Без обмана 2 (СИ)

– Прошу прощения за суету, Цуцуи-сан. Вы, наверное, ожидали от этих выходных чего-то иного.
Подошедший Дандо-сама потёрся о ноги моей девушки и громко замурчал. Я даже тянуться к коту не стал. Не любит он меня. Одно неловкое движение и надо будет рану обрабатывать. Хотя с остальными кошками у нас взаимная приязнь. В отличии от собак, которых я побаиваюсь и ничего с собой поделать не могу. Особенно крупные псы меня нервируют. Может быть, в числе предков папиного крысолова были собаки, в нарушение всех современных представлений о происхождении видов?
– Ничего страшного, Ниида-сан, признаюсь, я не ожидала от Тики-тян подобной эмоциональности, иначе постаралась бы ее подготовить по пути, – ответила отцу Цуцуи.
– Пап, прости, что так в лоб, но мне нужны ответы, – не выдержал уже я. – Тике четырнадцать. Анализ говорит что у нас совпадают оба родителя. Пятнадцать лет назад вы с мамой…
– Я не знаю, Макото. Я верю анализам, не отказываюсь от дочери и постараюсь воспитать её не хуже, чем тебя, но не понимаю, как такое возможно. За последние тридцать лет я встречал твою маму если только во сне. Она мне часто снится. Как запала в сердце один раз, так в нём и осталась. Хотя монахом эти годы, должен признаться, я не был.
Мияби от папиных откровений слегка покраснела. Да я и сам внезапно взглянул на фигуру отца с несколько другого угла. Как-то наивно было бы ожидать, что он все эти три десятка лет хранил верность бросившей его с младенцем на руках женщине. Но я ничего и никого рядом с папой не замечал. Похоже, что и правда был несколько близоруким, если не туповатым подростком.
– И ты мог бы пятнадцать лет назад её не узнать? – нашёл я логичный, но в целом странный вариант.
– Выходит, что мог, – признал отец. – Она умеет быть разной. Однажды я узнал ее, только когда позвала меня по имени. А до того смотрел в упор и не понимал, кто передо мной. Я злюсь на неё за то, что не дала ответа ни на одно из четырёх предложений руки и сердца. За то, что исчезла. Но все равно восхищаюсь.
– Как ее зовут? – не выдержал я. – Пап, я и раньше спрашивал. Ответь, пожалуйста.
– Кагами, – вздохнул отец. – Пожалуйста, не ищи её. Она просила не искать.
Имя прозвучало как-то фальшиво. Нет, мой папа никогда не врёт, что подтверждается и тем, что обмана я не почувствовал. Но всё равно не то имя. Как будто на уровне интуиции я ожидал услышать иное и вот сейчас разочаровался. А какое? Ни малейшего понятия. Возможно, имя одной из дочерей Хидео-сана, их у него осталось не меньше пяти. Хотя возраст не очень совпадает. Возможно, если и стоит искать кровную связь с моим темным попутчиком, то уместнее будет посмотреть на его внучек, которые у меня в памяти не зафиксировались совершенно.
– Ниида-сан, а как вы познакомились? – спросила мудрая женщина Мияби.
– Обыкновенно, на танцах. Вам, молодёжи, не понять романтику дискотек тридцатилетней давности. Я встречал ее на сельских гулянках из недели в неделю, но все не мог понять, из какой Кагами деревни. Целых полгода приглашал ее на танец, пока она не согласилась. Затем несколько месяцев с тем же упорством звал прогуляться и в итоге всё сложилось куда лучше, чем я мог ожидать. Через какое-то время она исчезла, а вернулась уже с младенцем. Сказала, что его зовут Макото и это наш с ней сын. Попросила воспитать честным человеком. Вот и вся история.
Я к папиному рассказу остался удивительно для самого себя равнодушным. Хотя, казалось бы, вот она, тайна, которую жаждал узнать всю свою жизнь. Но что-то с ней не так, хотя папа честнее, чем когда-либо. А вот моя девушка в очередной раз всплакнула.
– Это так грустно и так романтично, Ниида-сан. Что вы дальше будете делать?
– Получу опеку над дочерью и буду её растить. Уж поверьте, справлюсь. Мне придётся поднапрячься, чтобы устроить девочку в университет, остальное ерунда.
– Пап, я помогу.
– А я и не буду отказываться. Крыша сарая ждёт починки, сынок. И в том, как делать все эти тесты, доказывающие родство, я не понимаю совершенно ничего.
 
– Я про деньги, пап. У меня новая зарплата и я буду помогать, насколько могу, – то, что Ниида Хиро честный до зубной боли, не делает его бесхитростным. Папа умеет увести разговор в сторону не хуже любого нормального человека. Но тут не тот случай, чтобы я повелся.
– Сын, эти деньги будут нужны будут тебе самому. Если только ты не совершишь огромную глупость и не поставишь отношения с Цуцуи-сан под угрозу.
– Я все равно помогу, пап, и не в ущерб себе, будь уверен.
– Давай не будем ссориться, сынок, в любом случае до того дня, когда Тика-тян выберет себе университет, еще не меньше пяти лет. Все, что угодно, может случиться за эти годы. 
Спорить я и не стал. Просто решил, что оплачу учебу для сестры сам. Запрошу из учебного заведения счет и оплачу, даже если придется залезть в кредит. Или не придется. Откладывать половину внезапно выросшей зарплаты для меня обременительным ничуть не станет. Да и кого я обманываю? Хидео-сана буквально тянет к деньгам. И я не про мелочи вроде чужих кошельков, которые я в любом случае никогда не возьму.
Дом у папы не очень большой. Один этаж, три комнаты, просторная кухня, вполне современный санузел. Хотя в саду есть и традиционный туалет васики, который я с детства терпеть не могу. Предпочитаю современные удобства.
Тике-тян досталась моя старая комната. Условная детская. Мне с Мияби папа уступил свою обитель, там имеется полноценная кровать. А сам Хиро-сан устроился спать на диване в гостиной.
Утром я самым позорным образом проспал. Меня снова навестили сны о прошлом Хидео-сана, но какие-то слишком сумбурные для фиксации деталей. Вроде бы пройдоха находился за игорным столом, но я так и не понял, в карты он кого-то обманывал, в маджонг, кости или иную игру. В то, что авантюрист играл честно, ни на секунду не поверил. Насколько я его изучил, обмануть для него даже важнее, чем победить.
Проснувшись, не обнаружил рядом Цуцуи. Не нашлось девушки и на кухне, и вообще в доме. Такое ощущение, что вся цивилизация вымерла, пока я спал.
Конечно, нет. Обе девушки попались мне на пресловутой крыше сарая, увлечённо по ней ползающими. Папа с видом наседки бегал внизу и уговаривал спуститься.
– И не просите, Ниида-сан, я тоже выросла в деревне, и знаю, как чинить крышу. И я достаточно легкая, чтобы черепица подо мной не ломалась. А Тика-тян и вовсе пушинка.
– Но как же посмотрят на меня соседи, – общественное мнение, пожалуй, главная папина уязвимость. Для него важно, что скажут люди.
– С завистью, Ниида-сан. Или тут у каждого сарая крышу такие красавицы, как мы с вашей дочерью, чинят?
Тику, при всех моих теплых братских чувствах, прямо-таки красоткой не назвать. Обычный ребёнок ее возраста. Но надо быть самоубийцей, чтобы сказать такое девушке. Поэтому для посторонних моя сестрёнка по умолчанию красавица и пусть только кто попробует поспорить.
Не стал вмешиваться. Я в данной ситуации самый бесполезный. Воплощение бытовой неумелости. Вместо этого отправился на кухню и занялся завтраком. Если что-то и способно заманить ангелов с небес на грешную землю, то это запах свежих оладьев, обильно политых медом с папиной пасеки. Пожалуй, им стоит поспешить, пока я сам не подвергся соблазну съесть всё в одиночку. Ох, какие терзания мне пришлось выдержать прежде, чем на кухню явилась сначала Тика-тян, а затем и Мияби.
В итоге нам с папой досталось буквально по паре оладушков из огромной миски. И это меня принято считать обжорой? В сравнении с моими сестрой и девушкой я ем вполне себе умеренно.
– А ничего так, зашибенно в этой вашей деревне, – оценила девочка. – И воздух вкусно пахнет. Пап, а эта комната теперь насовсем моя? А почему котик у тебя такой сердитый? Только сестренке Мияби себя погладить дает. 
– Насовсем. Макото ведь она уже ни к чему, – флегматично отвечал отец. – Дандо-сан настоящий воин и его доверие заслужить непросто.
– Я просто хорошо лажу с кошками, нравлюсь им, – смутилась Цуцуи.