Грешные желания Сары

«А разве большинство людей не любят побыть на свежем воздухе в солнечный день? Едва ли это достаточное основание для создания семьи».
Сара скомкала в кулаке ткань своего платья. Может быть… Она глянула на отца, понимая, что рискует вызвать его гнев.
– Мистер Денисон, а папа сообщил вам о моем скандальном поведении?
Мистер Денисон прокашлялся.
– Ну… он… э-э…
– Я довел до сведения мистера Денисона, что ты уже не целомудренна. Он великодушно согласился примириться с этим. Не так ли, сэр?
– Да, это действительно так, милорд, – расплылся в широкой улыбке мистер Денисон. – По правде говоря, я думаю, что своенравный характер леди Сары придется мне по нраву.
На сей раз на лице лорда Эндовера отразилось такое же отвращение, какое чувствовала и его дочь. Но, в отличие от нее, он быстро овладел собой.
– Две недели, мистер Денисон. Достаточно ли этого времени до объявления помолвки?
Сара ошеломленно уставилась на отца. Как будто ее вообще в комнате не было.
– Разумеется, милорд. Этого более чем достаточно, – ответил мистер Денисон. Он смерил Сару с ног до головы веселым взглядом.
– Хорошо, – подытожил лорд Эндовер. – Чем быстрее мы устроим эту свадьбу, тем лучше.
– Всемерно поддерживаю, – сказал мистер Денисон, придвигаясь ближе к Саре. – Что вы на это скажете, моя дорогая?
«Нет!!!»
Чувствуя дрожь в руках, Сара закрыла глаза, пытаясь собраться с духом.
– Прекрасно, – выдавила она из себя.
Правда, у нее в голове уже крутилась мысль о срочном побеге. До Портсмута недалеко. Может, ей удастся сесть на корабль, направляющийся в Америку. Если бы только найти средства на такое путешествие.
– Что ж, хорошо, – сказал мистер Денисон. – В таком случае вы, вероятно, желаете прогуляться со мной завтра в парке. Мне говорили, что там установлены старинные солнечные часы – должно быть, интересная вещь.
– Несомненно, так оно и есть, – вежливо согласилась Сара.
Видимо, нет нужды обдумывать побег, ведь ей явно суждено умереть от скуки.
Мистер Денисон снова просиял, демонстрируя Саре свои зубы. Все они были кривыми, а одного и вовсе недоставало. Она постаралась не сморщиться при мысли, что раньше или позже ей придется целовать его. Фу!
Он поднялся на ноги.
– Если вы не возражаете, я бы хотел отдохнуть перед сегодняшним ужином. Благодарю вас за то, что уделили мне время, лорд Эндовер. Леди Сара, с нетерпением жду нашей следующей встречи.
Сара кивнула, все еще не в состоянии до конца осознать то, что сейчас проявилось в полной мере – ее будущее уже предопределено мужчинами, и ничего хоть сколько-нибудь отрадного для нее в нем нет. Она всегда думала, что выйдет замуж по любви. Любовь. Как же легко было изображать образ этого чувства красивыми словами! Словами, жертвой которых она когда-то стала с такой поразительной легкостью. Нет, ей не суждено выйти замуж по любви. Она выйдет замуж потому, что родители отчаянно желают сбыть ее с рук, и это их желание, говоря откровенно, не является чем-то из ряда вон выходящим.
Пытаясь овладеть собой, Сара встала, поднялся и ее отец.
– Мне нужно идти подобрать платье для сегодняшнего ужина, – сказала она, радуясь тому, что голос не выдал царившего в ее душе смятения. – Я бы хотела выглядеть перед мистером Денисоном лучшим образом.
– Не упусти свой шанс, – сказал отец, лицо которого осунулось. – Ты должна помнить о своих сестрах. Как только твое будущее устроится, вероятность того, что их репутации будут запятнаны, если правда всплывет наружу, станет меньшей.
– Не всплывет, – сказала Сара. – До сих пор никто ни о чем не узнал.
– Тем не менее ответственность за тебя будет нести твой муж, и в качестве замужней женщины, живя в Йоркшире…
– Я отправлюсь в Йоркшир? Навсегда?
С тем же успехом она могла бы отправиться на Луну.
– Именно там дом мистера Денисона – конный завод с великолепными чистокровными верховыми [6], включая десяток первоклассных кобыл, если тебе это интересно. Спарив их с тем жеребцом, которого я в прошлом году приобрел в Германии, мы получим замечательных скакунов.
 
– Конный завод… – повторила Сара, чувствуя слабость.
Конечно, ее отец не упустит возможности заключить союз с таким же любителем лошадей, как и он сам. Тем более если в этом есть еще и материальный интерес, а он есть, так как лучшие спортивные лошади продаются по цене порядка тысячи фунтов, возможно, и больше.
– А если я откажусь подчиниться?
Глубокие морщины прорезали лоб отца.
– Сара, мы говорили об этом раньше десяток раз. Ты была рождена, чтобы посредством замужества получить земли, положение и возможности. Упустив шанс выполнить свою обязанность… – Лорд Эндовер вздохнул, явно разволновавшись. – Я сделал все, что было в моих силах и что позволяли сложившиеся обстоятельства, – продолжил он, глядя на нее безо всякого сочувствия, – устраивая тебе замужество, которое принесло бы много пользы нашей семье.
– Для чего мне придется отправиться жить на конный завод в Йоркшире.
– Я бы с удовольствием оказался на твоем месте, если тебя это хоть как-то утешит.
– И поженились бы с мистером Денисоном? Несомненно, вы составили бы великолепную пару. Я бы…
– Попридержи язык, Сара! – Голос отца эхом отразился от стен. Помолчав, он глубоко вдохнул, беря себя в руки, и продолжил: – Главное состоит в том, что там никому не будет дела до твоего прошлого, при условии, что ты станешь замужней женщиной.
– Там до меня вообще никому не будет дела, – пробормотала Сара.
«А вы с мистером Денисоном приметесь тем временем набивать свои сундуки».
– Оно и к лучшему, – сказал отец, после чего вышел из комнаты.
– Ты правильно сделала, выбрав для вечера голубое платье, – сказала леди Эндовер, пока они с Сарой вслед за остальными членами семьи спускались по лестнице к ужину. – Несомненно, в нем ты понравишься мистеру Денисону.
– Вы так говорите, будто я к этому намеренно стремлюсь.
– Ты продолжаешь испытывать мое терпение, – промолвила мачеха. – Оно у нас с твоим отцом до сих пор было безграничным. Мы даже подыскали человека, готового взять тебя в жены, хотя большинство содрогнулось бы при мысли о том, чтобы жениться на брошенной кем-то другим. Но вместо благодарности ты относишься к нам с презрением.
– Я отношусь к вам с презрением, мама?
В такое обвинение невозможно было поверить.
– Вы могли бы это заявить, оказавшись на моем месте.
– Надеюсь, ты не хочешь сказать, что мы были к тебе несправедливы или относились к тебе не так, как ты могла бы ожидать в твоем положении. Множество других родителей в подобном случае отказались бы от своих дочерей, но ты продолжаешь вести себя так, будто во всем виноваты мы, хотя, кроме себя, тебе винить некого.
Сара не могла отрицать правдивости этих слов.
– Вряд ли я это когда-либо забуду, мама, – сказала она, – однако если вы хотите создать хотя бы видимость благопристойности и пресечь распространение ненужных сплетен, то, думаю, нам следует попытаться сделать вид, будто я не совершила ничего предосудительного. А для этого не помешало бы, чтобы вы время от времени улыбались мне.
Леди Эндовер остановилась и, обернувшись к падчерице, растянула плотно сжатые губы.
– Так сойдет?
Высоко держа голову, чтобы скрыть досаду, Сара ответила:
– Какое счастье, что вы не актриса, ведь с такой неубедительной игрой вы вряд ли имели бы успех на сцене.
– Изображать, будто твоя дочь тебя не разочаровывает, не так-то просто, Сара, но я делаю все, что является моим долгом. Это же можно сказать и о твоем отце. От тебя требуется лишь последовать нашему примеру, чтобы оставить все затруднения в прошлом.
Выразив свою мысль, леди Эндовер поспешила за супругом и остальными, незапятнанными, дочерями и вместе с ними вошла в зеленый зал, пока Сара плелась следом. Как бы больно ей ни было, она осознавала, что виновата в этом лишь сама. Также она понимала, что обязана сделать все возможное, исправив ошибку ради спасения репутации сестер.