Сердце правящего дракона (СИ)
– Совет только закончился. Сходи к Лаширу… минут через сорок.
То есть, меня просто и незатейливо послали.
Откинувшись на спинку твёрдого стула, я закинула ногу на ногу, сложила руки на груди и принялась задумчиво кусать губы, напряжённо обдумывая ситуацию.
– Свести бы Эрика с Нэреном, – обронила Кели.
– О том же думаю, – призналась нехотя.
Подруга покосилась на меня и хмыкнула:
– Боишься, что не поладят?
Скривившись её словам и намёкам, я вздохнула и озвучила тяжёлое решение, вертящееся в голове:
– Нужно рассказать Эрику про Нэрена… и меня.
– То есть про вас? – ехидно уточнила и так всё понявшая бытовичка.
Настала моя очередь недовольно на неё коситься, но Кели вернулась к записям и сделала вид, что ничего не заметила. Однако это не помешало ей, помолчав, сказать:
– Лучше скажи ему сама. Пусть узнает от тебя жестокую правду, чем терзается сомнениями и догадками.
Тяжело шумно вздохнув, я прикрыла глаза и откинула голову назад.
Почему у меня не может быть простой нормальной жизни? Почему всё вокруг такое странное, непонятное и запутанное? Ну вот почему?
– Так, я в Эшейх, – с хлопком захлопнув блокнот, Кели рывком поднялась на ноги.
– Я с тобой? – спросила снизу вверх, открывая глаза.
– Не, я с мальчиками, – беззаботно отозвалась девушка и кивнула на стекло.
Там, в смежной комнате, мальчики как раз оставили истекающего кровью, лишившегося практически всех зубов мужчину корчиться от боли на полу.
– Кели, – начала я сдавленно, в ужасе глядя на этот кошмар.
– Да не волнуйся, – бросила подруга, лёгкой походкой направляясь к двери, – они славные ребята, добрые.
И она выпорхнула из комнатки, оставив меня наблюдать доказательства доброты одних конкретных мальчиков.
* * *Вернувшись в академию, я, как и хотела, сбегала с пирожными к одногруппницам Канье, Ламаи и Леке. Девочки были соседками и жили в пяти комнатах от меня, а ещё были доброжелательными, понимающими и отзывчивыми, поэтому мне без вопросов дали переписать пропущенные лекции. К сожалению, пришлось действительно переписывать – копировать ментальной печатью девочки запретили, сказали, что так знания не отложатся. Правда в доводе была, однако тратить время не хотелось, но всё решила фраза «иначе не дадим». Так что я чаю с пирожными с ними тоже попила, заодно послушала, как Алар довёл сегодня профессора Стихийного Чародейства и был вынужден сбегать с полигона в лес, спасаясь от гнева чародея.
Поблагодарив за помощь, метнулась к себе, за два часа сделала всю домашку, что пропустила и которую была должна, затем к ребятам из «Пылающего сердца». У них отказалась принимать участие в разработке новой сети подземных переходов, а когда всё равно заставили сидеть на совете, честно сказала, что по моему мнению переходы нужно менять полностью и в этот раз делать не подземными, а портальными, что с возможностями чародеев и артефакторов было вполне посильной задачей. В итоге меня выставили вон. Сказали, что маленькая ещё и ничего не понимаю. Ну, примерно так я себе это всё и представляла. Ладно, мы люди подневольные, прикажут копать – будем копать, а планируют и рассчитывают пусть взрослые и умные.
Уже вечером очень, очень сильно хотелось к Нэрену… но я позвала Эрика. Кронпринц не отвечал мне довольно долго, я даже малодушно решила не дёргать и отстать, но:
– Иди сюда, – велел Эрик по связывающей нас печати.
Вот Завеса.
Пришлось идти, силясь прогнать разочарование и напоминая себе о том, что сама же звала и сама поговорить хотела.
Портальная печать перенесла меня в кромешную темноту.
Под рёбра кольнула тревога.
Щелчок, вспышка! И со всех сторон вокруг вспыхнули сотни крохотных белых огоньков, укрывших лёгким свечением какой-то ночной сад, полный поздних цветов и сладких спелых фруктов, белый столик под яблоней, два кресла, одно из которых было с подушечками и пледом, накрытый поздний ужин и Эрика… в костюме и с цветами.
Ох… только не это.
– Здравствуй, Тея, – мурлыкнул лорд Вескер, по-кошачьи мягко подступая ко мне с чуть выставленными вперёд цветами. – Прекрасно выглядишь, как и всегда.
Я едва не сморщилась.
– Очень рад тебя видеть, – обволакивающим мягким голосом продолжил Эрик, приблизившись и остановившись на расстоянии полушага. – Поужинаем? Тут морской салат, твой любимый, и мясо, а то наверняка опять все силы тратишь, а есть и забываешь…
– Эрик, – очень, очень мягко прервала я.
Но принц словно не услышал.
– Держи, – мне насильно вручили букет, обняли за плечи и повели к столику под деревом. – Замёрзла, Тея?
– Нет, Эрик, я…
Меня проигнорировали вновь. Укутали пледом, поправили подушечки и усадили, попросту надавив на плечи.
– Так, цветы в воду, – он всё спланировал заранее, букет забрал и разместил в вазе на столе. – Тебе горячий чай, чтобы не мёрзла. Ты какой будешь? Я помню, ты многие любишь, принёс с малиной и чабре…
– Эрик, постой! – позвала куда решительнее.
Но эффект остался тем же.
– Кушай, – велел названый брат, ставя передо мной тарелку. – Я хочу поговорить с тобой о чём-то важном.
А я, значит, не хочу? Меня слушать не надо?
– У меня уже назначен ужин, – сложив руки на груди, я облокотилась на спинку стула, снизу вверх посмотрела в ощутимо потемневшие глаза парня и добавила, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, но при этом твёрдо и уверенно. – Я тоже хочу кое-что обсудить.
– Вот как, – такого кронпринц не ожидал, мои слова его озадачили и одновременно с тем насторожили.
Внутри всё стянулось тугим, мешающим дышать узлом.
– Хорошо, – медленно произнёс Эрик, обошёл стол, опустился на стул напротив меня, посмотрел прямо в глаза и твёрдо сказал: – Я первый.
Это было очень плохое решение, но я, и без того ощущая себя ужасно виноватой, сдавленно кивнула, соглашаясь.
И сразу поняла, что зря. Нужно было настоять на том, чтобы первое слово принадлежало мне. Тогда мне не пришлось бы слышать это, а Эрику – говорить и надеяться…
– Аристея, – начал он несколько торжественно, – мы с тобой знакомы с детства. Ты – тот самый человек, которому я могу всецело довериться, который всегда поможет и поддержит… Ари, ты удивительная девушка. Красивая, умная, добрая, смелая и решительная, но при этом нежная и женственная. Ты лучше всех, кого я когда-либо знал. Ты… рядом с тобой хочется быть лучше. Ты вдохновляешь и наполняешь своей внутренней энергией всех вокруг. Тебя невозможно не любить, моя отзывчивая девочка, и я возглавляю тех, кто пал, сражённый твоими чарами.
Мне малодушно хотелось закрыть уши и не слушать, ещё лучше остановить Эрика, заставить замолчать… Мы оба знали, что прозвучит дальше, и у меня была всего одна попытка предотвратить неизбежное.
– Эрик, – отчаянный стон.
Который, как и все остальные мои слова, остался полностью проигнорирован.
– Я люблю тебя, – твёрдые, полные торжественности и плохо скрытой надежды на взаимность слова.
Взгляд глаза в глаза.
Одухотворённое, посветлевшее мужское лицо и надежда… бесконечная плещущаяся надежда в серо-голубых глазах…
Свои собственные я медленно прикрыла, обречённо опустив голову. Моё дыхание стало частым и прерывистым, сердце с каждым глухим ударом разгоняло по венам не кровь, а обжигающую боль. Не за меня – за Эрика.
То, что было для него надеждой, для меня прозвучало приговором. Нашей дружбе, нашему доверию, всему, что связывало нас столько лет. Потому что принц Вескер хотел того, чего я ему дать не могла никак.
– Понимаю, ты обескуражена, – не дождавшись от меня хоть чего-то, торопливо продолжил парень, умело скрывая охватившую его растерянность, – я не требую ответа, Ари, просто хочу, чтобы ты понимала: наша помолвка никогда не была для меня фиктивной, я…
– Я люблю другого!
На ночной сад опустилась звенящая опасная тишина.
Застыв без дыхания с так и не открытыми глазами, я далеко не сразу осознала, что слова принадлежали мне, а потом ещё несколько тягучих секунд сквозь шум в ушах пыталась поверить в то, что я действительно сказала именно это.