Отступник (СИ)
Вслед за допингом последовал обед. Пока допинг не подействовал, аппетит ещё есть. Но как только организм взбодрится, еду в себя придётся буквально запихивать. Проверено, как говорится, на себе.
А я, между прочим, не сутки не ел, а все пятьдесят лет! И пока аппетит не перебило, с жадностью подступился к наваристым мясным щам. Расправился с которыми поразительно быстро. Далее подвинул к себе блюдо с мясом, и вооружился вилкой с ножом. Ч-чё-орт!!! Как бы успеть съесть, пока не захлебнулся слюной. Пятьдесят лет! Пятьдесят, мать их, лет!
Покончив с обедом, я откинулся на спинку стула. Насыщение ещё не пришло, а потому и желудок и вкусовые рецепторы требовали добавки. Но умом я понимал, что дальше будет только во вред. Осоловеть не осоловею, влитая в меня гадость не даст. Но отяжелею, однозначно.
Поэтому решительно поднялся из-за стола, подозвал девицу, и велел вести меня в номер. Та с сомнением посмотрела на меня. Безусого юнца после такой дозы чистейшего спирта должно было уже развезти, несмотря на плотный обед. Но вопреки этому, я был бодр, и полон сил. В чем она очень скоро убедилась. И не единожды…
Заведение я покинул через час, будучи довольным как кот, навернувший крынку сметаны. Но вместо того чтобы направиться к порту, на поиски трактира, где собирались бы авиаторы, я повернул в обратную сторону. Когда проносился по улице на лихаче, чуть выше приметил лавку старьёвщика. И теперь подумал о необходимости смены гардероба. К гадалке не ходить, Анна уже дала людям Ковалёва моё описание. Так зачем же мне облегчать их работу, если есть возможность сменить одежду.
— Чем могу быть полезен, уважаемый? — едва я вошёл в лавку, вышел ко мне сухонький, и всё ещё крепкий старичок.
Н-да. Помощь мне тут понадобится однозначно. Небольшое помещение было завалено грудами самых разнообразных вещей и предметов. Начиная с шейных платков, и заканчивая самоварами. Имелся в наличии даже плотницкий и слесарный инструмент, а так же точило с ножным приводом. Вот как-то сомнительно, что старьёвщик всем этим умеет и собирается пользоваться. Хотя бы потому что, входная дверь нещадно скрипит, и перекошена настолько, что с трудом втискивается в дверную коробку.
— Мне нужны сюртук, брюки и кепка. Приличные. Но не с дворянского плеча. Ну и чтобы хоть немного сочетались.
Я с сомнением посмотрел на старьёвщика, понял ли он последнее слово, или нужно уточнить. Но тот только утвердительно кивнул, и ступив в сторону, тут же исчез из поля моего зрения, за грудой тряпья, сваленной на прилавке, протянувшемся через всё помещение.
Минут пять я не видел старика, и только слышал, как тот копошится где-то в недрах своей лавки. Но вскоре он появился, представив мне… А что. Неплохо. Тройка, серого, практически мышиного цвета. И по виду, вроде действительно мой размер. Вещи ношеные, но всё ещё в приличном состоянии. Ткань из среднего сегмента. Пошив… Строчка неровная, стежки чуть разной длины, работа явно ручная. Работа портного всё той же средней руки, у которого не хватает средств на покупку швейной машинки.
— Мне можно примерить?
— Разумеется, уважаемый.
Я скинул с себя одежду, и примерил обнову. Наличие наплечной кобуры, с бульдогом старьёвщика ничуть не смутило. Оружием тут никого не удивить. Мало того, есть княжества где мужчинам запрещено ходить без оружия. Или не разрешается скрытое ношение. В Каргалайском, не разрешалось носить его открыто. Поэтому я прибрал свой Вессон ещё когда ехал в грузовике. Но револьвер в плечевой кобуре оставил. Не в сказку попал. Поэтому расслабляться не собираюсь.
Не сказать, что одежда сидит так же, как прежняя. Но вполне прилично. Главное, что чуть просторное, а не тесное. Отлично. В нем и пойду. Ага. Старьёвщик ещё и головные уборы протягивает. И опять в тон. Шляпа, котелок, и кепка, с подвёрнутыми ушками, застёгнутыми пуговкой на макушке. Пожалуй именно на ней и остановлю свой выбор.
— Мне бы саквояж, вместо моего ранца. Найдётся?
— Сию секунду, — вновь кивок и опять старик исчез из виду.
Пока я перекладывал вещи из карманов прежней одежды, от которой и не думал избавляться, хозяин лавки как раз и управился. А ничего так, саквояж. Вместимостью поспорит с чемоданом. Но при этом более компактный и удобный.
Быстро перебросил в него все свои пожитки. Туда же отправил содержимое охотничьей сумки. Сверху пристроил Вессон с оружейным поясом, патронташ, и разобранную вертикалку. Вот незачем лишний раз привлекать к себе внимание. А то у меня с документами полный швах. Не дай бог, и опять придётся валить княжьих людей. Бог с ним, что окажусь вне закона ещё в одном княжестве. Так ведь могу и местную фемиду повесить себе на загривок. А оно мне надо.
Напоследок положил свою федору, постаравшись пристроить её так, чтобы она особо не пострадала. Уж больно нравился мне этот фасон, и данная шляпа в частности. Первое что бросается в глаза, это головной убор. Так что, его следовало сменить в любом случае.
— Сколько с меня? — поинтересовался я у старьёвщика.
— Пятнадцать рублей. Ранец и сумку так же беру в счёт оплаты, — резюмировал тот.
— С ума сошёл, старик, — я даже хмыкнул от такой наглости. — За новые костюм и кепку я заплатил бы не больше двадцати целковых. А тут бывшие в употреблении, да ещё и ранец с сумкой в придачу.
— Вещи хорошие. Не буду говорить, что берег их специально для вас, но они вам понравились и подошли. И да, они ждали того, кто сможет за них заплатить.
— Н-ну ты ухарь, — покачал я головой, и полез за бумажником.
Отсчитав три купюры по пять рублей, я жестом указал на оставляемые хозяину сумку и ранец. Опять хмыкнул, отдавая должное наглости старьёвщика, попрощался и вышел на улицу.
Оказавшись снаружи вновь не пошёл в сторону порта, а направился вверх по улице. Дойдя до первого же отнорка, огляделся, и не обнаружив никаких наблюдателей, скользнул между домами. В нос тут же ударили миазмы. Снаружи улицы выглядят вполне пристойно. Но стоит свернуть вот в такие проходы, как тут же сталкиваешься с отголоском отходов жизнедеятельности не одной тысячи человек.
Дыша через рот, и всё равно едва не задыхаясь от вони, я двинулся вперёд. При этом внимательно смотрел себе под ноги, чтобы ненароком не вляпаться в дерьмо. Народ сюда заворачивал не только по малой нужде. Ну и поглядывал в глубину прохода, не видя выхода на параллельную улицу и гадая не в тупик ли я свернул. Повезло. Как и предполагал, тут имелся зигзаг, образованный смещением домов, фасады которых выходили уже на другую сторону.
Вывалился на тротуар так, словно вырвался из газовой камеры. И это при том, что пока шёл, блокировал обоняние. Но получилось, как в том анекдоте. «Что, воняет? Нет, глаза режет.» Вот так и у меня. Шутка сказать, уже почти месяц нет дождей, и стоит жара, со всеми вытекающими. А ещё этой вонью пропиталась одежда. Н-да. Очень надеюсь, что миазмы не успели въесться, и ветерок сможет её выветрить.
Вот что мне мешало пройти до конца квартала и повернуть в нормальный переулок! Опасался встречи с городовым, вот что. Нет, определённо нужно решать вопрос с документами. Но не сейчас. В первую очередь нужно как можно быстрее слинять с этого гостеприимного острова. Пара сотен вёрст, от Большекаменска не то расстояние, на котором я могу чувствовать себя в безопасности.
Окольными путями вышел к порту. Ну что сказать, увиденное мною сильно отличалось от того, что мне доводилось видеть прежде. С одной стороны, эта информация имелась в памяти реципиента, и я мог без труда вынуть оттуда любую картинку, или кино, прокручивая все перед мысленным взором. С другой, одно дело чужие воспоминания, и совсем другое, видеть воочию.
Довольно просторная защищённая молом бухта. Каменная набережная, от которой отходят пирсы, с пришвартованными летающими лодками, самолётами на поплавках, и… Кораблями. Да-да, именно, что летающими кораблями. В смысле дирижаблями приспособленными для посадки на воду.
Я ведь уже говорил, что местные предпочитают смешанный тип этих воздушных судов, своей аэродинамической формой полуэллипса походящих на китов. Даже четыре плавника имеется, по паре с боку, в виде довольно внушительных крыльев, на каждом из которых по две паровые машины. В смысле, для самолёта внушительных. На фоне огромной туши они слегка теряются. И да, это я описал только ближайшего ко мне, слишком уж здорового. Просто не верится, что такая махина может летать.