После развода. Бывшая любимая жена (СИ)

Я постаралась успокоиться, только чтобы не показать, что его слова задевали.
— Поэтому ты сейчас находишься в той точке, где я тебя оставил. Не надо никого в этом винить. Ты просто по-другому не умеешь. А если ты не умеешь, значит мы все равно будем вместе.
— Давай ты будешь вместе со своей девкой, которую обрюхатил примерно в то же время, что и у меня.
Тело Адама напряглось, я почувствовала спиной, как закаменели его мышцы.
  
— Там тоже твой ребёнок, понимаешь? И он будет расти без отца. Что ж ты сделал выбор то впользу старой, ненужной жены? Иди новую выбирай. Она явно этого достойна. Ты ведь аж её в клинику возил, показывать видимо будущие владения. Да что-то пошло не по плану. Лукина сорвалась, стала разносить и трепать языком о том, что ты последняя сволочь, которая лишила жену всего и она бедная бегает, побирается, пытаясь снять помещение под новую клинику. Вот что тебя остановило. Ты насквозь испорченный, пропитанный лживыми поступками и такими же действиями. И пара тебе как раз та самая девка, которая посмела взглянуть на женатого мужика и махнув хвостом увести его из семьи.
— Ты что, думаешь меня можно на цепочечки куда-нибудь утащить? — Прохрипел мне на ухо Адам.
— Да, примерно так и думаю!
— Устинья! Просто иногда бывают случаи, когда например не надо мужа перед поцелуем гнобить за то, что он зубы не почистил, твою мать!
  
Глава 22
 
— Ты куришь. — Выдохнула я, ошарашенно и шокировано от того, что мне прилетела такая претензия.
— И что? Ты прекрасно знала столько лет назад, что я курю и тебя это ни капельки не смущало. Ну нет. У тебя в последнее время: то один загон сменял другим, то ещё что-нибудь отжигала интересное. — Прохрипел мне это на ухо, стискивая ещё сильнее в своих объятиях.
Я постаралась вывернуть локоть так, чтобы упереться ему в солнечное сплетение.
— И ты… Ты считаешь, что это какая-то претензия, которая сейчас может звучать в рамках нашего развода? — Выдохнула я восторженно и вместе с тем зло.
Он сейчас что мне пытался сказать, что моя излишняя чистоплотность привела к измене?
— Это именно та претензия, которая может звучать в рамках развода, потому что, например, когда мужчина приходит и хочет поцеловать в засос свою женщину, и она в этот момент начинает козлиться и говорить о том: что, ой от тебя пахнет, ой, ты зубы не почистил. Это говорит только об одном, что её в принципе раздражает запах любимого мужчины. И да не надо мне сейчас строить здесь такие глазки. Особенно после того, что ты устраивала каждый раз перед нашей с тобой постелью: “а ты точно сходил в душ, Адам? А ты точно нормально помылся?” Нет. Я мылся квадратно-гнездовым способом. — Рявкнул так Адам, что у меня мурашки побежали по коже.
Я просто не могла сейчас интерпретировать адекватно его слова.
— Так скажи спасибо, что я тебя перед тем как целовать, в душ гнала, иначе бы после твоей девки такой букет сорвала, что ни о какой беременности и речи быть не могло.
И слова эти ударили его так больно, что он отпрянул от меня. Разжал руки, соскочил с дивана и прошёлся вдоль столика.
— Ты серьёзно? То есть ты считаешь, что я последний придурок и настолько мог пожертвовать безопасностью, что спал с кем-то без гандона?
— Судя по тому, что она беременна, то да! — Честно ответила я, растирая ребра. Медленно приблизилась к спинке дивана и постаралась аккуратно встать, но Адам вспылил.
— Я всегда знал, что ты у меня особенная, но чтоб на таком делать загон? Это надо ещё, знаешь, постараться. Единственное оправдание, которое могло быть в этом случае, тебя просто воротило от меня. А потом вдруг начинается удивление:” ах, с чего это муж изменяет? Ах, как так получилось?” Да, обычно получилось, потому что если я пришёл, увидел тебя, то я тебя захотел и мне абсолютно плевать: была ты в душе, не была ты в душе. Я просто тебя хочу, но ты делала из этого какой-то спектакль. Цирк с конями устраивала. Сходи в душ, помойся этим мылом, помойся тем мылом.
— Ты сейчас просто себя оправдываешь. — Хрипло произнесла я, глядя на мужа надменным взглядом.
— Нет, блин, Устинья. Я себя не оправдываю. Я просто говорю о том, как это выглядело по-идиотски в нашем с тобой браке и не надо после этого рассказывать мне о том, что у нас все было нормально. Ни черта у нас не было с тобой ничего нормального! Если бы у нас с тобой было нормально, не появилась бы третья участница этого «нормально». Я не железный и поверь, иногда загоны твои доводили чуть ли не до трясучки. Ты меня готова была, как телёнка на поводке держа за причинное место водить каждый раз в душ. Да не хочу я в душ! Я к тебе хочу! Вот в чем была проблема.
— Ты глупец. — Выдохнула я и зажала ладонью рот в шоке от того, что смогла это сказать ему в глаза. В шоке от того, что у меня вообще язык повернулся.
— Да, твою мать, я глупец! Нажрался, накушался всей твоей педантичной фигнёй. Даже в самом крепком браке случаются моменты, когда все идёт через одно место. Но почему-то только у тебя всегда возникали такие идеи, что если что-то идёт не гладко, то значит надо это все бросить.
— Не надо мне сейчас здесь притягивать несуществующие вещи к нашему браку. Если бы я каждый раз бросала то, что меня не устраивает — мы бы с тобой разошлись ещё черт знает когда. — Едко выдала я, понимая, что если у меня был пунктик на гигиене, то у Адама характер в принципе был не сахар, и я достаточно хлебнула с ним всякого, чтобы иметь своеобразные преференции. Например в вопросе того, что не надо ко мне лезть после сигареты. Не надо ко мне лезть после алкоголя.
Я считала, что я в своём праве настаивать на маленьких уступках в отношении жизни со мной.
Но видимо, для Адама это была неподъёмная цена, которую он просто выстрадывал.
— Так ты так делала каждый раз.
Я воззрилась на него со злостью.
— Не надо врать. — Произнесла я по слогам, но Адам, выставив палец на меня, резко рявкнул:
— Назару было два года. Ты встала и ушла.
  
Глава 23
 
— Если бы я не забрала сына и не ушла, то через год я бы стояла на твоей могиле. — Произнесла я звенящим голосом от боли и шока.
Смотрела на Адама, стискивала ладони в кулаки.
— Если бы я тогда струсила, то мне бы через несколько недель нужно было поехать на освидетельствование в морг. Так что не надо мне здесь говорить о том, что я поступила как-то неправильно.
— А по твоему это правильно, да? — взбесился Адам. — По твоему это правильно, когда жена встаёт и уходит от мужа?
— Потому что муж не знает, что такое хорошо и что такое плохо. Я на коленях тебя умоляла, чтобы ты прекратил. Чтобы ты остановился. Я тебя просила ещё после первого раза, когда ты приехал домой в заляпанной рубашке кровью. Я тебя умоляла ради сына прекратить. Ну нет. Тебе хотелось всего и сразу. Ты хотел идти по головам и плевать, что эти головы были уже у трупов. Так чего ты ждёшь от меня? Того, что я скажу, что я не права? Я права была Адам.
Я резко соскочила с дивана и поняла, что меня всю трясёт настолько сильно, что я даже не могу это контролировать.
— Я была права. Если бы я тогда не забрала Назара и не уехала от тебя, то никакого «сейчас» у нас не было. Я бы не родила Родиона.
— Ты бросила меня!
— Я поставила тебе выбор: либо я и твой сын, либо твои компаньоны, которые непонятно куда тебя бы завели!
— Никуда бы они меня не завели. Ты думаешь у меня не было никогда головы на плечах?
— У тебя всегда была голова на плечах. А ещё непомерные амбиции. — Обрубила я, желая прекратить этот спор и наконец-то вырваться из плена воспоминаний.
  
Зима была. Холодно было.
Я знала, что он сотрудничал с какими-то не то чтобы бандюгами, но явно людьми не самой честной профессии.
Тогда шёл вопрос о переоформлении каких-то бумаг на большое промышленное помещение. Я знала, что скорее всего будет рейдерский захват. Я как одним местом чуяла, что из этого ничего хорошего не выйдет. Я его столько раз умоляла.