Жить вслепую (СИ)

«Найди себе друга-бету, Стилински, не провоцируй больше никого на такие глупости» — прилетело через минут двадцать, когда Стайлз пытался собраться с силами, чтобы провести в библиотеке остаток дня.
«Спасибо за совет, друг-альфа» — ответил омега, понимая его иронию и принимая его заботу.
И много позже, ночью, когда Хейл, скорее всего, уже прилетел домой, ему пришло ещё одно сообщение, странное, которое он предпочёл не обсуждать, но которое положило начало целому этапу в его жизни.
  
«Твой волк потрясающий, Стайлз. Как ты можешь его отрицать? Как можно его не любить? Он ведь тоскует от твоего равнодушия. Твой волк красивый и сильный, Стайлз. Полюби его.»
Зачем было это, для чего, почему от Дерека? Как он мог чувствовать на расстоянии того, кто не член стаи? Всё это он обрушил на Талию, подозревая её непонятно в чём. И услышал ответ, которого не ожидал.
— Волк чует своего, и не важно, безродный он, или стайный. Дерек заботится о тебе. И всегда чувствовал тебя, как и сестёр. Вы росли вместе. В этом нет ничего удивительного. И Дерек, в отличие от тебя, своего зверя знает и слышит. Может, и тебе пора? Джон не молодеет, и ты всё ещё даже слышать не хочешь о семье.
— Спасибо, мама Ти.
— Не за что, малыш Сти.
Стайлзу двадцать один, он подозрителен и чудовищно одинок, потому что, кроме Дерека, его никто не понимает. А Дерек далеко.
***
— Я не пойду с этим к врачу, Стайлз!
— А я требую! Слышишь, Хейл, я требую, чтобы ты пошёл к врачу! Или я расскажу твоей маме! — Стайлз повизгивает, его волк всё ещё дышит плохо, но рядом с Дереком ему легче, и его психотерапевт считает, что это из-за того, что Дерек воспринимается волком Стилински, как стая. Он предлагает вступить в стаю для того, чтобы зверь нашёл равновесие. Стайлз только начал принимать себя как омегу, но надеется, что сможет вырулить это сам.
— Нам уже не по десять лет, Стайлз! И да! Ты не мой омега, чтобы требовать подобного!
— Я твой друг. Я твой друг, Дерек, и я знаю, что тебя это беспокоит. Что ты боишься! Ты альфа, ты сильный, ты лучший в мире! Если ты так заботишься обо мне, когда мы просто друзья, тот или та, кто станет твоей омегой, будет самым счастливым! Но ты хочешь детей, я знаю это, я чувствую, если хочешь… И без узла детей не бывает! Так что сходи к врачу!
— Если ты хоть заикнёшься об этом маме, я…
— Что ты? Что? Снова нажрёшься аконитовой настойки и будешь плакаться мне в шею, что не можешь образовать узел даже для омеги в течке?! У тебя с твоей Дженнифер было серьёзно, пока она не предложила тебе потомство? А ты не смог его дать! Не смог! Не смог, Дерек! Когда я был в течке, ты даже не морщился. Ты должен обследоваться!
— Я чувствую твой запах, Стайлз. Я просто знаю, что мне нельзя… Что ты… Что мы… Что нам нельзя! А с Дженни…
— Хейл, я прошу тебя, — Стайлз использовал последний аргумент. Тот, который работал в детстве, а потом казался слишком глупым, чтобы его использовать. Он положил его руки на свою шею, глядя пристально, но не вызывающе, а сам прикоснулся к его груди, туда, где солнечное сплетение всегда давало странное тепло его ладоням. — Дерек, я прошу тебя, пожалуйста, я хочу, чтобы ты был порядке.
— Да, Стайлз. Я схожу к врачу. Да.
Облегчение стекает с плеч Стайлза мягким покрывалом, он расслабленно выдыхает и упирается лбом в его плечо.
— Спасибо…
***
— Подожди, что значит, нарушение связей? Я ничего не понял.
— Это значит, что что-то не так с моим волком и его привязанностями. Они перепутались, смешались, и не дают мне сделать потомство.
— Что это значит, Дерек? И ты доверяешь этому врачу?
— Ему доверяет моя мать.
Тишина в трубке такая, что слышно сердцебиение.
— Они отправили анализы на почтовый адрес, а не на электронку. Мама знает. И Диттон знает. Стайлз…
— Что? — отрывисто, колко спрашивает Стилински, уже готовясь к личной трагедии. Что-то, как тогда в юности, подсказывает ему, что он услышит сейчас ужасное.
— Я женюсь. Пейдж — сильная молодая омега, её стая одна из самых родовитых. Брак с ней разбудит мои инстинкты к продолжению рода, моё стремление к потомству.
— Круто! Уау! Да! — Стайлз, правда, рад. Стайлз знает, что так будет лучше для Дерека, но он точно так же знает, что это ещё не всё.
— Диттон сказал, что мы не должны общаться с тобой. Из-за нашей дружбы мой волк запутался. Поэтому это последний разговор… — Дереку больно это говорить. Физически.
— Но потом, после свадьбы и рождения щенков мы же…
— Нет, Стайлз. Нет. Это уже условие Пейдж. Ты больше не можешь… Мы больше не можем… Дружить.
— Я понял, двери Хейлов теперь закрыты для Стилински. Будь счастлив, Дерек.
Отключая звонок, Стайлз теряет сознание.
***
— В каждом твоём воспоминании детства есть один человек, Стайлз. Дерек, — уже полгода Стайлз ходит к психологу-анималисту. Звучит так, будто это врач-ветеринар. И да, это настолько же околонаучное направление, насколько и действенное в случае Стилински. Полгода, как Стайлз не говорил с Дереком, но он знает, что у него всё хорошо. Если не сейчас, то будет. Волк тоскует, но теперь Стайлз научился общаться с ним. Научился его понимать и слышать. И так много понял о себе. Так много. Но главное, он, кажется, научился жить без Хейла. И очень надеется, что тот тоже.
— Это мой друг. Мы были лучшими друзьями, док. Конечно, он в каждом моём воспоминании.
— Он мёртв?
— Что?! Нет! — Стайлз испугался, прислушался к себе, и сделал однозначный вывод — вот он, вот в этом уголке души Дерек. И он жив. — Он жив.
— Вы поссорились?
— Нет. Просто он женится, и его омега против нашей дружбы. Вот и всё! Док, мы немного сместились с темы, я хотел сказать, что мой волк будто воет на луну. Уже третий день.
— Мы как раз подошли к той теме, которая имеет самое важно значение, Стайлз. Вы дружили с детства? И в период инициаций? Во время взросления? И после?
— Да, док. Да.
— И он никогда не проявлял себя к тебе, как альфа к своей омеге?
— Нет, я ж говорю, мы…
— Стоп. Ты ел с его рук? Буквально. Воспринимай всё буквально.
— Да, но это же… — Стайлз всё ещё смеялся над этим.
— Он дарил тебе подарки?
— Да, он мой лучший друг, конечно, он… Был, то есть, был моим лучшим другом. Конечно, он дарил мне подарки.
— Только на праздники?
— Мм… Нет. Не только. Как и я. Я тоже дарил ему подарки! — довольный собой, Стайлз даже по выражению лица выглядел так, будто щёлкнул доктора по носу, только тот вместо разочарования, наоборот, удовлетворённо кивнул.
— Он заботился о тебе во время течки? Защищал от других альф? Нет, Стайлз, не надо отвечать мне, я и так знаю всё это, просто озвучиваю тебе, чтобы и ты посмотрел на ваше прошлое под таким же углом, как и я. Вы доверяли друг другу важное? Сокровенное? Интимное?
— Интимное, как то, что он не может дать узел омеге в течке, и поэтому мы не должны общаться? Как то, что его волк запутался, и не хочет потомство? Как то, что он женится на племенной кобыле, простите, омеге?
— О, я слышу ревность… И злость. Что тебя раздражает, Стайлз?
— То, что вы мне тут описали, что он типа мой альфа. Что за бред? Я видел, как альфы относятся к своим омегам. Видел, как они держаться рядом, как они отгоняют соперников… Дерек не такой.
— Ты тоже не такой. Не обычный омега… И здесь есть важная деталь. Очень важная. Дерек считает себя твоим альфой, Стайлз, — это очевидно для меня. Ни один альфа так себя не ведёт, если считает иначе. А то, что он ни разу не позволил себе перейти границы дружеских отношений, говорит только в пользу этой мысли. Как и то, что он не может дать потомство никому. Потому что он выбрал тебя, Стайлз. Но и ты считаешь себя его омегой, Стайлз, что куда серьёзнее. Потому что мы выяснили с тобой, что ты хочешь семью, хочешь щенков, хочешь быть любимым. И твоя последняя течка, которая прошла намного болезненнее и ярче, чем все предыдущие, говорит в пользу моей правоты. И сейчас я хотел бы, прежде чем ты психанёшь окончательно, попросить тебя. Давай мы вернёмся в ту точку, с которой всё началось. Ты, Стайлз, в упор не видишь того, что Дерек твой альфа. Про него говорить не возьмусь, но если он сейчас готовится к свадьбе не с тобой, значит, и он не видит, что ты его омега, не признает то, что выбрал тебя. И честным будет сказать ему о том, что у тебя на уме, о том, какие выводы ты сделал. Что у тебя на сердце. И что происходит с твоим зверем. Ведь, если он посмотрит проблеме в глаза, возможно, ему не придётся принуждать своего волка быть с тем, кого он не хочет. Не обязательно с тобой, но выбор будет за Дереком. И ты, Стайлз, тоже сможешь построить гармоничные отношения и со своим волком, и с альфой, которого выберешь. Только, если мы сейчас найдём причину, почему вы это отрицаете. Хором. Абсолютно симметрично. Это не случайность, я уверен.