Грешные желания Сары

– Я восхищена твоей усидчивостью, – сказала Фиона. Плюхнувшись рядом с ним, сестра отвлекла его от раздумий. – Похоже, работа над твоим следующим макетом продвигается успешно.
– Ты этому не способствуешь, – проворчал он.
– Это почему же? Леди Сара тебя отвлекает, Крис? Это обнадеживает. – Она рассмеялась, вытягивая ноги.
– Не спеши радоваться. Я не поддамся ее чарам, только чтобы насолить тебе.
– Ах, ну, значит, ты согласен, что она очаровательна.
Он бросил на нее сердитый взгляд.
– Совсем нет.
– Не говори глупостей, – упорствовала Фиона. – Леди Сара чрезвычайно привлекательна. Если ты будешь доказывать мне обратное, я тебе просто не поверю.
– Ну и не верь, – буркнул он. – Не имеет никакого значения, веришь ты мне или нет, только учти, я намерен всем вам за это отплатить.
– Трясусь от страха, – сказала Фиона, не выказывая ни малейшей обеспокоенности. Она глянула на озеро. – У нее не очень-то счастливый вид сейчас, не правда ли?
– О ком это ты говоришь? – спросил Кристофер, хотя ответ ему был совершенно ясен.
– Конечно, о леди Саре, – сказала Фиона.
Кристофер кивнул. Он совсем не случайно выбрал такое место, откуда мог поглядывать на то, как мистер Денисон катает ее на лодке по озеру. Несмотря на вежливость, которую тот проявил при их единственной встрече, лорд Спенсер не мог отделаться от чувства неопределенной неприязни к этому человеку.
– Как ты думаешь, может, он шантажирует ее родителей?
Кристофер вздрогнул.
– Откуда ты вообще это взяла?
– Это бы все объяснило, – ответила Фиона. – Или, возможно, лорд Эндовер проиграл леди Сару в карты. У него репутация не очень хорошего игрока.
Открыв рот, Кристофер уставился на сестру.
– Я, честно говоря, не представляю, откуда у тебя такие мысли, но вообще-то леди Сара поведала мне, почему выходит за него. Это связано с разведением породистых лошадей.
Фиону его слова явно не убедили.
– Они ссорятся сейчас? – спросила она, меняя тему разговора. – Похоже на то.
Взглянув на лодку, в которой сидела леди Сара, Кристофер увидел, как мистер Денисон, напряженно склонившись, что-то говорил отстраняющейся от него девушке. Виконт сжал уголек, хрустнувший в кулаке.
– Ты обязан вмешаться, – сказала ему Фиона.
– На каком основании? К тому же они посреди озера, а ходить по воде я не умею.
– Как джентльмен, ты должен…
– Он, – оборвал сестру Кристофер, кивнув в сторону мистера Денисона, – тот, за кого она собирается замуж. Она сама его выбрала – не имеет значения, какие у нее на то были причины. И, что более важно, ее родители также остановили свой выбор на нем.
– Я знаю, насколько тебе неприятны любые упоминания о мисс Хепплстоун, но не могу забыть, как рьяно ты бросался ей на помощь по самому ничтожному поводу, даже там, где та легко справилась бы сама, хотя она совершенно не заслуживала ни твоей помощи, ни тебя самого.
– Не надо думать, что я забыл об этом, – резко ответил Кристофер.
– Знаю, что не забыл, – сказала Фиона с пониманием. – Но ты все еще позволяешь ей мешать своему счастью в будущем. И по сей день она искажает твое восприятие любой девушки, которая оказывается слишком близко к тебе. – Фиона вздохнула. – Мне нравится леди Сара, и…
– Почему? Какие у тебя для этого основания? Ты знаешь ее ровно три дня, чего явно слишком мало, чтобы определить, сможет ли она стать достойным приобретением для нашей семьи. Я пока в этом не уверен.
Впрочем, несмотря на свои возражения, он не мог не признать, что ему леди Сара нравится тоже, если уж быть до конца честным перед самим собой. Просто он боялся снова повторить свою ошибку.
– Не забывай, что я прекрасно разбираюсь в людях и мисс Хепплстоун мне не понравилась с самого начала. Беда в том, что ты не захотел слушать мои доводы.
Так все и случилось. Фионе было всего лишь двенадцать лет, когда она предостерегла его от женщины, в которую он влюбился. Тогда он не воспринял ее слова всерьез.
– А что до того, сколько времени ты ее знаешь, – продолжила Фиона, – то она и с мистером Денисоном знакома столько же и собирается за него замуж. А так как ты все равно не намереваешься жениться по любви, то, думаю, вряд ли имеет значение, насколько хорошо ты ее знаешь, достаточно того, что уже известно о ней. Если еще учесть ее хорошие манеры, доброжелательность и красоту, я не могу представить себе девушку, более подходящую на роль твоей жены, чем она.
 
Пожалуй, Фиона права. В конце концов, в высшем свете было обычным делом заключать брак, не задумываясь о том, как затем уживаться со своей половиной в последующие годы. Значение имели престиж, новые связи и преумножение состояния. Все прочее отходило на второй план, а так как, по большому счету, все, что ему нужно, – это наследник, присутствие виконта будет необходимо только в супружеской постели – такая мысль его изрядно будоражила, пока он глядел на сидящую в лодке леди Сару.
Утром, когда девушка оступилась и он подхватил ее, она выглядела так соблазнительно, что виконт едва нашел в себе силы сдержаться, чтобы не поцеловать ее манящие губы. А если он женится на ней, то сможет наслаждаться этими устами и всем прочим каждый божий день. В остальное время ему ничто не будет мешать посещать клуб, строить свои модели и приятно проводить время в обществе друзей. Об этом определенно стоило задуматься.
– Вы говорили с лордом Спенсером о моих дочерях? – спросил мистер Денисон.
– Говорила, – ответила Сара, радуясь тому, что не приходится кривить душой.
– И вы благожелательно о них отзывались?
– Безусловно!
– Почему же он в таком случае до сих пор не пообщался с ними?
Чувствуя себя школьницей, которую отчитывают за шалости, она слегка опешила.
– Стало быть, его светлость был занят другими делами. Более того, он отнюдь не обязан проявлять интерес к Виктории и Диане только потому, что я о них упомянула. А так как он, как вы знаете, жениться не намеревается, полагаю, ему нужно дать больше времени.
– А я склоняюсь к мысли, что вы были недостаточно убедительны. Не думайте, что я не заметил, как вы на него смотрите, – сказал мистер Денисон, налегая на весла.
С момента их встречи в библиотеке два часа назад, когда он сообщил ей о том, что знает о ее совместном с лордом Спенсером завтраке, мистер Денисон постоянно возвращался к этой теме.
– И как же я смотрела на него? – спросила Сара, испытывая раздражение из-за его обвинений.
– Так, будто он самый красивый мужчина среди всех, кого вам приходилось видеть. – Он неловко дернул правым веслом, срывая с поверхности воды веер брызг.
– Не стану отрицать его привлекательности, – сказала она, хотя и понимала, что зря.
Мистер Денисон побагровел.
– Вероятно, мне следует вам напомнить, что вы выходите замуж за меня!
– Уверяю вас, я этого не забыла.
Было бы прекрасно, если б она могла об этом забыть хотя бы ненадолго.
– И я не желаю ни с кем делить вас, – предостерег ее мистер Денисон, склоняясь вперед.
Отпустив весла, он взял ее за руку. Сара непроизвольно отстранилась от него. И это тоже было напрасно. Его глаза потемнели, как грозовые тучи.
– Не волнуйтесь так, моя дорогая, – пробормотал он, гладя большим пальцем ее запястье. – Я совершенно уверен в том, что вы забудете о нем, как только я уложу вас в постель. Не сомневаюсь, вы будете молить меня не прекращать, когда мой язык пройдется по вашему телу.
Сару все сильнее одолевала тошнота. Желудок протестовал против жуткой картины, которую его слова пробудили в ее сознании, – он и она на брачном ложе. Ее подмывало сбежать, выпрыгнуть за борт и плыть к берегу. Но что потом? Ей некуда идти, не к кому обратиться, у нее нет денег, чтобы самостоятельно начать новую жизнь. Она не могла укрыться даже в монастыре – король Генрих разогнал их еще в XVI столетии. Сара про себя обругала почившего монарха и то влияние, которое он оказывал на ее жизнь даже через триста лет после своей смерти.