Ужасы войны (ЛП)

Но именно это он и любил в Честере.
Тот умел преподнести вещи с разных точек зрения.
Каждый раз, когда Финн рассказывал старику о том, что его тревожило, Честер приводил его мысли в порядок и помогал взглянуть под другим углом.
В отличие от его собственного отца, который каждый день просыпался и пялился на расставленные на каминной полке медали Финна, словно те были самим Ковчегом Завета[9].
  
Финн не сомневался, что его старик любил эти медали больше, чем его самого.
- Как сегодня дела?
Честер пожал плечами и потянулся.
- Да как и всегда. Проверяем входящих. Проверяем выходящих. Я уже так наловчился, что должен закупаться в самом крупном супермаркете. А ты как держишься, сынок?
- Неплохо. Да, неплохо.
- Еще мучают кошмары?
Финн подумал солгать, но потом просто кивнул.
- В последнее время все хуже. Гораздо хуже.
-Так всегда. У меня тоже такое было. Да и сейчас никуда не делось. Нельзя пройти через войну и остаться нетронутым, как девственный снег. Что-то внутри тебя меняется навсегда. Тебе нужно просто принять это и идти дальше.
Честер рассказывал, что восстание на острове Самар в 1901 году до сих пор преследует его в кошмарах.
Земля была влажной от крови.
Он никогда не забудет людей, которых убил во время штурма.
- Иногда кажется, что прошла целая жизнь с тех пор. А иногда - что всего неделя.
Господи, но ведь прошло уже сорок лет!
Неужели в 1980-х мне все еще будет сниться это дерьмо?!
Разговор прервал внезапный грохот со стороны одного из главных исследовательских комплексов.
Казалось, вся земля содрогнулась, а затем завибрировала.
Финн вдруг почувствовал головокружение, а внутренности сложно сжало в кулак.
Он неуклюже поднялся на протезе.
- Всю ночь такое слышал, - признался Честер. - Черт его знает, что они там делают. Только надеюсь, что нас не взорвут.
Финн вышел из будки и прислонился к стене, вдыхая прохладный свежий воздух.
Безумие - вот что это такое.
Грохот заставил его подобраться. Как тогда, при бомбардировке на Гуадалканале.
Словно все внутри скручивает в узел.
Отвратительно.
Из-за этой странной вибрации у него кружилась голова, перед глазами будто нависла пелена, а кожа, казалось, пыталась слезть с костей.
Что-то в этой вибрации было неправильное.
- У меня всегда от этого шея начинает болеть, - пожаловался Честер. - А сердце вообще пару ударов пропускает.
Финн подвигал челюстью.
Зубы ломило, словно металл в пломбах и конструкциях начал расширяться.
- Какого хрена они вообще там делают?
Честер лишь покачал головой.
- Не знаю, да и знать не хочу! Меня это не очень заботит.
Финн закурил, чтобы успокоить расшатавшиеся нервы.
Что-то во всем этом предприятии было странное.
Внезапно его кожу вновь начало покалывать, а секунду спустя, гул возобновился, и земля задрожала.
Его сопровождал высокий электронный писк, а затем снова вибрация.
Голова опять закружилась.
А когда он открыл глаза... Казалось, весь мир двигался, а деревья в лесу шатались, хотя ветра и не было.
Звезды над головой изменились.
Вместо крошечных, едва заметных точек появились светящиеся, пульсирующие шарики, и расстояние до них казалось гораздо меньшим.
А потом все вернулось к норме.
- Тоже это почувствовал, да? - спросил Честер. - В первый раз я думал, меня вырвет. Позвонил в корпус "А", чтобы узнать, что у них случилось, но доктор Уэстли уверил, что это просто проблемы с генератором.
Ага. Проблемы с генератором, - подумал Финн. - Дело далеко не в гребаном генераторе.
Финну казалось, что весь мир чуть не разбился на осколки.
Он не знал, в чем именно заключается проект "Процион", но был чертовски уверен, что он никак не связан с генераторами.
Честер защелкнул крышку на контейнере для еды.
- Ладно, я пойду. Моя старушка ждет меня дома с горячим ужином.
И он подмигнул Финну.
- Беспокоится, а вдруг я после работы рвану в город покуролесить с девчонками.
- Ну да, - с трудом выдавил из себя смешок Финн.
Честер помахал ему рукой и вышел за ворота, довольно быстро пересекая стоянку и подходя к своему старенькому "Форду".
Казалось, что он старается убраться из Блю Хиллз как можно скорее.
И Финн не мог его в этом винить.
* * *
Первый час прошел быстро.
Финн сидел в будке, слушал концерт Кея Кайсера[10] и листал журнал с таинственными, мистическими рассказиками.
Они были спокойными, даже скучными и не производящими впечатления.
Как он и любил.
Где-то около половины второго ночи он начал обход.
Основные исследования проводились в двух зданиях: корпусах "А" и "Б", но существовало еще с десяток хранилищ и ангаров, которые надо было проверить.
На смене, как и всегда, работали двое охранников: Финн и Джек Койе. Финн должен был наблюдать за сектором у ворот, а Джек - за западным сектором, в который входили корпуса "А" и "Б".
У них все рассчитано.
Они начали обход в 01:30, а в 02:15 уже встретились в диспетчерской, которая по ночам пустовала.
С тех пор как начали происходить эти странные вещи - шум и вибрации - Финн чувствовал, что слегка на взводе.
Он хотел встретиться с Джеком и выкурить с ним сигаретку.
И не столько ради компании, сколько из-за того, что Джек всегда знал то, что знать ему было не положено.
Джек обычно делал обход быстрее, чем Финн.
С деревянной ногой быстро не походишь.
Несмотря на то, что большая часть парковок и проезжих частей в Блю Хилл освещалась, ночь была чертовски темной.
Казалось, черный лес прижался к ограде ближе, чем обычно.
Над мрачной чащей и полями сплетенных пожелтевших трав висел полумесяц.
Финну казалось, что он последний человек на земле.
Сырость заползала под пальто и холодила позвоночник.
Финна колотило, и он не мог с этим никак справиться.
Его вновь начали беспокоить фантомные боли в отсутствующей конечности. Подумать только!
Он, прихрамывая, шел вдоль ограды Блю Хиллз.
Здесь, как и всегда, не было ничего необычного: сорняки, тени и наползающая тьма, которую именно сегодня вечером Финн не переносил.
Возможно, она напоминала ему о мрачных ночах в Бухте Аллигатор во время боя у реки Тенару, когда японцы всю ночь атаковали их позицию... А возможно, она напоминала ему о тянущихся из-под двери комнаты тенях с того времени, когда он был еще мальчишкой.
Что бы это ни было, Финну стало неуютно.
Он патрулировал дорогу вдоль ограды, освещая фонарем окрестности и почти страшась того, что мог высветить луч света.
Финн напрягся, а сердце заколотилось, как безумное.
Напряжение должно было исчезнуть, как только он вернулся на главную дорогу и направился к котельной, но оно лишь нарастало.
Этой ночью все было странным.
Все было неправильным, но он не мог понять истинную причину этого.
Когда он остановился рядом с темной громадой котельной, Финну показалось, что он услышал шум.
Что-то вроде "шшш, шшш".
На первый раз он приостановился, а потом продолжил идти, но во второй раз замер, как вкопанный.
Что за хрень?
Финн ждал, глядя на котельную из-за припаркованных прямо на лужайке машин ночной смены.
Шшш! Шшш! Шшш!
Теперь звук стал более настойчивым, исходя от самих машин.
Финн осторожно направился к ним, радуясь, что на бедре у него висит револьвер калибра .38. Рука сама опустилась и сжала рукоять.
По лбу Финна стекла капля пота, когда он обвел лучом фонаря парковку и автомобили.
  
Все они были темными и пустыми.
Финн заметил, как что-то спряталось за седаном.
Оно было большим, слишком огромным для суслика или даже рыси.