Попаданка-песец, или Магия по-русски (СИ)

Я икнула и подозрительно поинтересовалась у Агента:
– Судя по вашему рассказу, рассчитывать на некие волшебные силы мне не стоит и придётся наводить порядок своими ручками?
Тимий кивнул.
– Ты сама себе волшебница, и не с таким справлялась! Помнишь, как вы с дедами их дом после пожара восстанавливали? Силой твоего духа можно только восхищаться! – ободряюще раздалось из сундучка. – Как твой дед говаривал? «Кто духом пал, тот пропал».
  
– Это да! – саркастически фыркнула я, подобрев от воспоминаний. – Если принять мою особую любовь к уборке, то это счастливое приобретение называется «Не было печали, купила баба порося».
И тут воздух дрогнул, словно Вселенная чихнула в ответ...
Глава 5 
Если я что-то и хотела сказать, то резко передумала.
Вдруг, откуда ни возьмись, раздалось испуганное ХРЮ! Из рваной дыры портьеры, словно розовый снаряд, выкатился маленький поросёнок. Шмякнувшись на пол, он тут же вскочил на тоненькие, дрожащие ножки. Чёрные глазки-бусинки в панике заметались по сторонам. Обведя меня ошарашенным взглядом, он фыркнул и… завизжал так пронзительно, что старая люстра над головой жалобно зазвенела.
– ЧТО ЭТО?! – взревела я, чувствуя, как шерсть на загривке встала дыбом, а клыки угрожающе оскалились. – ОТКУДА ОНО ВЗЯЛОСЬ?
Тимий, ошарашенный не меньше моего, лишь беспомощно развёл руками.
– Честно говоря, понятия не имею. Мог бы предположить, что это проделки местной магии, но её здесь слишком мало для таких фокусов. Возможно, Бюро решило таким экстравагантным способом компенсировать вам некоторые… неудобства?
– Свинью подложить? В буквальном смысле? – возмущённо возопила я. – Спасибо, что не коровой расплатились!
– Спорное решение… – тихо вклинился практичный домовой.
Поросёнок, тем временем, решил, что я – самое страшное чудовище в этой комнате (ну, ладно, лохматый белый монстр с острыми зубами – вполне справедливо), и бросился наутёк. Но, поскользнувшись на пыльном мраморе, кубарем покатился по полу и со всего маху врезался пятачком в подпирающее стол бревно.
– Ой, ёёёй… – сочувственно прошептал Кузя.
Поросёнок замер. Медленно поднял голову и закатил глазки. Его тоненькие ножки предательски подкосились, и свин с тихим предсмертным хрюканьем рухнул на бок.
– Он… убился?! – прошептала я в ужасе.
– Да нет, просто в обмороке, – фыркнул Кузя. – Ты ж его до полусмерти напугала.
– Я?! – моему изумлению не было предела.
– Ну, не мы же. Ты себя в зеркало видела, морда мохнатая? – огрызнулся домовой.
Я бросила взгляд на своё отражение, потом на молчаливого Агента, но тот, к моему неудовольствию, был полностью солидарен с Кузей. Гад.
– И что ты предлагаешь, умник? – невольно закипая, процедила я, обращаясь к вредному домовому.
– Обратись в человека и успокой эту хрюкающую мелочь, – флегматично предложил Кузя, окончательно выводя меня из себя.
– Ой! Я сейчас помру со смеху! Может, тогда скажешь, КАК??
– Попробуйте просто пожелать, – мягко вклинился в наш спор Агент, но мой грозный оскал тут же заставил его умолкнуть.
– Пожелать? Да пожалуйста! Хочу обратно стать человеком! – и, на всякий случай, добавила: – Сим-салабим-ахалай-махалай!
Даже зажмурилась в ожидании чуда, но ехидный смех Кузи дал понять, что ничего не изменилось.
– Тогда трах-тибидох, тибидох!
– Не поможет, ты волосок не выдернула, – ядовито прокомментировал домовой, не упуская возможности подколоть.
Блин, точно. С этими лапищами это не вариант. Что же делать? Сдаваться я не собираюсь и сниму эту шкуру, чего бы мне это ни стоило!
– Сивка-бурка! Так, это не то. По щучьему веленью, по моему хотенью!
С каждым словом глаза наблюдающего за моими интеллектуальными потугами Агента увеличивались, а смех Кузи усиливался.
– Ты б сначала щуку что ли изловила, желательница!
– Весело? – сердито рявкнула я. – Тогда сам сделай!
Смех домового затих, и в тишине сказочно-обволакивающим голосом раздалось:
– Песцова, будь человеком!
Моё сознание на мгновение померкло.
Проморгавши, обнаружила себя сидящей на пыльном полу в том самом деловом костюме, в котором меня забросило в этот безумный мир. Хорошо, не в костюме прародительницы Евы.
Вот, значит, как… То есть Кузя не только мой помощник, но и мой… перевоплотитель? Потрясающе. Как бы сейчас от радости не сорваться на бурные словесные аплодисменты, попутно обложив Кузеньку комплиментами?
Но высказать всё, что я думаю по этому поводу, мне не удалось. Тимий меня опередил:
– Анфиса, позвольте вас ненадолго покинуть, – он явно нервничал, а мой хмурый взгляд заставил его даже слегка опешить. – Мне нужно доложить Бюро, иначе решат, что вас похитили. Я скоро вернусь – с ответами и Контрактом.
Вместо ответа я угрожающе сверкнула глазами и попыталась грациозно подняться. Вот только тонкие шпильки и пыльные мраморные полы этому мало способствовали.
Агент галантно протянул мне руку, а я её с величественным достоинством приняла. Иначе не факт, что не растянулась бы, как лежащий под столом поросёнок.
– Тимий, у меня осталось много вопросов. Например, где обещанные деньги?
– Позади вас, на диванчике, в мешочке.
– А что мне делать, когда появятся другие вопросы? Где искать ответы?
– Как у вас говорят? Кто спрашивает – тот не заблудится? – подмигнул он и ободряюще добавил: – Вы справитесь, Анфиса, поверьте.
После этих слов Агент начал растворяться, словно в дымке, а я не удержалась и пробурчала:
– У кого тут спрашивать-то?
– Хотя бы у меня, – весело откликнулся домовой. – Я всё-таки многовековой и весьма опытный дух-хранитель, меховушечка моя драгоценная!
Я взяла говорящий сундучок в руки, подняла его на уровень глаз и от избытка новых эмоций ласково потёрлась о сундучок носом. Домовой захихикал, словно его щекочут.
– Я рада, Кузя, что ты рядом оказался. Без тебя мне совсем одиноко тут было. И страшно. Мир-то новый. А так хоть совет какой дашь, подскажешь… Возможно, даже расскажешь, как так легко меня в человека обернул, – многозначительно прищурилась я.
Домовой кхекнул и словно с неохотой ответил:
– Я могу помогать только, когда ты вслух просишь, – моему удивлению не было предела. И хоть бы сказал! Видимо, мои эмоции были написаны у меня на лице, раз он счёл нужным пояснить: – Таковы традиции.
Из груди вырвался грустный вздох. Спорить с традициями глупо, а ругаться с домовым ещё глупее. Поэтому, ласково погладив крышечку сундучка, я тепло произнесла:
– Благодарю, Кузя! Ты моё сокровище. И я очень рада, что мы можем с тобой общаться.
– А я-то как рад, что ты меня слышать теперь можешь! – довольно проворчал домовой. – Хотя, признаться, хорошо, что до этого не слышала.
– Это почему же? – опешила я.
– Да там в основном оценка была твоего… гм… ума. Так что не переживай, много не потеряла. Ты с тех пор и правда поумнела. Сейчас уже и поговорить с тобой можно, и поворчать по-стариковски, – я счастливо фыркнула и игриво щёлкнула коробочку пальцем. – Кстати, вон и наш Пятачок очнулся. Новое место жительства осматривает.
Пятачок согласно хрюкнул и ткнулся носом в щель старого кресла.
– Ну вот, – зевнула я. – Теперь ещё и свинью приручать. Интересно, откуда он тут взялся?
– Разве это важно? Главное, что с таким даром мы хозяйство заведёмзадаром! – хихикнул Кузя. – Ты лучше обратно шубку натяни да отдохни с устатку-то. Вон сколько нервов тебе вымотали сегодня, хоть кафтан вяжи. В твоей одёже и прилечь тут негде. Пыль да грязь. А шубку отряхнуть можно.
Знать бы ещё, как обернуться.
  
Ласковая забота домового тронула за душу. Тело словно услышало, и меня окатило неимоверной усталостью. Сознание поглощала сонливость. Может, и впрямь чуточку поспать?
Я вздохнула и тихо попросила:
– Кузь, помоги, а? Сама я потом научусь.
В ответ в лицо пахнуло чем-то хвойным и свежим, и я отключилась.