Рерайтер (СИ)

— Для записи возможно и понадобятся, а вот считывание вполне сможет на такой частоте работать.
— Ладно, посмотрим что получится, — махнул он рукой, — мне важна сама идея, если у тебя получится сформировать биаксы с помощью литографии, это такие перспективы откроет в области автоматизации производства памяти. Затраты на нее рухнут на порядок.
— Я надеялся, что на два порядка. — Вздыхаю нарочито тяжело. — И хотел бы, чтобы эту нашу память и в США покупали.
  
— Фантазёр, — рассмеялся Комаров.
Ну да, смейся, смейся, а степень доктора тебе все равно придется примерять.
— Виталий Владимирович, — решил я заодно решить один неприятный для себя вопрос, — вы не могли бы с Семенцом поговорить? Он требует обязательного присутствия на его лекциях, а мне это не нужно, мат анализ я и так хорошо знаю.
— Если знаешь, то в чем проблема? — Щурится он, делая вид, что не знает, зачем я к нему обращаюсь за помощью.
— Так у него фишка такая, если студент не ходит на его лекции, то он никогда с первого раза зачет не принимает.
— А зачем тебе надо сдать с первого раза? — Вновь улыбается руководитель направления. — Лень что ли походить, уважение показать?
— Уважение я и так готов «показать», но уж больно много времени для этого требуется, ведь он любит перед аудиторией в очереди мариновать.
— Ладно, сегодня же поговорю с ним, так-то он человек незлобный, но как ты говоришь «Фишка у него такая».
Вот и хорошо, а то ведь еще есть философия, на чёрта, она физикам, но от нее никак не отбрыкаться, вроде как этот предмет введён для воспитания, и это полный улёт, здесь неявка на лекцию приравнивается к прогулу.
Ну вот, керамическую подложку для матриц отполировал, теперь надо нанести суспензию из ферритовой смеси и просушить. Потом шлифовка, надо получить толщину слоя в пределах трёх десятых миллиметра, нанести фоторезист… вообще-то нет смысла перечислять все операции, всего их двадцать три. И это минимальное их количество, а так, когда будут ставить на поток, их потребуется больше тридцати. А вот следующая идея, которую я намерен пропихнуть после этого, это создание микросхем на полевых униполярных транзисторах с изолированным затвором (МОП). Вот это будет уже бомба.
— Чем занимаешься? — Подкралась ко мне Лиза Касьянова.
— Делом, занимаюсь, делом. — Отвечаю ей, откладывая очередную подложку. — И тебе советую этим заняться.
— Да ладно тебе, здесь всех дел не переделаешь, — говорит она, и цап голыми руками подложку прямо за только что обезжиренную поверхность.
Мда, втянув воздух сквозь зубы, нежно забираю заготовку из её девичьих ручек, а то вдруг еще и поцарапает, вон когти какие, тогда придется заново на шлифовку тащить.
— Действительно, не переделаешь, — соглашаюсь с ней и тщательно прикрываю контейнер.
Придется теперь постоянно так делать, ибо им, имеется в виду девушкам, трудно втолковать, что при работе с любыми заготовками требуется соблюдать определённые правила, как например, ничего не хватать руками, закрывать свои волосы шапочкой и вообще постоянно носить «намордник».
— Но стремиться к этому надо. — Заканчиваю свою мысль.
— А мы с девчонками решили на фильм сходить, — поделилась Лиза планами женской части студентов. — Три тополя на Плющихе показывать будут
Мне стало смешно, им будут показывать три тополя, четвёртый не выжил, засох.
— О, так вы любители мелодрам, — делано удивляюсь изменившимся вкусам самой Касьяновой, — помнится, раньше ты больше комедии смотреть любила.
— С нами не хочешь пойти? — Как бы невзначай интересуется она.
— Нет, у вас намечается девичник, нечего мне делать на этом празднике жизни, да и работы много, — а в мыслях продолжил, — и если бы не одна «умная» девица её было бы меньше.
— Ну как хочешь, — дернула она плечиком и шагнула от меня прочь. Как же, отказался от такого лестного предложения.
Вот и ладушки, тихонько выдохнул я, рассматривая пострадавшую заготовку на отсвет, может обойдется малой кровью? Нет, не обойдется, залапала ее Лиза качественно, придется опять в трех средах отмывать. Вот зла не хватает…
Да вижу я, всё вижу. Это наша лаборантка, Верочка Сомова, бросает на меня задумчивые взгляды. А вообще, какая она Верочка, мне в пору ее Верой Евгеньевной называть. Но вот как-то сошлись мы с ней на фоне общих интересов. Каких? А вот об этом позвольте умолчать.
* * *
Ночь, завтра выходной, счастливое время, и мы с Верочкой воспользовались ей сполна.
— А чем тебе Лиза не угодила? — Неожиданно спрашивает она, расслабившись после ночного марафона.
— Ревнуешь? — Вопросом на вопрос отвечаю я.
— А ты бы хотел? — Продолжает она играть в вопросы. — Просто она уже давно на тебя «глаз положила», а ты делаешь вид, что в упор этого не замечаешь.
— Лиза не только на меня «глаз положила», она свои глазки на многих разложила.
— А ты ее не осуждай, девушка правильно делает, она сейчас опыт нарабатывает, — цинично мне заявляет Вера.
— То есть использует меня в качестве учебного пособия? — Возмущаюсь на такое утверждение.
— Тебя нет, других да.
— Хоть это успокаивает, — проявляю сарказм, — а то знаешь ли, обидно как-то.
— Видишь ли, у неё не так уж много времени, она должна подобрать себе жениха за время учебы, потом поздно будет.
— С чего бы это? — Действительно неожиданный вывод. — Лиза эффектная девушка, без внимания ее не оставят.
— Ты как и все мужчины предпочитаешь ничего не замечать. Ты даже представить себе не можешь, сколько она на себя косметики переводит, стоит ее хорошенько отмыть, и перед тобой появится обычная серая мышка.
— А, ты про это, — отмахиваюсь я, — так этим многие девушки «грешат», тут главное не в том, что природа тебе дала, а как себя подать.
А все-таки Вера коварная особа, ишь как умело соперниц принижает, сначала как бы её похвалила, а потом можно сказать в грязь втоптала, не будь у меня жизненного опыта, ни за что бы не обратил внимания на такие манипуляции собой. Однако заметив, что этот разговор мне неинтересен, она перешла на другую тему:
— Представляешь, — продолжает она ночные разговоры, — сегодня я узнала, что Жилкин жутко завидует Комарову.
— С чего это вдруг? — Не удержавшись, хмыкнул я. — Комаров всего лишь кандидат, а Жилкин уже доктор.
— В том-то и дело, что Комаров сейчас сразу три направления ведет, а Жилкин только одно, и то, бесперспективное.
— А кто сказал, что это его направление бесперспективное? — Удивляюсь такому мнению. — По-моему, телевизионные системы для управления компьютером очень даже будут востребованы в ближайшем будущем.
— Это в будущем, а ему нужно что-нибудь предоставить сейчас. — Хихикнула лаборантка. — Запланированный на работы бюджет он уже почти проел, а результатов ноль.
Вот за что мне нравится Вера, так это за то, что она даже злорадствует как-то незлобно. А так действительно непорядок, одно из самых перспективных направлений в электронике под угрозой закрытия, надо будет попросить Верочку, чтобы она устроила мне встречу с этим Жилкиным. Так и быть, подкину ему пару идей насчет монитора, на самом деле ничего такого сложного там нет, просто не надо пытаться в простой телевизор напихивать множество дополнительных функций, которые там не нужны. А нужны там только знакогенератор и матрица памяти, которая будет содержать в себе страничку текста. Ну и клавиатуру надо нормальную сделать, там тоже ничего сложного, Консулы уже вовсю в качестве консоли используют. Всякие мышки пока не при делах, вот когда пойдут специализированные микросхемы, тогда и можно будет думать.
  
— Слушай, — делаю вид, что мне жутко подозрительно, — а чего это ты про Комарова вспомнила?
— А, что-то пришло на ум, — легкомысленно отмахнулась она, и тут же хихикнула, — а ты что, ревнуешь?
— А ты как думала, — пытаюсь разыграть свое недовольство, — он же ДОКТОР около физических наук, а я кто?