Слуга Земли

Она жестом предложила окунуть голову в воду.
Я подчинилась, растерянная происходящим, и еще больше удивилась, когда она достала из кармана гребень и принялась распутывать мои волосы. Она была осторожна, но каждый рывок причинял боль — дикая гонка через болото превратила мои волосы в невообразимые узлы. Я закрыла глаза и терпела, пока она не закончила.
Она посмотрела на мою руку, и я вздрогнула, когда осознала: то, что я видела перед обмороком, было не воображением. Серебряная спираль обвивала мою руку от локтя до плеча. Металл имел тот же неестественный блеск, что и клинок, а в самом центре, снаружи предплечья, располагался гладкий красный камень.
  
Он гудел, касаясь моей кожи, словно приветствуя меня, и я почувствовала легкое покалывание под камнем. Он порезал меня?
Служанка наклонила голову в вопросе, и я поспешно выдумала объяснение.
— Это подарок от моего… отца, — сказала я. Я не собиралась никому говорить, что это оружие — если оно вообще оставалось оружием. — Я не могу снять его.
Мне показалось, что металл жаждет ее крови. Это была магия фейри или игра моего усталого разума? Женщина аккуратно намылила металл, и когда спустилась ниже по руке, я ощутила эхо разочарования, словно исходившее от браслета.
Вопросов было больше, чем ответов. Как кинжал принял такую форму? Были ли это магические импульсы или лишь обман измученного ума? Я расспрашивала про Мистей — мы под землей? Как далеко отсюда выход? Кто еще здесь? Что будет со мной? — но она не ответила ни на один из них. Она просто помогла мне вымыться, оставила полотенце, положила отрез ткани на стол и ушла.
Я вытерлась и поспешила к столу, с облегчением обнаружив новое чистое платье. Пока я переодевалась, меня изумило, что синяки и порезы почти исчезли.
Платье отличалось от того, что носили в Тамблдауне. Человеческие платья были скромными, с высокими воротниками. Это облегало мою фигуру, плавно ниспадая от бедер. Рукава расширялись к концу, а вырез был округлым, открывая легкий намек на декольте. Это была самая красивая вещь, которую я когда-либо носила.
Аня влюбилась бы в него. Она всегда любила платья и косметику, даже когда больше не могла позволить их себе.
Реальность ударила меня, прерывая эту мысль. Аня не могла полюбить это платье… потому что ее больше не было.
Мои глаза загорелись от слез, и я вдавила кулаки в них. Как мне продолжать без моей лучшей подруги? Без моей сестры по духу?
Я подвела ее.
Горе готово было свалить меня с ног, но дверь снова открылась, и фейри вернулись. Они склонили головы, изучая меня своими жидкими черными глазами, словно лужи чернил на пергаментной коже.
Они не должны были видеть, как я плачу. Я даже не знала, что они собираются со мной сделать.
Фейри приказали мне следовать за ними из комнаты. Мое сердце билось все быстрее, пока мы шли по коридору, освещенному факелами, сияющими всеми цветами радуги. Окон нигде не было видно.
Я действительно была в мифическом подземном королевстве Мистей.
Я вспоминала все, что узнала о фейри за эти годы. Старейшина Холман говорил, что высокопоставленные фейри, Благородные Фейри, настолько прекрасны, что излучают сияние, и обладают магией за гранью понимания. Они похожи на людей, но выше, сильнее и столь пленительны, что в них можно влюбиться, лишь взглянув. Им служат Прислужники Фейри, у которых чаще встречаются рога, крылья или другие необычные черты, а магии у них совсем немного. Мои нынешние стражи с жуткими глазами, вероятно, были Прислужники. Худшими же из всех считались Твари — отвратительные монстры, которые жили, чтобы охотиться на людей.
Я содрогнулась, вспомнив зубастых тварей на болотах. Этот страх сменился мгновенной, обжигающей ненавистью.
После, казалось, целой вечности коридор закончился у арочного прохода, ведущего в огромный сверкающий зал. Пол был из полированного черного камня, а серебряные стены украшены драгоценными вставками. По всему залу мерцали разноцветные факелы, а светящиеся шары парили в воздухе, дрейфуя, словно мыльные пузыри на ветру. Я вздрогнула при их виде, но кинжал отозвался мягкой, успокаивающей вибрацией, и я с облегчением поняла, что это всего лишь огни.
По периметру зала стояли сотни самых прекрасных существ, которых я когда-либо видела.
Благородные Фейри были высокими и элегантными, богато одетыми и такими яркими, как бабочки. Их кожа имела различные оттенки, но каждая фейри излучала легкое свечение, словно их посыпали золотой пылью. Эти неземные лорды и леди носили странные и роскошные наряды: бархатные мантии, платья, легкие, как лунный свет, и парчовые туники, доходящие то до бедер, то до щиколоток. Многие были вооружены — мечи или кинжалы покоились в украшенных драгоценностями ножнах. Мое серое платье, самое красивое, что я когда-либо носила, должно было казаться им ужасно простым — одеждой слуги или крестьянки. И действительно, эти прекрасные, надменные лица смотрели на меня с презрением, пока мои стражи вели меня к краю зала.
На возвышении в центре зала высилась вырезанная из обсидиана тронная лестница. Вокруг возвышения стояли ослепительные фейри, но тот, кто сидел на троне, был самым прекрасным из всех.
Он был одет в облегающую фиолетовую тунику, инкрустированную драгоценностями, поверх серебристых брюк, заправленных в сияющие черные сапоги. Его белоснежные, прямые волосы ниспадали на плечи, а скулы были настолько острыми, что казались вырезанными из камня. Жестокие шипы его черной короны резко контрастировали с изяществом одежды. Радужный туман клубился вокруг его бледных рук, а его сила, казалось, витала в воздухе, прилипая к моей коже, как влажный туман.
Он холодно смотрел на фейри, стоявшего перед ним на коленях.
— Твое дерзкое поведение недопустимо.
Музыкальный, но ледяной тенор его голоса пробирал до костей.
— Простите меня, король Осрик. Это была всего лишь шутка, — дрожа, ответил лорд, склонив голову и сжав руки на груди.
— Шутка, направленная против меня и произнесенная в моем присутствии.
— Я не хотел—
— Молчать. Ты не забавляешь меня. — Король посмотрел налево, где стоял другой фейри с угольно-черными волосами. — Разберись с ним.
Фейри поклонился. Его лицо было строгим, кожа бледной. В отличие от большинства Благородных Фейри в зале, его волосы были острижены до плеч, а одежда отличалась простотой — черная туника с опаловой брошей. На поясе у него висел меч.
Когда он подошел к коленопреклоненному лорду, тот задрожал еще сильнее, слезы текли из его глаз.
Фейри в черном вытащил меч и вонзил его прямо в сердце лорда, затем резко дернул клинок вниз.
Я с трудом удержалась от крика, наблюдая, как лорд рухнул на пол, захлебываясь кровью, которая пузырилась у его губ. Палач вытер лезвие о тунику жертвы и вернулся к трону короля с видом, который можно было назвать скучающим.
Согласно легенде, убить Благородного Фейри можно только, причинив настолько серьезный урон, что его ускоренное исцеление не успеет справиться. Раненый лорд сжимал грудь, пока кровь горячими потоками стекала сквозь пальцы. Вскоре поток замедлился, а его попытки сопротивляться превратились в слабые судороги.
Все время, пока он умирал, ни один фейри не подошел, чтобы помочь или утешить его. Большинство даже не смотрели на его последние мгновения.
Я выбралась из болота, но была окружена монстрами.
Когда умирающий фейри выдохнул свой последний, булькающий вдох, король Осрик вздохнул:
— Что дальше, управляющий?
— Человек, ваше величество, — раздался блеющий голос, и я моргнула, замечая козла, стоящего на задних ногах рядом с троном. Это был тот самый козел, которого я, как думала, видела раньше? Он был одет в бархатные брюки лилового цвета, такой же пиджак и золотые очки. Его передние лапы выглядели как пушистые человеческие руки, и он держал табличку и перо, словно это было совершенно естественно.
  
Король махнул рукой, и мои стражи подтолкнули меня вперед. Я пошатнулась, подходя к центру зала, остановившись у самого тела лорда. Глядя на обсидиановый пол, я пыталась сдержать дрожь.