Твой силуэт в очертании света (СИ)
Ох, какой странный воздух! Какой… сладкий, какой пряный. Полный неведомых ароматов, но немного как будто тяжёлый. Даже ноздри защипало с непривычки.
А потом перед глазами прояснилось. Нинель ахнула от ворвавшейся в её сознание красоты. Покачнувшись, она сделала оборот вокруг себя, во все глаза рассматривая обступивший её лес.
Буйство зелени. Снизу, сверху — везде вокруг неё. Высокие исполинские деревья, которые она даже не смогла бы обхватить. И тут же — худенькие деревца с витиеватыми стволами, сплетающимися друг с другом в объятии, на ветках которых покачивались небольшие аккуратные листочки. Нинель подошла к деревцу, прикоснувшись к листку ладонью. Ох, какой гладкий. И мягкий. И тёплый, нагретый солнцем.
Солнце!
Нинель взметнула взгляд ввысь, к большому яркому шару, прогревающему землю. И тут же зажмурилась — яркий свет ослепил её, а перед глазами заплясали точки. Засмеявшись, она прикрылаглаза руками, подождала, когда веселящиеся блики подуспокоятся, и снова поднялаладони, на этот раз сделав себе их них «козырёк».
Сквозь наряженные в густую листву верхушки деревьев проглядывало невероятно глубокого, сине-голубого оттенка небо. Нинель остановилась, засмотревшись на этот бездонный купол. Повела головой в сторону, ближе к солнцу, и увидела на небе белый росчерк облака.
Всемогущая повелительница. Всё оказалось гораздо прекраснее, чем она себе представляла. Какое буйство красок! И люди живут в этом прекрасном мире постоянно? Какой величайший дар — лицезреть сию красоту каждодневно, ежеминутно!
Снова прикрыв глаза руками и сделав щёлочку между пальцами, решилась она взглянуть на солнце, но как ни пыталась его рассмотреть, смогла увидеть лишь ореол света, бьющий во все стороны лучами.
Под ногами зашелестело, а по коже пронёсся порыв воздуха. Замерев от восторга, Нинель раскинула руки, подставляясь ветру. Мягко лаская её кожу, ветерок пробежался меж деревьев и скрылся вдали, оставив за собой утихающий шум листвы. Она смежила веки и прислушалась. Тишина леса разительно отличалась от тишины Небесных Чертогов. Она была мнимая, эта тишина. На самом же деле лес полнился звуками — еле уловимым жужжанием, стрёкотом, шелестом и шорохами. Но все эти звуки так идеально сливались в лёгкий, едва уловимый фон, что казалось, будто в лесу абсолютно тихо.
Присев на корточки, Нинель повела ладонью по траве, и тут же сжала её в кулак, запоминая ощущение. Поднялась, подошла к могучему дереву и провела рукой по стволу. Шершавый. Глупо хихикнув, она пошла вперёд. Трава приятно щекотала её наполовину оголённые ступни, прикрытые лишь тряпичными сандалиями. Она всё шла и шла вперёд, от одного дерева к другому, от одного куста к следующему, нежно прикасаясь ко всему, до чего дотягивались пальцы. Одурманенная, зачарованная красотой, красками и ощущениями, Нинель брела вперёд, пока не вышла из леса на небольшой пустырь. Позади раздался громкий хлопок, и в животе что-то словно дёрнуло — она поняла, что сработали врата в Небесные Чертоги. Ещё одна сестра приземлилась для выполнения миссии. Ох, она уже далеко ушла, нужно свериться с картой, чтобы не потеряться и запомнить, где именно находится третий выход.
Нинель вытянула из сумки карту и развернула. Карта оказалась огромная. Она расстелила её на траве и принялась внимательно изучать. Так. Вот, она здесь. Все три точки выхода находились на большом расстоянии друг от друга. Слева от неё в нескольких милях располагалось поселение. А вот это тёмное пятно — не что иное, как место, в котором обитали твари. Лезть туда сразу глупо, нужно сначала изучить окрестности. Нинель повела пальцем вправо. Сейчас ей нужно пересечь поле и дойти до реки, а потом идти вдоль её русла вверх по течению до горной местности. Ничего себе, люди жили даже на вершине горы… Здесь надо быть осторожнее. Но это поселение — одно из тех, что находились в непосредственной близости от обиталища тварей. Чтобы защитить людей, нужно держаться между ними и пятном, чтобы не пускать тёмных существ к людям.
Приняв решение, Нинель сложила карту так, чтобы было видно тот участок, в котором она находилась, и тронулась в путь.
***
Река поразила её бурлением вод. Спуститься к ней Нинель побоялась — слишком уж стремительным было течение, да и берег не пологий, отвесный, не подобраться. Но это не помешало ей задержаться ненадолго, залюбовавшись искрящимися в лучах заходящего солнца волнами.
День понемногу клонился к концу, и оказалось, что когда солнце заходит, оно становится крупнее и меняет цвет со слепяще-белого на глубокий-жёлтый. Сколько немыслимых метаморфоз! Пока она шла вдоль русла реки, небо постепенно начало краснеть, а облака с противоположного края горизонта окрасились розовым. У Нинель даже дыхание перебило отвеликолепия земной красоты.
У реки воздух оказался совсем иным. Из него ушли духота и пряность, заменившись свежестью и чем-то, что легонько покалывало язык, если вдыхать ртом. Дышать им было даже тяжелее, чем лесным, но вкус Нинель понравился. Подумать только — она теперь по запаху сможет отличить лес от места, где течёт вода!
Как ни пыталась Нинель, так и не смогла унять исходившего из неё свечения — радость открытий и бесконечное восхищение бурлили в ней подобно течению реки, к которой так манило прикоснуться. Нинель воображала, каково это было бы — жить здесь, среди лесов и рек, полей и лугов. Ах, она бы вечность бродила по земле, исходила бы каждыйфут поднебесного мира.
Впереди показались горы. Они так сильно отличались от того, что она видела ранее — казались совсем безжизненными и мрачными, а окрашенные закатным солнцем в коричнево-красные оттенки выглядели и вовсе зловеще. Когда Нинель дошла до них, солнце село, догорев утихающим костром на горизонте, а горы обрели тёмный, серо-бурый цвет. Нинель прикоснулась к породе, повела рукой вдоль горной стены. И впервые за сегодня совсем не почувствовала в том, чего касалась её ладонь, жизни. Просто камень. И хоть он и имел другую структуру, был очень похож на то, из чего были созданы Храмы и скульптуры в Небесных Чертогах. Нинель замерла на мгновение, поражённая открытием — ведь и правда, в Небесных Чертогах, в обители Великой Матери, богини, чья сила заключалась в даровании жизни, единственными живыми существами были они — её дочери.
Стемнело. Нинель аккуратно пробиралась вперёд, создав в руке небольшую сферу яркого света, что подобно маленькому солнышку освещала ей путь. Дорога понемногу уводила вверх, ближе к вершинам. Вблизи долина оказалась не такой безжизненной, как виделась издали, да и гора не была отвесной, лишь местами уходя вверх безликой стеной. Редкие кустарники то здесь, то там пробивались сквозь твёрдую почву, и в ночной тишине то и дело что-то шуршало — ночные хищники, поняла Нинель, вышли на охоту.
И даже это место казалось ей красивым. Оно было другим, не таким ярким и пышущим свежестью, но по-особенному очаровательным в своей прохладной угрюмости. Небо из серого стало тёмно-синим, почти чёрным, и на нём россыпью серебристых брызг проступили звёзды. Нинель остановилась, погасив в руке своё маленькое солнышко, и закинула голову, любуясь небосклоном. Лёгкое сияние вновь проступило сквозь кожу — столь сильную бурю эмоций от лицезрения искрящегося небесного свода испытывала Нинель.
Справа раздался громкий шорох, а за ним топот могучих лап. Похоже, рядом с ней бродил какой-то крупный хищник. Насколько она знала, животные ориентировались на запах, и она вряд ли могла привлечь их как подходящая добыча, но следует всё равно соблюдать осторожность.
Она замерла, перестав двигаться. Топот усилился, приближаясь, а затем замер — совсем неподалёку от неё. Присмотревшись, Нинель поняла, что животное прячется за огромным валуном, что стоял неподалёку, в нескольких аршинах. А потом… потом до неё донеслось угрожающее громкое рычание, и было в нём что-то не совсем звериное… Хоть Нинель ещё и не успела повстречать ни одного зверя, но почему-то ей казалось, что рычат они по-другому. В этих же звуках Нинель почувствовала… она словно услышала чьи-то путаные мысли.