Волна страсти (ЛП)

Я оттолкнулась, чтобы подняться на поверхность, и вынырнула из воды с гулко бьющимся сердцем, среди трепета кобальтово-синей ткани и всеобщего смеха.
Я даже не обратила на них внимания, воспользовавшись импульсом, подплыла к краю и схватила Криса за лодыжку.
— Вот ублюдок! — И потянула его вниз.
Крис этого не ожидал и потерял равновесие, сумев в последний момент превратить своё жалкое падение в воду в нырок с головой. Когда он вынырнул, в его глазах горел огонь. Я ухватилась обеими руками за край, думая, что он собирается меня утопить, но вместо этого парень разразился хохотом.
  
Он выглядел таким красивым и свободным, что я даже не смогла его ругать.
Ник перегнулся через край бассейна.
— Нужна помощь?
О том, чтобы доплыть в платье до лестницы, не могло быть и речи, поэтому я схватила его за руку.
— Знаешь что? Я решила принять твоё приглашение и остаться на вечеринке, Ник.
— Я был уверен, что Крис тебя уговорит. — И поднял меня из бассейна.
— Ах, хорошо. Значит, это твоя вина. — Я скрутила волосы, отжимая воду. Платье облепило меня, как вторая кожа, и я, должно быть, выглядела как синий цыплёнок на шпильках. К счастью, мой макияж был лёгким, а тушь водостойкой, иначе лицо стало бы как у панды.
— Эй! А как же я? Мне кто-нибудь поможет? — крикнул Крис.
Я сдержала порыв показать грубый жест, ограничившись натянутой, дразнящей улыбкой.
— Бедняжка...
— Ты отвечаешь или не отвечаешь за безопасность на пляже? Спаси себя сам, — шутливо ответил Ник. Мы подошли к небольшой группе, что расположилась на шезлонгах.
Оказавшись там, Ник протянул мне полотенце.
— Дай мне и пива. — Я промокнула полотенцем лицо и волосы, а затем завернулась в него.
Он протянул мне Лагер из ведёрка со льдом. Я глотнула напиток, как моряк.
За время погружения в воду что-то волшебным образом изменилось.
Словно вода — или Крис — смыла старую меня. Я перестала стремиться поддерживать высокое положение. Познакомилась с присутствующими, сняла обувь, допила пиво и громко смеялась над самыми остроумными шутками.
И это было прекраснее, чем я когда-либо осмеливалась себе представить.
  
Глава 5
 
Ник предложил одолжить мне сухую одежду, что тоже могло бы показаться вполне нормальным, если бы на вопрос — «Как ты её раздобудешь здесь?» — он не ответил — «Ну, мы же у меня дома».
— Эта вилла твоя, и ты работаешь на курорте? — с любопытством спросила я, поднимаясь по лестнице, ведущей наверх, с босоножками в руках.
— Работа мне нужна, чтобы зарабатывать на жизнь. Скажем так, я «немного не в ладах» с выбором моих родителей, которые занимаются фармацевтикой, — сказал он, держась за перила. — Долгая история.
— Я расскажу тебе вкратце. — Нас догнал Крис, которому тоже нужно было переодеться. — Ты знаешь тех идиотов, которые: «Папа, твои деньги грязные, меня от них тошнит, я сам справлюсь гораздо лучше»? Вот, Ник один из них.
Хотя это прозвучало как поддразнивание, в тоне Криса чувствовалась привязанность и уважение.
— Но тогда эта вилла?
— Я получил в наследство, — продолжил Ник. — Подарок бабушки, которая была замечательным человеком. Как понимаешь, содержать дом непросто, поэтому я и взял арендаторов.
— Ты никогда не думал о том, чтобы продать его? — Я задержалась, прежде чем подняться ещё на одну ступеньку, заинтересованная разговором. — Ты мог бы выручить за него изрядную сумму, и тебе не пришлось бы работать.
— Я работаю барменом не только ради денег, мне нравится моя профессия. Бухта Карибского залива — особенное место.
— Я заметила, работники в основном довольно молоды.
— Да, потому что... как бы тебе объяснить? Для многих из нас, кто там работает, это наш остров Уайт.
— Что?
— В шестидесятых была такая песня — “Wight is Wight”. Ты не знаешь её? Версию Dik Dik мне всегда пела моя бабушка, которая была итальянского происхождения. «Этот остров для нас, тех, у кого в глазах синева молодости», — напел он.
Ему эхом вторил Крис, спев дополнительный куплет, когда проходил мимо нас, поднимаясь по две ступеньки за раз.
— Мы все родом из прошлого, — продолжил Ник. — Ну, скажем так, кто-то больше, кто-то меньше. Здесь мы нашли способ жить и быть самими собой, независимо от того, что произошло раньше. — Говоря это, он опустил взгляд на спину Криса, в нём промелькнула нотка горечи.
— Ты имеешь в виду его, когда говоришь «кто-то больше»? — неуверенно прошептала я, потому что говорить за чьей-то спиной невежливо.
— Ты когда-нибудь слышала о Кристофере Харрисе, «Наезднике акул»?
— Нет. А что?
Ник вздохнул.
Его друг остановился наверху лестницы и посерьёзнел, показывая, что услышал нас.
— Расскажи ей.
Мы тоже остановились.
— Если бы ты занималась сёрфингом, то знала бы эту историю. — Ник опёрся предплечьем о перила, взяв на себя бремя рассказать историю друга как можно менее эмоциональным способом. — Крис с детства вкалывал, полагаясь на собственные силы, пока не стал чемпионом. Он уже собирался подписать контракт с крупными спонсорами, который позволил бы ему соревноваться с профессионалами по всему миру, когда над ним пронеслась двадцатифутовая волна и ударила плавающим обломком лодки, отчего Крис потерял сознание. Гидроцикл не смог его достать, и в итоге Крис разбился о камни, сломав голень и малоберцовую кость. Так, он не смог участвовать в гонках и потерял всё: спонсоров, деньги, чемпионат и... девушку.
Бесстрастно выслушав этот рассказ, Крис отпил из горлышка бутылки и вытер губы тыльной стороной ладони.
— Дерьмовый год, короче говоря.
— Мне очень жаль.
При всей его энергии трудно было представить, что он пережил такое.
— Дело прошлого. — Он пожал плечами, преуменьшая своё несчастье. — Так должно было произойти, это жизнь: ты плывёшь по течению, даже если рискуешь разбиться. Просто не позволяй этому сучьему страху одолеть тебя. Если хочешь оседлать волну, всегда делай это, даже если волна большая, даже если никто не смотрит, чтобы дать тебе приз: ты должен делать это только для себя. — Он скрипнул зубами, как, должно быть, часто делал в то время. — Больше страсти, меньше эго, вот что я получил от этого.
Затем он издал негромкий рык и исчез в коридоре.
Комментарии излишни.
Кристофер Харрис, грубый и примитивный спасатель, только что как ни в чём не бывало преподал мне жизненный урок.
Таблетка мудрости, которая заставила меня задаться спонтанным вопросом: сколько видов волн может быть в жизни человека? Какая из них была моей? И, главное, оседлала ли я её?
Наверху я увидела, как Крис вошёл в комнату, которая, как предположила, была его спальней. Потому как, очевидно, лучший друг Ника был также и его жильцом.
Мы прошли ещё несколько дверей и вошли. Комната Ника, видимо, была главной спальней, учитывая размер и качество современной мебели с длинными, угловатыми линиями; большие лампы всё смягчали своим тёплым светом. В комнате имелась отдельная ванная, в которой я и заперлась, чтобы вытереться и привести себя в порядок.
Ник дал мне большой, но очень мягкий халат, пахнущий бергамотом и мужской пеной для ванн. Плотно запахнув, я завязала шнур на талии узлом.
Просушив полотенцем волосы, я порылась в ящиках в поисках щётки, но без результата.
— Ник! — Я подошла к двери и оставила её открытой, а потом вернулась к раковине, чтобы выжать платье. — У тебя есть расчёска?
Он пришёл сразу.
— У меня есть расчёска. — Открыл первый ящик справа от меня. — Это всё, что нужно в обители.
  
— Называть обителью… — Я начала распускать свою испорченную причёску, чтобы расчесать волосы.
Он закрыл ящик бедром, медленно, не торопясь, рассматривая меня в халате.
— Ты ничего не сказала после истории Криса.
— А что я могла сказать? Все фразы мне казались глупыми. — Я придерживалась мнения, что, когда сталкиваешься с определённым опытом других людей, можно только слушать и молчать. — То, что он сказал после... Такую речь я могла ожидать от тебя, а не от него. — Я смотрела в зеркало на профиль Ника, на его высокий, стройный силуэт. Глаза скрывал длинный локон, но я знала, что они изучают меня. — Оседлать волну... — пробормотала я в потрескивании нереальной атмосферы.