Майор Одинцов (СИ)

— Всё получится, — говорю я, когда понимаю, что аппарат готов. — Запускаю, готовься активировать его!
— Хорошо… — шепчет она.
— А дальше всё, как договаривались: я держу компас, а ты заходишь внутрь, — нажимаю на кнопку пуска. — Давай!
— Мамочка… Я уже иду… — Алиса рисует спираль, и заветная червоточина начинает разрастаться. — Получается… Работает! Миша… Выключай! Нам хватит такого размера. Миша?..
— А-а-а… Сук-а-а-а… — я катаюсь по земле и не могу совладать с дичайшей головной болью. Ещё хуже, чем в прошлый раз! — Голова… Больно… Сука… Как же больно…
— Дар пробуждается! — выкрикивает Алиса и выключает установку вместо меня. — Прости, я не могу тебе помочь… Я должна держать компас поблизости, чтобы червоточина не схлопнулась… Потерпи, это скоро закончится… Просто потерпи…
* * *
То же самое время… 
— База, это Ястреб, у меня нештатная ситуация, приём, — пилот истребителя Воздушных Сил Северной Империи выходит на связь.
— Ястреб, это База. Что у вас случилось? Приём, — отвечают ему.
— Кажется, я вижу активную червоточину. Чистильщиков не наблюдаю. Тут до Ярославля километров двести, может быть, её не заметили? Приём.
— Что?.. Повторите, вас плохо слышно, приём… — связь прерывается, будто её кто-то глушит.
— База! База! Я атакован! Приступаю к манёвру уклонения! — кричит пилот, но его уже никто не слышит. Ракета попадает точно в двигатель, выводя его из строя. — База! Меня подбили! Катапультируюсь! Мои координаты…
Не успевает он договорить, как сразу две ракеты настигают его, не давая шансов на спасение. Обломки самолёта падают в густой лес, вызывая пожар.
Пожар, который ещё не скоро потушат…
  
Глава 22
 
— А это ещё что такое?.. — Алиса наблюдает за огненным факелом, рассекающим ночное небо. — Самолёт?..
— Что-то мне совсем хреново! — катаюсь по траве и корчусь от боли. — Если помру, то знай, что поцелуй мне очень понравился…
— Да не помрёшь ты! — восклицает она. — Никто ещё не умирал от пробуждения Дара. И да, спасибо… Мне тоже понрав…
— Здравствовать вам я желаю, — слышу писклявый голос, это либо ребёнок, либо какой-то попугай. — Моя ждать вас.
— Эм… А ты кто?.. — бормочет Алиса.
— Фух… Вроде бы отпускает… — кое-как встаю на четвереньки и вижу нечто странное.
По ту сторону разлома на фоне непроходимых джунглей на двух лапах стоит необычное существо. Оно похоже на панду, но только имеет окрас как у шмеля, а из задницы у него растёт длинный и толстый хвост чёрного цвета. Эдакий панда-шмель — такой же мохнатый и упитанный. Да и ростом меньше метра.
— Меня называть Громп. Я обещать передать послание, — по его речи понятно, что русский язык он начал учить совсем недавно.
— Послание?.. Какое послание?.. — вопрошает Алиса, удерживающая в руках компас.
— Ты иметь похожий лицо, — существо показывает хвостом на Алису. — Спасительница говорить, что дочь приходить. Когда дочь приходить, Громп отдавать послание.
— Мама? Ты говоришь про мою маму?! — она повышает голос.
— Я, конечно, ко всему был готов… — с трудом встаю на ноги. — Но, ебучие пироги, что здесь происходит?..
— Где моя мама?! — Алиса готова сорваться с места, пройти сквозь червоточину и вытрясти ответы из этого пушистого создания.
— Спасительница долго-долго ждать. Ждать, но потом уходить другой мир. Искать дорога дом. Она оставлять послание. Громп должен передать послание, — существо скрывается из вида, но уже через пару секунд появляется с бамбуковой палкой в руках, закрытой с обеих сторон крышками. — Ты брать послание. Громп выполнять обещание.
— Давай его… — Алиса протягивает руку, и существо идёт ей навстречу, чтобы отдать.
— Спасительница говорить, когда дочь приходить, Громп можно ходить другой мир. Громп любить изучать. Громп умный, — он забавно кивает, как это обычно делают обезьяны.
— Здрасте, приехали… — выдаю я, когда этот самый Громп выходит из разлома. — Так... Судя по вон тому зареву, нам срочно нужно отсюда уходить!
 
— Но мама… — Алиса берёт у Громпа послание и открывает его зубами, так как вторая рука занята удержанием компаса.
— Давай я помогу, — забираю у неё артефакт.
— Спасительница нет наш мир. Она говорить, её не искать. Она сама находить выход.
— Боже мой… — Алиса достаёт папирус, на котором писали углём, и читает его в свете полной луны и разрастающегося зарева. — Мама… Но ведь я пришла за тобой…
— Прости, Алиса, но если её в этом мире нет, то нам надо сворачиваться! — настаиваю я.
— Ма-ма-а-а-а!!! — со слезами на глазах и в приступе ярости она кидает компас в сторону «Кометы». Червоточина схлопывается, а Громп остаётся в нашем мире. — Мы опоздали… Она ушла… Ушла в другой разлом, где есть атмосфера и кислород… Мы ведь должны последовать за ней… Мы обязаны…
— Мы сделаем это, но не с этой махиной, — показываю на тяжеленную установку. — Обещаю, мы найдём её, но сейчас нам нужно отсюда улетать!
— Мама… — Алиса рыдает, и мне приходится тащить её за руку к истребителю.
— Моя брать с собой? Громп хотеть исследовать мир, — полосатая панда плетётся за нами.
— Вот ведь увязался…
— Мы должны взять его с собой, — настаивает Алиса. — Только он знает, куда ушла моя мама…
— Сука… Вот так и знал, что ночка будет не из простых! — достаю фонарик и подаю условный сигнал сотрудникам СБ, дежурящим в лесном массиве. Почти сразу слышу шум двигателей квадроциклов, которые выезжают из леса и движутся к нам навстречу. — Прям жопой чувствовал, что стоит скорректировать наш изначальный план на случай вот такой вот пушистой неприятности…
— Неприятность? Что значить неприятность? — Громп догоняет меня и идёт рядом, смотря прямо в глаза. — Неприятность — это плохо? Громп плохой? Спасительница говорить, Громп пушистый… Громп — неприятность?
— Громп хороший, — отвечает Алиса. — Спасибо, что передал мне послание от моей мамы… Я тебе очень благодарна.
— Да! Громп хороший! — он опять делает своё движение головой, назову это просто звериным киванием. — Спасительница говорить, Громп умный и хороший.
— Что у вас случилось? — к нам подъезжают двое мужиков в чёрной форме и с балаклавами на головах. — Оу… Это?..
— Знакомьтесь, это Громп! — с нескрываемым сарказмом объявляю я. — Вам придётся доставить его в точку сброса.
— А что с Ларисой?
— Без него её поиски продолжить не удастся. Отвечаете головой за его мохнатую жопу…
— Жопа? Что значить жопа?.. — недоумевает Громп. — Жопа — это хорошо?
— Жопа — это жопа… — я устало вздыхаю. — Забирайте его и оборудование, мы возвращаемся на исходную. Что, кстати, случилось?
— Самолёт. Пришлось сбить, — коротко бросает руководитель группы. — Выживших нет.
— Надеюсь, он не смог передать информацию?..
— Мы успели заглушить сигнал. Переходим к плану «К». Вам, Ваше Сиятельство, придётся отыгрывать попадание в аномалию, вызванную солнечной бурей.
— Знаю… сам ведь придумал эту ветвь. Ладно, сохраняйте радиомолчание, дальше мы сами. Алиса, забирайся.
— Ага… — она держит в руках папирус и не желает с ним расставаться. — Как же так…
— Алиса, сейчас не время… — раздражённо цежу я и подбираю компас. — Пожалуйста, соберись! У нас будет ещё возможность спасти её, но сейчас нужно отпустить. Мы и так тут фейерверк устроили…
— Хорошо… — она нехотя заползает в кабину.
— Поехали… — залезаю сам, закрываю кабину и активирую автопилот, который летит по заранее запрограммированному маршруту обратно к той точке, где мы отключили передатчик.
Хорошо, что она находится достаточно далеко, чтобы нас не могли связать с уничтожением самолёта. Однако, у меня нет никаких сомнений, что эта наша выходка не останется без должного внимания. А ведь теперь ещё это мохнатое чудо прятать придётся…
Мы летим обратно, а я думаю, что же теперь делать. И если честно, уже начинаю жалеть, что во всё это ввязался. Нет, бесспорно, наш сегодняшний романтик немного скрашивает печаль, но грядущий события просто обязаны быть из ряда вон…