Розовая весна (СИ)

— Мне не нужно чье-то одобрение, просто… Я понимаю, что, увидев меня вот так, Лера разочаруется. Это может показаться странным, но я очень хорошо знаю, как она доверяет людям и как может ненавидеть. Я уже подорвал её доверие. — признался я, не скрывая своего стыда.
— Что Вы можете сделать, чтобы вернуть доверие Валерии? Вы думали об этом? — психолог уже давно подводила меня к этой теме.
— Хм, я могу все. — уверенно заявил я.
Я рассказал Нелли Владимировне о своем плане мести Тине и Маше. Она не поддержала, но и не отговорила. Мы пришли к выводу, что я отомщу из чувства справедливости, а не из ненависти и желания расплаты за все страдания Леры. От того, что я собираюсь сделать, мне в конечном итоге не станет лучше. Это «бумеранг отмщения», так сказать. Удовлетворения я не получу, зато в московском «высшем обществе» Лера снова будет выглядеть почти святой. Эм, чистой и невинной точно. Репутация моей жены будет восстановлена. Наглецы и хитрецы получать по заслугам. Я делаю это ради Леры.
Во мне что-то щелкнуло после беседы с психологом. После разговора с психологом я воспарял духом. Мне снова начало казаться, что в этом мири нет ничего, чего бы я не смог осуществить. Меня переполняли двоякие чувства. С одной стороны, грудь раздирала ревность и злость. С другой же, я был полон самых нежных чувств к своей жене, которую так хотел вернуть. Я будто проснулся. Очнулся от кошмара. Раз проснулся, то поехали. Сев в машину после сеанса психотерапии, я позвонил Кате:
«Катюха, мы начинаем». — объявил решительно я.
«М-м-м, наконец-то наш Кирилл вернулся». — хитро бросила Катерина.
«Рада за меня, сестренка?» — я намекнул Кате на наши детские приколы.
«Пошли веселиться, Кирюня. Дома, кстати, у меня для тебя сюрприз». — Катя не отставала в подборе детских кликух.
«Лера приехала?» — с надеждой спросил я.
«Не, не она, но информация, которая тебя взбодрит. Отто мне кое-что прислал». — отмахнулась Катерина.
«Понял, мчу». — буркнул я и закончил звонок.
Слова Кати меня заинтриговали. Обычно она говорит все сразу, не утаивая от меня, а тут вдруг сюрприз. Надеюсь, приятны. Не как обычно какая-то подстава. Приехав домой, я увидел картину маслом: Катя, Олег, Милена и мама сидят за столом и пялятся на ноутбук. Не хватает только отца Леры до кучи. Эх, Андрей Викторович с вероятность сто процентов готов закопать меня живьем за все «хорошее», которое я сделал Лере. Этот человек готов переступить через свои принципы интеллигента и плюнуть мне в лицо. Не сомневаюсь, что он так и сделает. Я тихо закрыл дверь и прокрался поближе. Буду подслушивать. Может, узнаю что-то любопытное, чего эта компания никогда не скажет мне в лицо. М-м-м, кажется, у них там интересное обсуждение.
— Не, ты посмотри, как он её за талию обнял. — цыкнула мама, говоря весьма раздраженно.
— Где Лера это платье взяла? Она в нем как принцесса. — проговорила восхищенно Милена.
— Кхэм, он ей его и подарил. — сдавлено проговорил Олег. — Я так раньше делал.
— Ты в нашей компании вообще Казанова со стажем. — Катя подколола Олега.
— Ну, ничего, он завязал. — довольно угрожающим тоном проговорила Милена.
— Вашу личную жизнь обсудим как-нибудь в другой раз. — мама звучала крайне напугано. — Если Кирилл об этом узнает, он же полетит в Европу разбираться. Андрей ясно дал понять, чтобы Кирилл не вмешивался в жизнь Леры, иначе будут проблемы.
— А что папа конкретно сказал? — уточнила Милена. — Насколько я знаю, он очень рад, что у Леры все так удачно складывается.
— Он сказал, что поможет оформить развод в обход Кирилла, если Лера в ближайшие пару лет того захочет. — мама звучала как никогда мрачно.
— Так, пока Лера не надумала развестись, нам нужно помирить их с Кириллом. — оживил разговор Олег. — Какие есть идеи, дамы?
— План давно готов. — вступила Катя, словно настоящий заговорщик.
Сея компания не успела начать обсуждения, так как я распахнул двери кухни. Возникла тишина. Выражение того самого неприятного удивления отпечаталось на лицах мамы, Кати, Милены и Олега. Поначалу это смотрелось очень и очень забавно. В другой ситуации я бы даже сфоткал их фейсы на память. Эффектно я появился, ничего не скажешь. Я скрестил руки на груди и встал в проеме, ожидая объяснений. На экране ноутбука была фотография Леры с каким-то мужиком. Он обнимал Леру за талию. Лера, стоя в белоснежном шелковом платье, в момент съемки смеялась. В принципе я уже понял, что они собрались, чтобы показать мне «это», и вроде как у меня не должно быть никаких претензий, но нет. За секунд я побагровел от злости. В виски ударила ярость. Моя Зайка да с каким-то чужим мужиком. От ревности на секунду перехватило дыхание.
 
— Какого черта? — рыкнул я, тыкнув пальцем на ноутбук.
— А что ты сейчас-то злишься, сынок? — мама таким образом попыталась привести меня в чувства. — Раньше надо было думать, когда Лерушку из дома выгонял.
— И это, Кирилл, не измена, а всего лишь скромная попытка Леры найти свое счастье. Или ты думал, что в её жизни все всегда будет вертеться вокруг тебя? — Милена не хотела быть мягкой со мной и точно так же, повторяя за мной, указала пальцем на фотографию.
После этих слов я в момент остыл. Они, блин, правы. Мы не общались с Лерой уже почти четыре года. Я не знаю, как и чем она живет. У меня нету даже её адреса. Я много раз признавался себе в том, что я разрушил нашу семью своими словами и необдуманными поступками, только раньше мне не хватало смелости собраться и все вернуть назад. Я не верю, что Лера может быть счастлива с кем-то, кроме меня. По крайней мере я точно не могу. Буду ли я эгоистом, заявив, что весь смысл моей жизни ищет мне замену? По меньшей мере это обидно, но терпимо, учитывая, как все было. На данный момент мне хватает сил, чтобы взять и восстановить наш с Лерой разрушенный дом. Я молча сел во главе стола и, оперевшись на руки, серьезно сказал:
— Каков план?
Где-то на конференции в самом сердце Европы
Лера
Мое сердце бешено колотилось. Я жутко нервничала. Боже, помоги не не облажаться перед огромной толпой квалифицированных дипломатов. А это покажут по телеку? Если да, то мне страшно вдвойне. Когда я соглашалась на выступление, мне никто не сказал, что все настолько глобально. Сейчас в огромном зале около тысячи зрителей, включая волонтёров и прессу. Так, Лера, дыши. Пора выходить. На миг закрыв глаза, я прошептала:
— Мама, дай мне сил.
Не знаю, как это мне поможет, но я верю, что мама со мной. Она наблюдает. Лера, ты сама уже мама, а все туда же. Так, собрались. Вдох-выдох. Пошла. Меня уже объявили. Дальше все как в тумане. Если бы не трибуна, зал бы увидел мои трясущиеся ноги. Соберись! Давай. Ты сможешь. Поприветствовав зал, я начала говорить. О чем? О проблемах наших дней. Это был наполовину мой доклад. Я переделала его всего за сутки в самолете. Зачем? Мне не хотелось представлять того другого своего коллегу, который не смог поехать из-за болезни. Я поняла, что должна не сплагиатить человека, а внести что-то и от себя. Надеюсь, у меня получилось хорошо.
Меня фотографировали объективы десятков фотокамер. Сотни глаз с интересом разглядывали мое лицо. Обстановка давила. Я вспомнила тот день, когда Кирилл приволок меня на банкет в честь заключения контракта с канадцами и оставил одну. В тот день я почувствовала свою незначительность и серость по сравнению с приглашенными гостями. Это прошло через год. Я научилась держать себя на мероприятиях. Я раскрепостилась. Никогда бы не думала, что снова ощущать себя блеклой по сравнению с залом. Если света не достаточно, значит я научусь сиять еще ярче и начну прямо сейчас. Плечи расправлены. Спину прямо. Подбородок выше. Правильно, Лера, покажи чего ты стоишь.
 
Я окинула зал быстрым взглядом. Нет, не бегай испуганно глазами. Смотри на свою аудиторию так, будто беседуешь всего с одним человеком. Вложи в свои слова всю ту бурю эмоций, которая бушует в твоей груди. Сияй так ярко, как никогда раньше. Возможно, это видео увидит Шведов. Пусть он глубоко пожалеет, что обидел меня. Мы потеряны друг для друга навсегда. Я так решила. Кто знает, это новая глава в моей жизни? Да, определенно да. Еще минуту назад мне было некомфортно вещать на столь большую аудиторию. Сейчас я освоилась. Может быть, я уделяю слишком много внимания сегодняшнему дню, но мне кажется, что что-то изменилось. Я почувствовала, что нахожусь на своем месте. Ради этого непередаваемого ощущения я слишком много страдала, корпя без устали над учебниками. Должна была закончится одна моя маленькая жизнь, чтобы началась следующая, о которой я мечтала с первых дней учебы в МИДе.