Тренировочный день 8 (СИ)

— Чего⁈ Юлька с нами сплетничать будет? Черная Птица⁈ — Алена делает шаг назад и прижимает ладони к щекам: — мамма мия! Да ее подменили! Кто ты такая и куда ты дела нашу Синицыну!
— Да погоди ты, Аленка! — машет на нее рукой Наташа Маркова: — слушай что она говорит! У нее информация по Витьке есть! Она знает с кем он замутил там в Москве!
— Дааа? — все головы как по команде поворачиваются к Синицыной: — это правда?
  
— Вероятность около восьмидесяти девяти процентов. — коротко кивает Синицына.
— Таак. Ну и с кем же⁈ С какой-нибудь журналисткой на жеребьевке во Дворце Спорта Профсоюзов? С Казиевой Сабиной? С… ну не знаю — с Софией Ротару⁈
— С Марией Волокитиной. — отвечает Синицына: — они же вместе уехали, а больше в Москве Виктор никого не знает, да и Мария тоже. Вполне логично сделать предположение что они вместе снимают один номер гостиницы. Вот только я не уверена насчет половых актов… Мария обычно не выглядит настолько заинтересованной в коитусе как ты, Маслова. Или Маркова.
— А теперь она нас всех шалавами назвала… — задумчиво говорит Алена: — даже не обидно как-то…
— Вот видишь. — говорит Айгуля Салчакова: — трещотки они. Чего с ними говорить. Они сейчас собрались новенькую прожаривать. Обычная практика.
— Прожаривать?
— Косточки перемывать. За глаза обсуждать. Сплетничать в общем. Только пока не знают где.
— В парке сидеть не хочется, в столовой народу толпа, а в кафе деньги нужны. — выкладывает расклад Наташа Маркова: — а я все на газировку потратила, а аванс только завтра.
— Есть же Красный Уголок. Ленинская Комната. — говорит Юля Синицына и все снова оборачиваются к ней: — что? Она как раз создана для собраний команды и социальной интеракции. Обсуждение поведения членов команды, особенно новых — относится к таковой интеракции и служит целям укрепления социальных связей внутри команды, сплочения и повышения эффективности общекомандной игры.
— А ведь Юлька дело говорит… — задумчиво произносит Алена Маслова и в глазах у нее загораются огоньки: — там и не бывает никого! И места полно!
— Юльки в деревне коров доят, Вазелинчик.
— Ага. И Ленин такой молодой… — ворчит Айгуля.
— Ой, да брось ты! Айда все в Ленинскую Комнату, посплетничаем! Ой, то есть как ты там сказала, Юль — проведем собрание команды про социальные вот эти все… как их там?
Ленинская комната спорткомплекса «Заря» Колокамского металлургического комбината располагалась на третьем этаже и представляла собой просторное помещение площадью около сорока квадратных метров с высокими потолками и двумя большими окнами, выходящими на стадион. Центральное место на торцевой стене занимал большой портрет В. И. Ленина в красивой деревянной раме под стеклом — классическое изображение вождя в костюме-тройке с характерным прищуром глаз. Отдельно на красном бархатном постаменте стоял бюст Ленина из белого гипса.
Стены были выкрашены в приятный светло-зеленый цвет, а по периметру тянулись застекленные стенды с красными заголовками: «Доска Почета», «Передовики производства», «Наши достижения», «Спортивная жизнь комбината». В стендах размещались черно-белые и цветные фотографии лучших рабочих в спецовках у станков, с наградами, на субботниках. Под каждой фотографией — аккуратно напечатанные на машинке биографические справки с указанием трудовых достижений.
На стенах висели яркие агитационные плакаты: «Слава труду!», «Пятилетку — досрочно!», «Наш труд — фронту коммунизма!», «Молодежь — ударный отряд пятилетки!». Особенно выделялся большой плакат с изображением мускулистого металлурга на фоне доменной печи и лозунгом «Металл — основа индустрии!».
Настенная газета «Красный Металлург» занимала почетное место на левой стене Ленинской комнаты, размещенная в большой застекленной витрине размером примерно метр на полтора.
Газета была оформлена на листах ватмана, склеенных между собой. В верхней части красными буквами было выведено название «КРАСНЫЙ МЕТАЛЛУРГ», а под ним более мелким шрифтом — «Орган партийной организации и профкома Колокамского металлургического комбината». Заголовки рубрик были выполнены красной тушью каллиграфическим почерком —
«НА ТРУДОВОЙ ВАХТЕ», «СПОРТИВНАЯ ЖИЗНЬ», «НАШИ ВЕТЕРАНЫ»,«КРИТИКА И САМОКРИТИКА»
Весь материал был проиллюстрирован черно-белыми фотографиями, вырезками из центральных газет и рисунками.
В центре комнаты стояли два длинных стола, покрытых зеленым сукном, вокруг которых расставлены деревянные стулья с мягкими сиденьями. На столах — настольные лампы с зелеными абажурами, стопки газет «Правда», «Труд», «Комсомольская правда», а также заводская многотиражка «Металлург Колокамска».
В углу располагалась небольшая библиотечка с полным собранием сочинений В. И. Ленина в красных переплетах, произведениями классиков марксизма-ленинизма, материалами партийных съездов и брошюрами по политэкономии социализма.
На отдельном столике стоял радиоприемник «Океан» и проигрыватель «Вега» с пластинками советских песен. Рядом — электрический самовар, блестящий своими серебряными боками и набор стаканов в подстаканниках для чаепитий во время собраний. Под потолком был закреплен большой телевизор, под которым стояла пустая полка — на ней должен был стоять видеомагнитофон «SONY», однако где он находился в настоящее время знал только председатель комсомольской ячейки, а где находился председатель комсомольской ячейки не знал никто.
Пол Ленинской Комнаты был покрыт темно-красным ковром с геометрическим узором, а окна украшали тяжелые бордовые шторы с золотистой бахромой.
— Ну вот! Как я и говорила — никого! — говорит Алена Маслова, раскидывая руки в стороны: — все к нашим услугам! А еще тут чай попить можно! Это я хорошо придумала!
— Ну конечно. Ты. — хмыкает Айгуля Салчакова: — мы пахали, я и трактор. Это Юлька Синицына придумала, а не ты!
— Юльки в деревне коров пасут. — меланхолично отзывается Синицына: — хватит меня уменьшительно-ласкательно обзывать уже…
— Я самовар поставлю! — восклицает Наташа Маркова и тут же уносится куда-то в коридор с самоваром — воды набрать.
— И… пока товарищ Маркова взяла на себя обязанность по хозяйственной части и обеспечению личного состава чаем с печеньками, я, самопровозглашенный председатель собрания Крутых Девчонок Команды Комбината или КДКК, хочу сказать…
— У нас сборная же. Сыр… то есть «Красные Соколы» с нами. — поправляет ее Айгуля: — и вообще не знаю, чего я с вами-то поперлась.
— А потому что тебе делать у себя в общаге нечего. — указывает на нее Алена Маслова: — сегодня у нас что? Правильно, четверг. Если бы была пятница, то ты бы с Лилькой на танцульки пошла или там в кино с кем-нибудь, с Витькой например. Тем более что в «Прогрессе» идет индийское, про Митхуна Чакроборти. Но Лилька убежала, Витька уехал и сегодня не пятница. Делать тебе одной в своей комнате в общаге категорически нечего. А мы — твои товарищи по команде, Салчакова!
— … и не поспоришь. — вздыхает Айгуля, устраиваясь на стуле и закидывая ногу на ногу: — боже, я так устала за сегодня. Все-таки без Машки тяжело тренироваться… она хоть вектор понятный задает, а не ОФП это постоянное…
— Хорошо. — говорит Алена: — ладно, над рабочим названием группы еще подумаем. Например «Крутые Девчонки и Юлька»!
— Иногда мне кажется, что стиль разговора вашего капитана как раз отвечает уровню вашего общения. — жалуется Юля Синицына, сдавливая виски кончиками пальцев: — так и тянет сказать — «Заткнись, Солидолдьчик!».
  
— А ты себя не сдерживай. — советует ей Айгуля: — с этими двумя никак иначе. Особенно с Марковой.
— Чего сразу с Марковой? — Наташа Маркова появляется в дверях, на вытянутых руках тащит наполненный водой самовар: — чуть что так сразу Маркова. А то, что у Вальки Федосеевой было свидание на днях, так это ничего? Она, между прочим, не девочка из детского садика чтобы за руки держаться, она на него села прямо в парке культуры и отдыха, вот! Говорят перелом со смещением и полгода на больничной койке! Вот ей можно все, а я чего⁈