Спэнсер Коэн 2 (ЛП)

Он выключил воду и со смешком бросил мне полотенце.
– Ты там жив?
– М–м–м, вряд ли. – Я насухо вытерся и, накинув полотенце на голову, взлохматил волосы.
Эндрю стоял возле умывальника в обернутом вокруг талии полотенце и чистил зубы. А посмотрев на меня, хмыкнул.
– Классно смотрится, – побормотал он с зубной щеткой во рту.
Я набросил полотенце на плечи, стоя позади него обнаженным, и стащил со стойки расческу. Причесался, пригладив волосы и разделив их на пробор. Совершенно не моя прическа. Эндрю закончил чистить зубы и, заметив меня, зашелся в хохоте.
– М–м–м–м, – неодобрительно протянул он. Потом пробежался пальцами по моим волосам и взял расческу, укладывая так, как ему видимо было по душе.
В зеркале отражалась моя привычная прическа – выбритая по бокам, длинная на макушке, правда, он соорудил мне челку. Не произнеся ни слова, он начал наносить пену на лицо, а я, замерев, любовался им. Тщательно, штришок за штришком он удалял белую пену и щетину с лица, осторожно приподнимал и поворачивал подбородок, чтоб добиться удобного угла.
Мне на удивление понравилось наблюдать за ним.
Я осмотрел в зеркале свою бороду.
– М–м–м, может, мне побриться?
Эндрю ополоснул лицо и вытер его висящим на моих плечах полотенцем. И покачал головой.
– Ничего не меняй.
– Тебе нравится моя борода?
Он улыбнулся. Можно сказать, смущенно.
– Да. До тебя не я задумывался о бородатых парнях. Но мне нравится, да.
Я снова посмотрел на себя в зеркало.
– Нужно ее подстричь.
– Стрижка еще куда ни шло, но не сбривай.
От его тона я улыбнулся.
– Звучит как приказ.
Когда я обернулся, он таращился на мою голую задницу. А поняв, что пойман, беззастенчиво пожал плечами.
– Я мог бы привыкнуть к такому виду по утрам.
Я кивнул в сторону душевой.
– Я мог бы привыкнуть к минету в ванной по утрам.
Набрасывая халат, он расхохотался.
– И к этому тоже.
– Эй, я возьму пасту? – спросил я.
– Разумеется, и тебе даже не придется ее возвращать. – Он остановился, стащив с талии полотенце, и нахмурился. – Я так и не купил запасную щетку. Думал, что у меня есть, а на самом деле нет.
– Мы вроде решили, что для зубных щеток слишком рано, – пошутил я лишь наполовину и поднял палец. – До возвращения домой он меня устроит. – Я выдавил немного пасты на указательный палец и, если так можно выразиться, почистил зубы. Прополоскал рот и сплюнул в раковину. – Все лучше, чем совсем не чистить.
– Верно, – отозвался Эндрю. Он уже натянул трусы, но мне выпало удовольствие подсмотреть, как он надевал синие брюки и белую рубашку. Застегивая пуговицы, он улыбнулся. – Так и будешь пялиться?
– Ага.
– А одеваться не планируешь?
Я все еще был обнажен.
– Только если придется.
– Я–то не против… – Он прошелся взглядом по моему телу сверху донизу. – Но общественность может не оценить подобный видок.
С собой чистой одежды у меня не было, поэтому, пожав плечами, я ворвался в его гардеробную. Нашел старые черные брюки, у которых пришлось подворачивать брючины, чтоб они хоть немного сошли за мои.
– Тебе придется весь день думать об отсутствии у меня нижнего белья, – произнес я. Он простонал, а я улыбнулся и вытянул из стопки аккуратно сложенных футболок розовую.
– Никогда не носил эту футболку, – сказал он. – Мама купила в прошлом году. – Он осмотрел меня с головы до ног. – Как ты умудряешься хорошо выглядеть в любой одежде? Ни за что бы не надел такое сочетание.
Я снял с вешалки серый жилет и вручил ему.
– С этими брюками? – Он посмотрел на меня так, словно я не в своем уме.
– Да.
Он что–то неразборчиво пробурчал, но жилет все–таки натянул. Я одобрительно кивнул и развернул его, чтоб он смог посмотреться в зеркало.
– О, не плохо.
– Не плохо? Охереть как круто. – Одной рукой я обнял его за шею и притянул для поцелуя. Другой рукой провел по заднице, приподнимая ногу и закидывая себе на бедро, и погрузился языком в его рот.
Когда с поцелуем было покончено, он был явно ошеломлен, отчасти расстроен и очень опьянен. И лениво улыбнулся.
 
– Ого.
Я рассмеялся.
– Об этом тоже можно думать весь день.
Медленно он произвел внизу небольшую корректировку.
– Спасибо.
– Большое пожалуйста. – Я собрал в спальне свои шмотки. – Идем, или ты опоздаешь на работу.
Он бросил взгляд на смятую постель, потом на меня и облизнул губы.
– Я подумываю сказаться больным.
Я хохотнул.
– Нет, не нужно. Не собираюсь нести ответственность за твою низкую продуктивность.
Пройдя мимо меня, он направился к двери.
– Оставшись здесь, мы могли бы быть очень продуктивными.
Теперь перестановка понадобилась мне, чего он, к счастью, не заметил. Если б увидел, не сомневаюсь, его дом мы бы еще долго не покинули. Когда я спустился вниз, он сидел на диване и надевал носки и ботинки, а закончив, поднял брошенный вчера бумажный пакет.
Он вынул купленные мной книги и вздохнул.
– Еще раз спасибо, что купил их мне. Ну, – исправился он, – кулинарная не очень–то, но эту… эту я обожаю. – Он уставился на выбранную мной книгу «Мечтают ли андроиды об электроовцах?». А потом поднял взор на меня. – И спасибо, что вчера не уехал домой, что не сдался.
– Пожалуйста.
Он поднялся и подошел ближе, посмотрел мне в глаза и произнес:
– Обещаю говорить с тобой. И больше не закрываться.
При свете дня собственная неуверенность ощущалась иначе. Не понятно почему, но разговаривать о подобных вещах в темной комнате казалось проще. Вновь поднятая тема слегка смутила. Какая ирония, сам же просил об общении.
– Спасибо.
– Мне правда жаль, что я должен идти на работу, – прошептал он.
– Мне тоже, – честно ответил я. – Но утром я обещал помочь Эмилио, а в обедник Лола отвезет меня в колледж на поиски Янни. Эта попытка станет последней.
Он сощурился.
– Что еще за обедник?
– Ну, в полдень. Австралийский эквивалент.
– А–а. – Он рассмеялся, взял ключи и кошелек и открыл дверь. – А австралийцы правда говорят «вот так да»?
Я прошел мимо него.
– Как правило, нет. Никогда.
Мы добрались до его машины.
– А «как оно, бро» вместо «привет»?
– Постоянно. Но обычно либо «как оно» либо «бро». Можно сказать «как оно?» либо «привет, бро». Вместе они употребляются редко. Если только в качестве стеба.
– То есть, чтоб стать австралийцем, все–таки нужна лоботомия?
Я уставился на него поверх крыши машины.
– Я оскорбился.
Он засмеялся.
– Не правда.
Он забрался на водительское сиденье, я – на пассажирское.
– К твоему сведению, я оскорбился. А еще обиделся, что утром ты не подал мне зеленый чай.
Он вырулил на улицу и осторожно глазел на меня.
– Для начала стоит его купить.
Я фыркнул.
– А завтрак? Он где?
– Хм, было уже поздно, а я и так пропустил зал.
– Белковый коктейль в душе был, конечно, хорош и всякое такое, но его явно не достаточно, чтоб быть в форме.
Он залился смехом, и его щеки порозовели.
– Боже мой, Спэнсер.
– Ты смутился?
Взглянув на меня, он пытался не улыбаться, но не вышло.
– Немного, да.
– И теперь ты думаешь о нашем занятии в душе?
– Я не думал. – Он поерзал на кресле. – Зато теперь думаю.
– А еще думаешь о том, что на мне нет белья?
Он стрельнул в меня глазами, потом перевел взор на дорогу и тяжело сглотнул.
– Нет.
– Врун.
Он поежился.
– Ненавижу тебя.
Я хмыкнул.
– Не правда. – Я взял его свободную руку и поцеловал. – Мне жаль.
– Нет, тебе не жаль.
– Вообще не жаль. – Мы оба улыбались, и я устроил его руку на своем бедре. – Но оставшуюся часть поездки обещаю говорить на другие темы.
– Надо было отправить тебя на автобус. – Он сжал мою руку. – Но смена темы – хорошая идея.
Я вздохнул.
– Чем займешься вечером?