Волна страсти (ЛП)

Я не стала поворачиваться и смотреть на Криса, но его туалетная вода, которая повторяла и усиливала морские нотки его естественного приятного запаха, всё же попадала мне в нос.
— Ты что, издеваешься? — Серж покрутил кофе в чашке и сделал глоток, ухмыляясь. — Ты мог придумать и получше, если хотел, чтобы я на это купился.
— Как хочешь, дело твоё. — Крис не шевельнулся и на его лице не дрогнул ни один мускул. — Я тебе говорил: предупреждённый мужчина...
  
— Проклятье. — Серж посмотрел на часы. — Лучше пойду, у меня утром собрание акционеров, я не могу опоздать на самолёт.
Он поспешно встал, легко поцеловав меня в щёку, и ушёл прежде, чем я успела затронуть тему «вечеринки».
Ник убрал со стойки всё ещё наполовину наполненную чашку кофе, покачивая указательным пальцем.
— Ай, ай, плохой мальчик, — отругал он друга, собираясь поставить керамику в посудомоечную машину. — Серж будет в бешенстве, если не увидит поросят, бродящих по улицам.
Я ухватилась обеими руками за край барной стойки и повернулась лицом к источнику моего беспокойства.
— Ты специально его отослал?
Чёрт побери, как на нём сидит рубашка. Просто заметив это, я разозлилась ещё больше.
— Расстроилась, что не сможешь увидеть его местечки? — провоцировал он, упираясь ступнями в перекладину табурета и нагло раздвигая ноги.
— Помимо факта, что это моё дело, что я хочу видеть, можно узнать: в чём твоя проблема? — Я думала, что ясно объяснила в душе. Мой отказ, возможно, и задел его, но я не позволю ему мучить меня.
— Не с ним ты будешь развлекаться в этой поездке, — ответил Крис как можно спокойнее. — Что за суета. Он ведь всё равно собирался уезжать, не так ли?
— Может, мне нужна была от него услуга, — заметила я. — И благодаря тебе, я не успела попросить его об этом.
— Но как же мне жаль, что ты осталась с пустыми руками, Вонючка, — язвительно заметил он, обращаясь к бутылкам на полке за прилавком, даже не удостоив меня взглядом.
— Значит, это была месть: ты не достиг своей цели, поэтому решил, что я не смогу достичь своей. — Я презрительно хмыкнула и повернулась к нему спиной на три четверти. — Какой же ты ребёнок. Сколько тебе лет?
— Двадцать семь. Я не играю в самолёты, но иногда играю в доктора.
Ник, который во время нашей перепалки занимался тем, что разносил капучино и травяной чай, поставил перед Крисом высокий стакан со льдом. На самом деле он шлёпнул стекло с громким звуком.
— Почему бы вам двоим не сделать тайм-аут? — спросил он, наливая в бокал тоник без всякой просьбы. Щипцами он положил в него дольку лимона. — Вы знакомы всего день: как вы успели так рассориться?
— Это первый раз, когда я спас кого-то и не получил даже «спасибо», — посетовал Крис.
— Он хотел получить нечто большее, чем просто благодарность, — размышляла я вслух. — Мы не рассорились за день, мы поругались уже через пять минут. Ему хватило этого времени, чтобы наделить меня этим отвратительным прозвищем.
— Имеешь в виду, — Вонючка? Ведь я объяснил тебе, почему, Вонючка. — Пригубив шипучий напиток, он щёлкнул языком по нёбу. — Мне очень жаль, что это тебя так беспокоит, Вонючка.
Я отпустила руку и постучала по скрещённому колену.
— У тебя заело пластинку, дружище, пора менять мелодию.
— Может, тебе больше нравится «принцесса». Я не против, но принцессы бывают на горошине... а ты не хочешь оказаться на горошине, хотя классно умеешь вертеться на яйцах. — По его весёлому тону я поняла, — он забавляется от души, раздражая меня.
Я должна перестать вестись на эту приманку, как лохушка.
Держать рот на замке стоило мне усилий. Защищаясь, я опустила волосы на лицо, уставившись на дно своего коктейля. Буду игнорировать засранца, будто его вообще не существует, решила для себя. Меня потряхивало от гнева и внутреннего смятения, но я держалась.
— Удовлетворён? — упрекнул Ник, бросая мою немоту ему в лицо. — Ты можешь сказать, что между вами произошло?
Я продолжала прикусывать язык. Только музыка в стиле чиллаут подчёркивала ожидание моего ответа в течение долгой минуты, наполненной сердитыми взглядами бармена на друга.
— Сделай мне латте, — внезапно приказал ему Крис в ответ.
— Латте? Уверен?
— Да, — лаконично ответил он.
Ник загрузил кофемашину и попытался разрядить атмосферу. — Знаешь, Уник призналась мне, чего она хочет. И не похоже, что это что-то сложное.
Я отодвинула бокал, опустошив его содержимое. Ощущала себя воздушным шариком, привязанным за лодыжку, с головой в полёте.
— А тайна исповеди бармена, куда ты её дел?
— Останется тайной. — Ник налил молоко и подогрел его, пока оно не вспенилось. — Но даже у барменов, как и у священников, есть свой духовник.
И им, конечно же, был Крис.
Верно. — Кот и лиса —- вот кем были эти двое вместе. Я повернула ладонь к небу, давая ему свободу действий и позволяя продолжить.
— Она хочет, чтобы с ней хорошо обращались. Очень хорошо, — сказал он, используя мои слова как код для Криса, который я не могла понять, и шумно поставил перед ним латте, рядом с тоником.
— Большое спасибо. Это знаю и я.
Ник покрутил головой, пытаясь глубже проникнуть в мысли друга. Чёлка упала ему на глаза.
— Что она с тобой сделала?
«Я ему? Хороший вопрос».
Крис вздохнул, не зная, как рассказать короче.
— Она вмазала мне пощёчину.
— Не-а, — недоверчиво протянул другой.
— Уверяю тебя. И какая пощёчина. — В отражении в зеркале за бутылками я увидела, как он провёл ладонью по губам, скрывая улыбку.
Ник, напротив, смеялся, не пряча этого.
— Я тебя больше не узнаю.
— Я тоже себя больше не узнаю.
Крис встал, сделал большой глоток тоника, и через мгновение его свежее дыхание коснулось моих волос рядом с ухом.
— Мир?
Это было одно глубокое и неожиданное слово, которое, дезориентируя меня, вибрировало в голове с тяжестью ласки. Я почувствовала волнующее щекотание от его незаметного прикосновения к моему обнажённому плечу, локтю, волосам. У меня перехватило дыхание, и я вовремя подавила вздох, прежде чем он сорвался с моих губ.
Крис поставил нетронутый латте на стойку рядом с моей рукой.
— Обжигающий, — пробормотал он, его голос был низким и пьянящим. — Предлагаю тебе пролить его на меня, пока он не остыл.
Это был его способ извиниться, более сильный, чем любые слова, которые мог бы использовать.
Я почувствовала, как всё в теле расслабляется, а твёрдость, которую пыталась сохранить, растаяла в обмороке. Мне так хотелось свалить всё на ром.
«Проклятье…»
Я повернула табурет на пьедестале так, чтобы оказаться лицом к лицу с ним. Подняла стакан, действительно очень горячий, и крепко сжала.
К его чести, он не пошевелился и не посмотрел на мою руку, чтобы предотвратить возможный жест злобы. Крис продолжал любоваться каждой чёрточкой моего лица, ожидая неизбежного.
Клянусь, у меня возникло искушение, вылить напиток, чтобы увидеть, как он снимает свою промокшую рубашку, и получить больше удовлетворения.
Я медленно подняла горячий бокал и поднесла его ко рту. Сделала маленький глоток и облизнула верхнюю губу, где осталась пенка.
— Ты был должен мне один. Жаль тратить напиток впустую.
По правде говоря, мне не хотелось латте, и я не собиралась его пить. Я отставила бокал в сторону и протянула парню руку.
— Согласна, мир.
Мы пожали друг другу руки и делали это так долго, что я поймала себя на ожидании, когда же он воспользуется возможностью и притянет меня к себе. Я представляла себе это и боялась, втайне дрожа. Но этого не произошло.
— Кристофер, — сказал он, представившись так, как должен был сделать утром в аэропорту.
  
— Уник, — ответила я, облегчённо вздохнув, чувствуя, что он изменил свой тон.
— Уникальная… — сказал на выдохе, по каким-то соображениям, понятным только ему и, возможно, его другу. Затем Крис резко отстранился от меня и схватил стакан с тоником, допивая остатки. Поставив его на место, он похлопал по стойке и обратился к Нику.