Рут Грин (СИ)

Английский прошел ещё более-менее. Выяснилось, что я неграмотная и криворукая. Через слово в моих предложениях были найдены ошибки. Да и почерк у меня сложно было всё же разобрать. Даже я прочесть не смогла.
История прошла просто шикарно. Вот что правда то правда её я знаю просто замечательно. Тут фрау Кауфман меня даже хвалила, и я чувствовала себя самой счастливой. Даже не знаю то ли от собственных знаний то ли от похвалы. В школе меня особо не хвалили. По большей части ругали вместе с Оливером на пару. Заявляли, что я испортила парня. Типа инициатором большинства выходок была я. Ну в какой-то степени именно так оно и было.
  
Когда начался четвертый урок я откровенно говоря уже толком и не соображала. Да и сам предмет был каким-то непонятным для меня лично. Мы просто сидели за фортепьяно, и она пыталась объяснить мне ноты. Я же тупила похлеще чем с математикой.
- У меня нет такой растяжки пальцем, - ну не могу я, да и не интересна мне музыка. Такое себе. Ладно что хоть петь не заставляет. Я ненавижу петь. Только в наушниках и чтоб никто живой не слышал. – Да и не хочу я этим заниматься.
- Ты должна, и это не обсуждается, - она наиграла небольшую, но достаточно знакомую мелодию. Я же просто не запомнила на какие клавиши она нажимала и сыграть ничего не смогла.
- Давайте лучше тогда обратно к математике вернемся, - взмолилась я уже спустя двадцать минут страданий. – У меня не слуха не голоса. Я вам даже гарантирую что, если начну петь вы можете оглохнуть.
- Знаешь, - она как-то странно посмотрела на меня. – А спой мне. Я тебе наиграю, а ты споёшь.
- Нет! – Вот этого я откровенно говоря не ожидала даже. – Позориться не стану.
- Я никому не скажу, - она даже улыбнулась. И улыбка её чертовски шла. Она даже помолодела. – Ну спой.
- Нет, - лучше бы вообще эту тему не поднимала, не отстанет же. – Ещё ненароком вам психологическую травму нанесу. Нет.
- Моя психика весьма крепкая, - она подалась слегка вперед и положив свою руку мне на запястье слегка сжала. – Рут, ну спой.
- Да вы такую музыку не слушаете, - освобождаюсь от её прикосновения хотя чувствую, что не хочу этого (почему???). – Фрау Кауфман, я не стану устраивать вам представления и специально для вас петь своим противным искаженным голосом.
- Ну ладно, - она даже стала грустной и моё сердце сжалось. Что за сраная реакция? – Тогда пошли на кухню, покажу как готовить омлет.
С готовкой на моё удивление всё было гладко. Я выполнила всё то что она показала и когда мой омлет был готов я его попробовала. Первая секунда была просто великолепной, а вот потом. Я даже не успела остановить фрау Кауфман от этого рискового шага. Она на удивление даже не скривилась.
- Пересолила, - сказала она. – В кого влюбилась?
- А? – Не поняла я думаю о своём. – Да нет, ни в кого.
Надеюсь, что это никак не связано. Просто это единственный человек кого я вижу на протяжении хрен знает какого времени.
Вечер, пожалуй, был самым неинтересным и лучше бы этого и не было вовсе. Меня заставили заниматься ВЫШИВКОЙ! Ненавижу шить! Склонившись над вышивкой и вышивая крестиком какой-то рисунок. Да я состарюсь быстрей чем закончу его! Какой-то сраный цветок. Да я раз десять уколола палец пока тока начала.
- Можно я не буду этого делать? – Откладываю вышивку в сторону не в силах даже смотреть в её сторону.
- Фортепьяно ты не любишь, - вздохнула женщина. – Шить ты не любишь. Что тогда ты любишь?
- Историю, - ну ещё гонять на мопеде, но говорить ей об этом не стану.
- А по тому что мне рассказали, создается мнение что ты жить не можешь без побегов.
Это был сон. Я сразу это поняла от дальнейших событий. В жизни так просто не может быть. Я лежу на кровати вместе с фрау Кауфман, и мы… целовались. Но почему-то именно этот момент был самым лучшим в моей жизни. Я чувствовала её тепло словно это была реальность. Мне нравились её прикосновения, и я не хотела просыпаться.
- Я люблю тебя, - разорвав поцелуй прошептала фрау Кауфман. – Моя хорошая.
Она гладила моё тело, и я готова была поклясться то что я сейчас чувствовала от этих прикосновений и было оргазмом. Пусть это длится вечно.
- Пусть это длится вечно, - вырвалось из меня.
- Я хочу этого, малышка, - странно, фрау Кауфман никогда так не говорит, а её рука уже расстёгивала на мне джинсы. – Я хочу погладить тебя. Чтоб всё принадлежало только нам двоим и никому больше.
Я всем телом хотела, чтоб она это сделала. Так что, когда её рука проникла мне в трусы я проснулась.
- Блять! – Вырвалось громче чем хотелось. – Ну почему это был только сон?
Мне так было хорошо там с ней. Я хотела продолжение. Я была готова на всё ради неё, а тут я просто проснулась. Да плакать хочется.
Дышу тяжело, да и тело слегка покалывает. Может это был не сон? Но я в ночнужке. Но проверить кое-что стоит. Засовываю руку себе в трусы и тяжело вздыхаю. Мне даже показалось что я описалась, настолько они были мокрыми.
- Просто отлично, - вытаскиваю руку. – Возбудилась от собственных фантазий.
Пролежала я недолго. Рука сама собой потянулась обратно в трусы. Я и раньше мастурбировала. В этом ничего такого не вижу, но чтоб прям на фрау Кауфман. Действительно странно.
Закрываю глаза и представляю, что это её рука гладит меня там. Что это продолжение сна. Как же я хочу большего.
Неделя прошла в относительном спокойствии. Я занималась и старалась слушаться фрау Кауфман, а по ночам мастурбировала, представляя её. Мне так же снились эротические сны с нею в главной роли. Это было так часто что я просто привыкла и перестала это замечать. Вот только живое общение с фрау Кауфман становилось просто невыносимым. Я чувствовала, что просто возбуждалась при одном её виде и это пиздец как пугало и напрягало меня.
- Ты слишком бледна, - сказала фрау Кауфман. – Пожалуй тебе стоит прогуляться. На улице тем более хорошая погода. Поднимайся, выйдем подышать свежим воздухом.
Один из моих снов который закончился жестким трахом меня же начинался точно так же.
На негнущихся ногах поднимаюсь и иду вслед за женщиной. На улице и правда оказалось чудесно. Я даже забыла, когда была последний раз вот так. Наверное, как раз, когда приехала сюда.
- Идем, - она даже за руку меня взяла, и я… кажется кончила. Чёрт. Да мне вообще рядом с ней нежелательно стоять. – Прогуляемся. Остров не большой. Километров пять в длину и три в ширину.
- А зачем вообще тут надо было дачу строить? – Рука у неё горячая и я просто не хочу, чтоб меня отпускали. – Кроме как на пароме и не добраться.
- Мне нравится уединение. Да и ученицы не могут сбежать отсюда.
- Неужели просто не хочется побывать в городе?
- Я не люблю шум машин. Меня устраивает всё тут.
- Ну мне лично в городе больше нравится, чем в чаще. Просто если что-то случится так помощь никто не окажет. А если с проводами что-то случится? Дозвониться никак, а паром только через неделю.
- В чём-то ты права, - выдала она. – Но всё равно это место лучше, чем город.
Мы прошли ещё немного и уже стояли у края. Это был склон, а под ним вода. Смотрю вниз прикидывая можно ли выжить после такого падения?
- Как тебе вид? – Неожиданно спросила фрау Кауфман чем вывела меня из мысли.
- Симпатичный, - смотрю в другую сторону чтоб ненароком не возбудиться.
- Рут, - она повернулась ко мне лицом. – Почему ты избегаешь зрительные контакты со мной? В последнее время я заметила, что это происходит всё чаще и чаще. Даже сейчас ты стараешься не смотреть на меня. В чём дело?
Вот зачем она завела этот разговор? Мне и сказать-то нечего. Как же быть?
  
- Смотри на меня, - моё лицо поднимают за подбородок. – Рут, в чём дело?
Сердце бешено колотится, а я просто не знаю, как быть. Говорить или нет? А если она отвергнет меня? Меня отошлют и, наверное, в параллейной вселенной я бы обрадовалась бы этому, но не сейчас.
- Вы не поймете, - мне просто больно смотреть на неё. Да я сейчас расплачусь. – И начнете меня ненавидеть. Призирать.