Инструктор по обмену (СИ)

– Я… – начал было говорить, но женщина даже не стала слушать, крепко ухватив меня за рукав лётной куртки, и потянула за собой, как нашкодившего эрра. Куда она меня ведёт? Она недовольна? Но чем?
Она завела меня в зал для спаррингов и наконец–то отпустила рукав куртки, встав напротив меня и скрестив руки на груди. Хм, я думал, что когда благодарят, то хотя бы улыбаются или что-то не так?
  
– Я переговорил с кадетом, можете не волноваться, такого больше не повторится, - начал я, прежде чем она успела подумать, что обязана поблагодарить меня.
– Поговорил?! – её глаза вспыхнули. – Ты думаешь, что оказал мне услугу? Почему ты решил, что мне нужен кто–то для защиты?
– Он нарушил кодекс кадета и обязан понести устное дисциплинарное наказание, – решительно произнёс я. Хм. Очевидно, серьёзно недооценил происходящее.
– Ни фига себе! Думаешь, я сама не заметила? Ты не единственный, у кого есть уши, лейтенант.
– Так почему же ты злишься? – кажется, я совсем запутался в эмоциях землян.
– Ты что не понимаешь? Потому что я не хочу, чтобы ты сражался за меня в моих битвах и выставлял меня слабачкой перед кадетами!
Я приоткрыл рот, чтобы сказать, что Дарина совсем не выглядит слабой.
– Скажи мне одну вещь, Этъер, – продолжила Дарина, чуть склонив голову, так что её чёлка закрыла половину лица и прежде чем я успел ответить. - Ты бы вмешался, если бы я была арракианским инструктором?
Я сжал губы, понимая, что она права. Я бы и слова не сказал, если бы Рейс находился в таком положении, предположив, что он сам справится.
– Нет, - честно ответил, решив, что, правда, лучше, чем утешения. – Я вмешался только потому, что ты второй день в Академии и не знаешь, какими могут быть арракианские кадеты – пока.
– Ценю твои порывы помочь, – она глубоко вздохнула и продолжила: – Но если я не научусь справляться с ними самостоятельно, они никогда не будут уважать меня. Поверь мне, я знаю, чем это может закончиться.
От боли в её голосе я желал притянуть к себе и утешить, но сдержал порыв. Скорее всего, объятия - последнее, чего Дарина хотела от меня.
– Я понимаю, Дарина и прошу прощения за то, что подорвал твоё доверие. Это не входило в мои намерения.
– Отлично, Этъер, рада, что мы все решили между нами, - она встретилась со мной взглядом и подмигнула. – И не думай, что, прижав меня к мату раз, ты выиграешь снова.
– Ты можешь попробовать, Дарина, – прошептал я в прямую спину удаляющейся женщины.
Она явно не намеревалась тратить время на разговоры. Для такой миниатюрной женщины она была удивительно выносливой и сильной духом. Но, даже за такой женщиной, нужен глаз да глаз. Нет, я не отказался от мысли защищать её, просто теперь постараюсь делать это незаметно, чтобы не задеть её гордость.
  
ГЛАВА 13
 
Дарина
Я оперлась рукой о панель сбоку от новой двери, поставленной с лестницы, и опустила голову, не двигалась, когда дверь открылась.
– Всё так плохо? – раздался голос Алевтины, которая прислонился к обсидиановой стене и с интересом рассматривала меня.
– Даже не спрашивай, – прохрипела я, проходя в нашу башенку.
– Первые дни всегда паршивые. Не имеет значения, в каком конце аудитории ты находишься.
После моего первого занятия и разговора с Вольтером день пошёл лучше, по крайней мере, другие кадеты не пытались заигрывать со мной, и никто не пытался стать рыцарем на белом коне. Но я сожалела о своей чрезмерной реакции на действия лейтенанта. Как бы я ни была разгневана, мне не следовало тащить его по коридору.
– Но ведь скоро станет лучше, правда? - спросила я, помассировав себя за шею и пытаясь хоть немного снять напряжение.
– Возможно, но я знаю кое-что, что гарантированно поможет нам почувствовать себя лучше! – она метнулась в свою комнату и вернулась с бутылкой, наполненной синей жидкостью. – Я думаю, что мы обе, пережившие первый день обучения кадетов в арракианской Академии, заслуживаем того, чтобы расслабиться. Я купил этот эликсир у одного из барменов на космической станции, где мы останавливались перед прибытием на Аррак. Он обещал расслабление, и ни грамма алкоголя, представляешь. Пойдём ко мне, Дара.
Я последовала за Алевтиной в её каюту и прикрыла за собой дверь. В отличие от меня, она уже добавила собственные декоративные штрихи к основному чёрному оформлению комнаты: покрывало из лавандовой ангоры в изножье кровати, ярко-розовая статуэтка слоника на письменном столе и ряд полок с романами. Не уверена, что меня удивило больше: то, что Алевтина любила женственные цвета, или то, что читала любовные романы.
Тем временем та деловито доставала парочку чашечек с розовыми сердечками и теперь разливала голубую жидкость.
– За первых двух женщин, которые вступили в ряды большой и злой инопланетной Академии! – сказала она тост, поднимая чашечку в воздух.
– И за то, чтобы мы остались живы, – добавила я, прежде чем чокнуться с ней.
– Арракианцам повезёт, если они переживут нас! Оптимистический настрой уже полдела, Дарина. Выше нос!
– Может быть, – пробормотала я, делая глоток синей жидкости, которая на вид выглядела так, словно ее можно использовать для мытья полов, но на вкус, как леденец. Я скривилась от кислого привкуса, последовавшего за сладостью.
– Так что произошло сегодня? – спросила Алевтина.
– Помнишь вчерашнего кадета, завалившегося в нашу башню?
– Только не говори мне, что он первокурсник?
– Бинго! Он уселся в первом ряду на первом занятии и флиртовал со мной при всех! Представляешь, какая наглость?
– Что? Надеюсь, ты поставила на место этого желторотика, - возмутилась Аля, с грохотом ставя чашку на столик.
– Меня лишили этой возможности, - зачарованно вздохнула я. – Лейтенант Вольтер вмешался раньше, чем я успела что-нибудь предпринять.
– Этот тот высокий, темноволосый, мускулистый… который приструнил кадета вчера?
– Ты только что описала каждого арракианца в Академии, - засмеялась я. - Но, да, тот самый.
– Вчера он еще опоздал на ужин… – она пристально посмотрела на меня и вздохнула. - Слишком молод, но привлекателен и явно с характером.
– Как он может быть слишком молод для тебя, Аля? Мы, наверное, ровесники.
Она посмотрела мне в глаза поверх чашечки и сделала глоток:
– Я предпочитаю, чтобы мои мужчины были более выдержанными. Личные предпочтения, вот и всё. А вот тебе, подруга в самый раз!
– Мои желания не имеют значения, мы инструктора и не думаю, что отношения между нами возможны в силу дисциплинарного кодекса.
– Ну ты загнула! – Алевтина склонилась ко мне и прошептала: – Кто тебе это сказал? Я не нашла никакой информации о связях между кадетами, преподавателями.
– Наверное, потому, что раньше такой проблемы не было, так как все мужчины и ни одной женщины, - ответила ей, раздражённо выдохнув. Последнее, что мне нужно, чтобы Алевтина уговаривала меня поддаться своим желаниям. - Женщины в мире мужчин должны быть жёстче и дисциплинированнее, просто чтобы не отстать. Кроме того, Вольтер хочет быть моим спасителем, а я не нуждаюсь в спасении.
– Ты точно не нуждаешься, – Аля наполнила наши чашечки и продолжила, как ни в чём не бывало: – Я читала твоё досье.
– Ты что?! – я чуть не поперхнулась голубой жидкостью от услышанного.
– Я должна была узнать, какие ещё будут на Арраке вместе со мной, - спокойно ответила Аля, откинувшись на спинку стула. - Ты была лучшим курсантом в училище и стала одним из лучших пилотов на Земле. Героизм у тебя в крови.
Страх заморозил тепло, которое бурлило во мне. Разговоры о семье никогда не заканчивались хорошо. После того как мама умерла, отец растил нас как своих маленьких солдатиков, прививая дисциплину и твёрдость характера. В досье есть долгая история военной службы, в то время как я не испытывала ничего, кроме стыда, вместо того, чтобы гордиться. Не то что, моя сестра Саша…