Особенная девочка для властного Альфы (СИ)

Рита делает глубокий вдох, как перед погружением под воду. Боится она меня. Чувствую. Почему не ощущаю ее родной запах, от которого я дурел? Она принимает капсулы, которые охотник изобрел? Из-за этих капсул зверь теряет след, не может учуять свою жертву.
- Я пришла к тебе, потому что… - она облизывает свои блядские пухлые губы, а я залипаю, как придурок. Яйца ноют. Хочу еще раз трахнуть эту сладкую девочку, я тащусь от того, как она кончает, как кричит, получая оргазм. – Наша дочь умирает. Сонечке нужна твоя кровь с магией, чтобы остановить конфликт магии, который происходит внутри нее.
  
- Кому? – переспрашиваю я.
Какой еще дочери? Я в Риту ни разу не кончал. Всегда прерывал половой акт, потому что знал, что дети у нас будут проблемные. Мне сначала надо было решить вопрос, как Риту в стаю привести, а потом уже собирался что-нибудь придумать и с этим сложным вопросом. У нас разная магия в крови, поэтому беременность у таких пар наступает редко. Не могла она от меня забеременеть. Как? Что за бред?
- Месяц назад я родила Сонечку. Она твоя дочь. И в ее крови столкнулись две разные магии. Магия охотников и магия оборотней. Если конфликт не погасить, она умрет. Чтобы спасти ей жизнь, нужна твоя помощь. Сонечке нужна твоя кровь. Это очень сложная процедура. Врач сказал, что иногда и она не помогает спасти таких детей. Но я очень надеюсь, что наша малышка справится и будет жить. Помоги мне. А потом мы с дочерью исчезнем из твоей жизни. Не будем тебя нервировать своим присутствием. Не будем тебя позорить. Я знаю, как оборотни негативно относятся к слабому потомству. И знаю, что вы убиваете таких, как Сонечка. Я сделаю все, что скажешь, только спаси ее. Она моя жизнь! Она моя кровиночка. Она моя семья, - оглушает меня Рита новостью.
- Пиздец… - у меня больше не находится слов.
Нервно провожу рукой по волосам. Охренеть! Рита родила дочь. От меня? И ребенок умирает? Бля… Зажмуриваюсь и сдавливаю пальцами переносицу. Это что же получается, если бы малышка родилась здоровой, я бы о ней никогда не узнал? Рита бы скрыла от меня моего ребенка?
Я опять закипаю от бешенства.
  
Глава 5
 
Рита 
Нервно стягиваю на груди края порванного платья, смотрю на Артура. Чувствую, что он закипает от злости. Конечно, для оборотня новость о том, что у него родился больной ребенок – это шокирующая новость. Я понимаю, что ему не хочется иметь ничего общего с таким ребенком, чтобы не портить свою репутацию в стае. Сонечка подорвет его авторитет. Мало того, что ребенок не волчонок, так еще и умирает. Слабое потомство – значит, слабый альфа. А раз слабый, значит, попытаются отобрать у него эту власть. Этим волкам только дай повод повоевать, моментально развяжут между собой конфликт.
Они же дикие, неуравновешенные, настоящие психи. Моя самая первая встреча с Артуром произошла как раз в тот момент, когда его чуть не убили черные волки. В то время серые и черные воевали друг с другом за власть. Теперь, если верить слухам, они заключили перемирие. Но надолго ли?
Я не очень разбираюсь во всех тонкостях и законах волчьей жизни, знаю лишь то, что описал мой дед-охотник в своем дневнике. На эту информацию и опираюсь.
Поэтому я понимаю почему злится Артур. Он не хочет терять власть. Но мне плевать, что он там хочет, мне главное, чтобы этот гад помог дочери. А потом пусть проваливает из моей жизни. Судя по тому, что вокруг его серых глаз не вспыхнуло янтарное кольцо, его внутренний зверь не пробудился, не учуял меня.
- Какого хрена, Риточка? – зловеще рычит он. – Почему ты раньше не сказала, что была беремена?
Почему он смотрит на меня так, будто я виновата во всех грехах? Если бы он узнал раньше, то сделал бы все возможное, чтобы этот ребенок не родился?
Я в этом уверена, потому что в дневнике моего деда описано много таких случаев, когда беременные от волков дочки охотников убегали и скрывали своих детей от оборотней. Но волки выслеживали, отнимали детей в чьих венах текла магия охотников и убивали. Дед писал, что у волков нет привязанности к тем детям, в чьих венах нет волчьей магии. А про малышей, как моя Сонечка, он писал, что такие дети погибали от конфликта магии, так как отцы отказывались помогать своему слабому потомству. Эта война между оборотнями и охотниками унесла многие жизни. И вот несколько месяцев назад установили перемирие.
Слабо верится, что такое перемирие удержится и не рухнет. Несколько столетий воевали, а тут бах и мир. Если парочка волков и будет соблюдать новые правила, то все разом точно не смогут перейти на новый лад. Поэтому я рискую, находясь на территории волков. Но ради Сонечки еще и не на такие безумства пойду.
Я ничего не отвечаю Артуру, опускаю взгляд. Не хочу с ним ни спорить, ни что-то доказывать. У каждого из нас своя правда. Мы всегда будем по разные стороны баррикад.
- Значит так, - не дождавшись от меня ответа, продолжает он. – Я помогу ребенку. Хочу, чтобы ты знала, нет гарантии, что конфликт угаснет. Но я постараюсь спасти дочь.
Я подскакиваю с места, подбегаю к Амурскому, сидящему в кресле, наклоняюсь и целую его в щеку.
Он дергается от меня, как от прокаженной.
- Ты чего? – смотрит настороженно.
Я впервые проявила инициативу, и сама к нему прикоснулась. Кажется, этим я его и шокировала.
- Спасибо, - шмыгаю я носом. - Ты не представляешь, как много это для меня значит. Я бы не пришла, если бы…
Осекаюсь. Потому что в глазах Артура начинает клубиться лютая ярость. Он сжимает пальцы на моей талии, рывком сажает меня к себе на колени. Я ойкаю от неожиданности.
- Это меня и бесит больше всего, - цедит он сквозь стиснутые зубы, при этом нежно проводит подушечкой большого пальца по моим приоткрытым губам.
У меня мурашки вдоль позвоночника спускаются, и внизу живота закручивается спираль. Этот гад дурно на меня влияет. Я теряю разум рядом с ним. И мне это не нравится.
- Ты скрыла от меня ребенка. Будешь наказана, - рычит мне в губы, опаляя своим горячим дыханием. – Я помогу ребенку. Если она выживет, я заберу дочь себе. А ты, если хочешь видеть, как растет малышка, будешь выполнять то, что скажу. Ты будешь принадлежать мне. И пока я не наиграюсь, я не оставлю тебя в покое. И сбежать тебе не удастся. Ты же не бросишь малышку Софию с таким мудаком, как я? Верно? Так что в твоих же интересах быть милой и послушной девочкой. Иначе никогда больше не увидишь дочь. Я не подпущу тебя к ней. Как ты не собиралась подпускать меня к ребенку.
- Артур, - ошарашенно выдыхаю я, дергаюсь, но он держит крепко, впивается в мои губы жадным поцелуем, кусает мои губы, посасывает, толкается языком в мой рот, будто хочет заклеймить, подчинить своей воле. – Я не отдам тебе Сонечку! – шепчу я с отчаянием.
- Боюсь, у тебя нет выбора, моя дорогая занозочка, - рычит он и с силой сжимает пальцы на моей талии. – Я был с тобой слишком мягким, и ты лишила меня зверя, уничтожила меня, когда сбежала. А ведь я сходил по тебе с ума, ты была центром моей вселенной. Ты разрушила мой мир. А я лишу тебя дочери. Это будет справедливо.
- Нет, - испуганно качаю головой. – Артур…
То, чего я боялась, свершилось. Вот ведь гад! Нашел мою слабость и теперь будет использовать эту слабость против меня.
- Да. Ты будешь делать все, что скажу, - кивает он. – Я пиздец как сильно тебя хочу, - говорит он, смотря на меня с жадностью.
- Мне нельзя так часто после родов, - вру я, надеясь, что Артур не разбирается во всех этих тонкостях.
Амурский хмурится, будто чует подвох.
  
- Ну тогда поработаешь своим прекрасным ротиком, - заявляет он и расстегивает ширинку.
Мамочки! Я сейчас в обморок упаду. Как же избавиться от этого озабоченного психа?
  
Глава 6
 
Невольно думаю о том, как хорошо, что сегодня еще ничего не ела. Боюсь меня сейчас стошнит. Я не шлюха. Опыта у меня в плане этих ласк, которые от меня требует Амурский, совершенно нет. И если бы он был моим мужчиной, а я его любимой женщиной, возможно, я бы попробовала порадовать его таким способом.