обувь. Пальцы утопают в песке. Зарываюсь в него, чувствуя приятное тепло, и расстёгиваю брюки. Стягивая их, искоса поглядываю на Мышку, которая прячет смущённый взгляд.
— Ну всё… — лепечет. — Я тогда пойду…
— Нет, не уходи, — усмехаюсь. — Я дорогу не запомнил.
— Это как так? — кажется растерянной.
Весь путь меня отвлекали твои аппетитные ягодицы! Я представлял, как раздвигаю их и провожу между ними пальцем, собирая влагу…
— Я тебя слушал внимательно, — смотрю ей в глаза с самым честным видом. — И за дорогой не следил.
Вася закатывает глаза.
— Ты просто невыносим! Беспомощный! Хуже ребёнка!
Пожимаю плечами. Не помню, чтобы позволял хоть кому-то из своего окружения постоянно оскорблять себя. Зато Мышка делает это с завидно регулярностью!
Подхожу к невысокому обрыву.
— Ты что, прыгать собрался? Не зная дна? — она с беспокойством семенит следом.
— Вот ты мне и скажи, какое тут дно, — оборачиваюсь, примеряясь к месту прыжка.
— У берега мне по плечи… Наверное… А дальше — не знаю! — Вася явно взволнована. Странно, чего это она? Уж не о моей ли шкуре переживает? — Может, лучше не прыгать? Спустись вон там, — она показывает рукой в сторону. — Там безопаснее…
— Не, — лениво разминаю шею. — Туда далеко идти.
— Но…
Она не успевает договорить, а я уже разбегаюсь и прыгаю вниз. Успеваю сгруппироваться и уже через мгновение ухожу с головой в прохладную глубину. Раньше я всерьёз увлекался дайвингом, поэтому задержать дыхание надолго для меня не проблема.
Ощутив ногами дно, я не спешу всплывать. Плыву под водой, чувствуя приятную прохладу. Мне хочется заставить Мышку поволноваться. Посмотреть в её испуганные мои долгим отсутствием глаза и потешить себя обманом, что ей на меня не наплевать. Ребячество, конечно, но… не могу отказать себе в этом удовольствии.
Не знаю, сколько проходит времени. Все звуки отступают. Под водой иное царство, которое, кажется, не живёт по законам земного мира.
Внезапно позади мне чудится всплеск. Разворачиваюсь и плыву к берегу. Выныриваю на поверхность и замечаю голову Васи. Она выкрикивает что-то, но я не сразу разбираю её слова, потому что уши у меня заполнены водой.
Подплываю к ней ближе и…
— Влад! — встревоженно кричит она. — Влад! Где ты?
Оказываюсь у Мышки за спиной и обнимаю её за талию притягивая к себе. Она испуганно вздрагивает и пытается развернуться, но я не даю ей сделать это.
— Ты! — она впивается в мои запястья. — Тебя больше двух минут не было! Я думала, ты утонул!! Ненормальный! Нельзя же так…
Дотрагиваюсь губами до её ушка и тихо шепчу:
— Ты обо мне переживала?
Она вся дрожит, но сопротивляться не перестаёт. Только сейчас замечаю, что не ней нет одежды… Только тонкая ткань трусиков, лифчик и… совершенно голый, покрытый мурашками живот…
— Так что, — плотнее сжимаю руки, полностью обхватывая её за талию. — Разве ты больше не желаешь мне долгой и мучительной смерти?
Губы уже касаются нежной шеи. Кончик языка ласкает взволнованную венку.
— Мучительной желаю… — голос Васи становится негромким. — А вот утонуть — нет. Это для тебя слишком просто!
Её попка прижимается к моему паху. Тут довольно глубоко — я стою на кончиках пальцев, а вот упрямица дотянуться до дна никак не может… И это мне на руку. Пользуюсь её беззащитностью и покрываю шею быстрыми поцелуями. Чувствую, как она подрагивает в моих руках и накрываю её грудь. Дразню твёрдый, словно галька, сосок. Слегка вдавливаю оттопыренную вершинку, а потом зажимаю её между пальцев, нежно покручивая.
Член уже упирается в сжатые половинки ёрзающей попки. Двигаюсь бёдрами вперёд, припечатывая к ней нетерпеливо пульсирующий стояк.
— Влад, что ты… — взволнованно начинает она, но я не даю девчонке опомниться.
Давлю на низ её живота, быстро спуская руку и накрываю запретный треугольник между её ног. Отодвигаю в сторону ткань и провожу пальцами по гладкой коже её киски. Кровь ударяет в голову. Охренеть! Какая же она нежная!
Сжимаю нижние губы, а потом развожу их в стороны, получая доступ к горячей сердцевине. Её клитор оказывается под средним пальцем, и я давлю на него, заставляя Васю плотнее сжать ноги.
— Давай же малышка, — шепчу ей в ушко, обдавая кожу жарким дыханием. — Расскажи, как ты меня ненавидишь!
Она сцепляет зубы, а я всё продолжаю массировать чувствительную горошину. Её пухлые губы приоткрываются, и… вместо привычных проклятий с них срывается сладкий, блаженный стон…
  
Глава 32
 
Вася
Тело парит в невесомой прохладе. Зажмуриваюсь и откидываю голову на его плечо. Горячие губы шепчут на ухо что-то нежное… Не могу поверить, что Влад и правда может быть таким! Нежным, ласковым и даже милым… Безумие. Это сплошное безумие!
Он двигает пальцами между ног, а я не могу сдержать стоны. Рядом никого. Ни одного человека… Только я и он. Маньяк, сводный брат, препод из универа, мой первый мужчина… Не слишком ли много ролей для одного человека? Да… Шумовского стало слишком много в моей жизни. Он заполонил собой все мысли, всё свободное пространство!
Пытаюсь концентрироваться на своей ненависти к нему. Честно, пытаюсь. Хочу вспомнить боль и унижение, которые испытала там, в клубе, но… отчего-то на ум приходят совсем другие воспоминания. Его ласки на кровати в доме его отца… Нежные объятия в номере отеля… и то, как сладко мы спали вместе сегодня ночью… Почему же сейчас, когда он трогает меня, я не могу думать ни о чём другом?!
Его пальцы порхают по моим складкам. Раздвигают их, проникают чуть глубже. Действуют решительно, но не требовательно. Создают иллюзию того, что в любой момент я могу отказаться, отстраниться и прекратить всё это! Вот только прекращать эти ласки моему сумасшедшему телу совсем не хочется!
— Вася, детка, я так хочу тебя… — хрипло шепчет он, вдавливая уже твёрдый член мне в попку. — В этот раз всё будет иначе… Я всё исправлю… Тебе будет хорошо…
  
— Ммм… — тихо стону, в его губы торопливо целуют мою шею. Он хочет заставить меня думать, что в этот раз я сама контролирую ситуацию… вот только его ладонь, крепко сжимающая низ моего живота, ладонь, что прижимает трепещущее тело к его торсу, не даёт особых вариантов. Я совсем не уверена, что если сейчас начну сопротивляться, то он отпустит. И проверять мне это совсем не хочется. Мне нравится верить в сладкий обман. Нравится думать, что Влад может быть другим…