Сердце правящего дракона (СИ)
– Уж не пытаетесь ли вы сравнить меня с императором, леди Эакайн? – уточнила дрожащим от злости и негодования голосом, глянув на светящуюся печать на руке, словно женщина могла увидеть мой взгляд.
– А вы против моих сравнений, леди Вескер? – лукаво переспросила Аилетта.
Я едва не задохнулась от этого «леди Вескер», но сказать что-либо не успела.
Нэрен сжал мою ладонь, потянувшись через стол, призвал к молчанию и произнёс сам:
– Вы явно рискуете, используя кронпринца и связываясь с той, кого император объявил врагом народа. Или вы делаете это по приказу, или напрасно теряете драгоценное время, леди Эакайн, – его голос звучал спокойно и твёрдо.
Дракон дал ей понять – мы с ним ничем не рискуем в любом случае, и если кому и нужно спешить, оставив препирательства, так это Аилетте.
– О, Нэрен, – с неясной тёплой тоской протянула она, совершенно никак не отреагировав на слова первого кольца. – Ты стал таким взрослым и серьёзным, настоящий мужчина, как мама всегда хотела.
Удерживающая мою ладонь рука дракона дрогнула, зубы сжались до скрежета, лицо потемнело, а в золотых глазах зажглись опасные огоньки предостережения.
– Мы с вами не знакомы, – его голос стал ниже и значительно холоднее.
Им можно было бы заморозить целый океан, но только не странную женщину.
– Ты со мной не знаком, – исправила она беззаботно. – Я знаю тебя с рождения. Всех вас. Более того, некоторые из вас родились только благодаря мне.
Всё это походило на натуральный бред.
– Эрик, – позвала я, скривившись и успокаивающе поглаживая окаменевшего Нэрена по руке, – она пьяна?
– Думаю, просто безумна, – холодно отозвался кронпринц.
– Ах, дети, – снисходительно вздохнула императорская любовница. – Всегда смотрят на мир через призму своих ограниченных познаний.
– Оставьте свои игры, леди Эакайн, – приказал едва сдерживающийся Эрик. – Говорите, что хотели, или мы с вами закончим прямо сейчас.
Ответом на практически угрозу наследника Раделии стал заливистый смех женщины.
Меня кольнула жалость. Очевидно, Аилетта давно потеряла рассудок. Видимо, сказалась долгая связь с императором.
– Если я оставлю свои игры, – справившись со смехом, начала она весело, допустила секундную паузу и продолжила уже совершенно иным, серьёзным, вкрадчивым, пробирающим до костей голосом, – вы все умрёте.
Мы с Нэреном обменялись напряжёнными взглядами, Эрик тоже хранил злое молчание, а леди, выдержав паузу, продолжила тем же отрывистым, полным холода и затаённой ярости голосом:
– Вы слишком поздно начали задавать правильные вопросы. И неизвестно, сколько ещё времени у вас бы ушло, не подтолкни я. Вы чем занимались? – хлёсткий, как удар плетью, вопрос. – Один забыл все свои клятвы и собирался бросить миры к ногам той, кто не для него предназначена. Другой вознамерился отдать жизнь ради мести за тех, кто давно мёртв. Третья возомнила себя не пойми кем и спасала единицы, когда должна была оберегать миллионы!
Мы сидели, словно громом поражённые, и пытались просто осознать услышанное, а леди Эакайн разошлась ни на шутку, практически крича и время от времени переходя на утробное рычание:
– Идиоты! Такой ужасающе умный монстр, а понарожал одних кретинов! Думала, ну хоть девчонка справится, но и она, – яростная усмешка и практически выплюнутое: – влюбилась! И в кого? – леди рассмеялась, громко и жутко. – В предателя! В труса и ничтожество, который сдал её безумцу! И где она сейчас, наша умная и осторожная кронпринцесса? Последовала за братиками!
Моё сердце сделало последний глухой удар и остановилось, поражённое осознанием. Кронпринцесса, братики, монстр… Аилетта говорила об Энее Вескер! О мёртвой сестре Эрика и о двух его братьях, Эвире и Эдвине! Дети императора, ни один не увидевший друг друга, потому что следующий рождался только после смерти предыдущего… Эрик появился на свет спустя два года после смерти Энеи…
Меня затрясло, мысли ядовитыми осами зароились в голове.
«Думала, ну хоть девчонка справится», – леди Эакайн была там! Она жила при Энее! Значит, она рядом с императором больше пятнадцати лет – двадцать семь как минимум! Энея умерла как раз двадцать семь лет назад!
Сквозь шум в голове ко мне пробился голос этой всё больше пугающей женщины:
– Столько судеб переписано, столько жизней загублено, столько лет потрачено, а в результате – ничего! Раз за разом одно и то же! Этот выродок позволяет мне уверовать в собственную победу, а в итоге разрушает всё одним ударом…
Она внезапно ослабла, словно потеряла все свои силы, и добавила едва слышно:
– Как же я устала бороться за вас. Но если сдамся, Аластар не остановится на трёх мирах, он пойдёт за Грань, и тогда остановить его не смогут даже бабушка с дедушкой…
Бабушка с дедушкой… Мне казалось, что я замерла прямо перед ответом на очень важный вопрос, который перевернёт абсолютно всё. Он был совсем рядом, протяни руку – и коснёшься… но я всё никак не могла связать информацию воедино, пыталась, напрягалась, едва дышала, дрожа всем телом, и ничего не получалось…
И тут прозвучал глухой от потрясения голос ошеломлённого аль-Хаенга:
– Вы – Тьма…
В голове что-то с грохотом взорвалось, сердце забилось быстро-быстро, с шумом разгоняя кровь по венам, я подскочила, но осталась сидеть, удержанная рукой дракона…
– Ох, детишки, – вздохнула женщина печально, – вы непростительно долго осознавали очевидное.
Потомок великих богов, изгнанная богиня Тьма, силами которой столько лет пользовался император, всё это время была его любовницей? Я не могла поверить в это. Я отказывалась в это верить!
Было ли это очевидным, как сказала леди Эакайн? Или совсем не леди Эакайн?..
Могли ли мы осознать это раньше? Нет! Я и сейчас никак не могла принять новую информацию.
Но если всё же попытаться отбросить эмоции и потрясение и взглянуть на ситуацию объективно. Что мы знали про Аилетту Эакайн? Она была единственной любовницей императора, продержалась в этом статусе пугающе много лет и… и на этом всё. Больше мы о ней ничего не знали.
– Это не было очевидно, – тихий голос Эрика дрожал от ярости, негодования и неверия.
– Говорю же, – она вздохнула вновь, – вы слишком поздно начали задавать нужные вопросы. Столько времени и возможностей было упущено…
– Вы лжёте, – обличительно постановила я.
– Хочешь доказательств, милая? – в наиграно доброжелательном голосе прозвучала откровенная угроза.
Нэрен протестующе сжал мою ладонь, но женщине и не требовалось моё согласие.
– Я перестроила портал, чтобы тебя перенесло не к солнышку Кеалим, а в руки первого кольца Хайрассы, который так удачно оказался в Зандаре.
Перестав дышать, метнула взгляд на застывшего дракона и замерла, читая мрачное напряжение в его опасно сверкающих глазах.
– Нужно было как-то свести вас, – продолжила она чуть лениво, замолчала, недобро фыркнула и выразительно добавила: – Полагалось сделать это полгода назад, но вы – те ещё своенравные упрямцы. Никогда не оказывались там, где должны были. Пришлось пойти на крайние меры и использовать магию. Аластар почувствовал, конечно же, – горькая усмешка, – так что пришлось ещё и отвлекать его. Подземные тропы вашей конторки я посчитала меньшей ценностью, чем общее благополучие.
Меня словно ударили по голове чем-то тяжёлым. В ушах зазвенело, перед глазами всё поплыло. Мы гадали, как же император вычислил подземные переходы «Пылающего сердца» и нанёс единовременный сокрушительный удар по важнейшим точкам. А выходит, это не он – это Аилетта Эакайн!
Мир закружился, я потеряла связь с реальностью, а в себя пришла несколько секунд спустя, ощутив сильные руки, бережно подхватившие и куда-то понёсшие.
– Что значит «Аластар почувствовал»? – зло и тихо переспросил Эрик.
Нэрен тем временем сел на диван, усадил меня сверху, уложив головой себе на грудь, и заботливо укрыл мягким пушистым пледом, обняв и пытаясь согреть в этот холодный тяжёлый момент нашей жизни.