Сойтись с герцогом (ЛП)
Анна тихо присвистывает.
— Этому мужчине нужен массаж. Я никогда не видела никого настолько напряженного.
Я напрягаюсь, но молчу, сжимая флэт уайт мертвой хваткой.
— Когда закончишь развлекаться, Эди, — сухо говорит он через мгновение, — я хотел бы поговорить с тобой у себя в кабинете.
Анна откидывается на спинку стула и делает вид, что обмахивается, когда дверь захлопывается.
— Боже, — снова закатывает она глаза. — «Зайдите ко мне в кабинет».
— Это работа, — твердо говорю я. — Та самая, которой я плачу тебе аренду.
Это ее успокаивает.
Я паркуюсь сзади замка и хватаю пакет с выпечкой, чтобы занести его на кухню. Не знаю, что происходит с Рори, но у меня в животе пляшет целое стадо бабочек в тяжелых ботинках, пока мы заходим через черный ход, а Анна почти не обращает внимания на огороженный кухонный сад, мимо которого мы проходим.
На кухне никого нет, и я оставляю пакет на рабочей поверхности. Анна поднимается наверх, а я собираюсь с духом и отправляюсь дразнить льва в его логове.
Дверь его кабинета уже открыта. Я была здесь всего раз — обычно Рори работает за одним из больших столов в библиотеке. Кабинет с огромным дубовым столом с двумя большими мониторами Apple и массивным кожаным креслом. В углу диван, где дремлют две собаки, свернувшись клубком на сложенном клетчатом пледе. Минимум вещей, сдержанная роскошь и совершенно точно мужское пространство.
Он поднимает взгляд от пачки бумаг, лицо непроницаемо.
— Закрой дверь.
Я закрываю и неловко остаюсь стоять — он не предлагает сесть.
— Она надолго?
— Анна?
Он мельком смотрит на меня, и по выражению ясно, что уточнение было лишним.
— На несколько дней. Джейни была здесь, когда она… — я задумываюсь, подбирая слова, и решаю не подбирать. — Когда она сама себя пригласила.
Рори на мгновение закрывает глаза и тихо стонет.
— Она не слишком… тактична.
— И ты не слишком дружелюбен.
Слова вырываются прежде, чем я успеваю их остановить. Его губы дергаются, но улыбкой это не становится.
— Ты хотел меня видеть?
Я переминаюсь с ноги на ногу, странно ощущая тянущееся между нами молчание. Рори что-то черкает на листе, кладет ручку на стол, выравнивая ее по кожаному коврику, и все еще молчит.
— Есть старое досье, которого не должно существовать. В две тысячи втором мой отец утвердил грант на землю, которой мы технически не владели. Пока никто не заметил. Я подумал, не могла бы ты…
— О… так вот где проходят все эти саммиты.
Я оборачиваюсь и вижу Анну, завернутую в полотенце. Волосы собраны в нарочито небрежный, сексуальный пучок, длинные пряди спадают на плечи. Да чтоб тебя.
— Ты идешь плавать?
Я бросаю взгляд на Рори. Лицо у него совершенно непроницаемое. Совсем не та реакция, на которую рассчитывала Анна, и в этот момент я чертовски его за это люблю.
— Нет, — говорю я, держась за дверную ручку и выпрямив спину. — Я не иду плавать. Мне нужно работать.
— Показалось, что слышу голоса, — говорит Джейми, появляясь из библиотеки. — Или это у меня аллергия на все эти чертовы книги.
Анна смотрит на Джейми и позволяет полотенцу чуть сползти.
— Привет, — говорит она, протягивая руку. — Ну, тут не поспоришь, вы родственники. Ты, случайно, не тот, кто повеселее?
Рори прочищает горло и встает, уперев ладони в дубовую столешницу, оглядывая нас. С ледяной вежливостью, ясно дающей понять, что он предпочел бы быть где угодно, он говорит:
— Джейми, это подруга Эди, Анна, хотя, полагаю, ты и так это знаешь.
— Анна? — Джейми на секунду чешет затылок, наконец отпуская ее руку. — А, да. Привет. Приятно, когда появляется свежая кровь и хоть немного украшает это место.
Анна расцветает от комплимента и даже подхватывает пальцем прядь волос, накручивая ее. Если вот так действует старое богатство на обычно уважающих себя феминисток, мне становится не по себе. По крайней мере, у меня хватило приличия принять Рори за бармена, когда я пережила лучший секс в своей жизни.
— Эди?
Я понимаю, что Джейми что-то говорил, а я не услышала ни слова. Рори бросает на меня еще один странный взгляд.
— Прости, я думала о работе, — вру я, не встречаясь с ним глазами. Чувствую, как у меня пылают щеки.
— Очень приятно познакомиться, — говорит Джейми.
— Взаимно, — отвечает Анна. — Обожаю акцент. И скулы.
Он подмигивает.
— Боюсь, и то и другое наследственное.
Рори что-то бормочет себе под нос и проходит мимо меня с явным раздражением на лице. Я не уверена, из-за кого именно — Джейми, Анны или меня. Скорее всего, всех сразу.
Анна прислоняется к дверному косяку, длинная и стройная, в полотенце, которое почти ничего не прикрывает.
— Полагаю, быть герцогом нелегко.
— О, Рори всегда такой, — невозмутимо говорит Джейми. — Долг на первом месте, втором и третьем. Потом честь и дела. А удовольствие где-то очень далеко внизу списка. Привыкнешь.
— Я очень адаптивная, — мурлычет Анна.
Она улыбается, и я слишком хорошо знаю этот взгляд. Может, Рори и привлек ее внимание, но лорд в руках стоит герцога где-то там, в кустах, или как там говорится.
Брови Джейми взлетают вверх, и он одаривает ее понимающей ухмылкой.
— Ну, расскажешь мне все за заплывом. Точно не пойдешь с нами, Эди?
Я качаю головой и стараюсь выглядеть сожалеющей.
— Мне правда нужно заняться делами. Я и так все утро провела вне работы.
— Мой брат — суровый начальник, — говорит Джейми, когда Анна берет его под руку. — Пойдем со мной, поможешь мне позорно подорвать его репутацию.
Какое-то движение снаружи привлекает мой взгляд, и я вижу, как Рори снова уезжает, оставляя меня одну в коридоре. Вдруг Лох-Морвен снова кажется чужим, словно кто-то накренил все это место на бок. Будто я медленно и аккуратно что-то строила, а Анна вошла и переставила всю мебель.
27
Эди
Анна появляется после полудня на следующее утро. Я как раз на середине абзаца — работаю за кухонным столом с кружкой кофе. Маффин растянулся у меня под ногами в солнечном пятне. Из большой рабочей кухни доносится звон посуды и торопливые обсуждения — подготовка к балу выходит на финишную прямую, замок гудит, как улей. А моя соседка по квартире тем временем стоит посреди всего этого в пижаме. В моем, вообще-то, рабочем пространстве. Будто это какой-то домик для отпуска.
Я смотрю на нее во все глаза.
— Что? — она небрежно подходит к столу и берет виноградину из вазы с фруктами.
— Ты не одета, — шиплю я, краем глаза следя за дверью кухни.
Анна пожимает плечами.
— И?
— Мы не в отпуске. Я работаю.
— Пф-ф, — она запрыгивает и садится на стол, заглядывая в мой экран. — Ну и как дела?
Я закрываю ноутбук и встаю.
— Идут. В библиотеке чинят окна, поэтому я перебралась сюда, но тут столько всего происходит, что я все время отвлекаюсь.
— У тебя же есть обеденный перерыв? Я пойду в душ, а потом ты покатаешь меня по поместью, — она подходит к кофемашине и с надеждой тыкает в нее. Я понимаю намек.
— Сделаю тебе кофе, пока ты моешься. Но не пропадай надолго, мне днем нужно работать.
Анна закатывает глаза.
— Слишком многого прошу, если тут есть овсяное молоко?
— Ты когда-нибудь пробовала доить овес? — грубоватый гласвежский голос Грегора заставляет ее вздрогнуть, а меня — фыркнуть от смеха.
— Вот поэтому я и не люблю деревню. Один свежий воздух и больше ничего.
— Анна, — я сверкаю на нее взглядом и поворачиваюсь к Грегору, который стоит, скрестив руки, и посмеивается, будто видел такое не раз. — Анна, это Грегор, шеф-повар. А это моя подруга Анна, которая…
— Ага, я знаю, кто она.
Я прижимаю губы, чтобы не рассмеяться. Он умеет сказать все, не сказав ничего.
— Ладно, — фыркает Анна. — Пойду надену что-нибудь для улицы. Ты прокатишь меня и все покажешь.
Мы с Грегором стоим рядом, пока она уходит, демонстративно хлопнув дверью. Как только дверь закрывается, он поворачивается ко мне, и его ярко-голубые глаза весело поблескивают.