Мозаика (СИ)
— Кто это такие? — только и спросил Кот, смирившись со сложившейся ситуацией.
— Жуки. — коротко ответил Веним.
7
— Господа! — громкий голос Президента Федерации уверенно перекрыл разноголосый шум. — Хватит впустую тратить время! Давайте, наконец, перейдем к конструктиву! Думаю, пора кардинально решить вопрос с предателями! Именно — предателями! «БиоФарм» приносила в бюджет Федерации порядка двадцати процентов общего наполнения, и их финт с отделением следует расценивать именно как предательство! Тем более в это время, трудное как для нашего государства, так и для всех нас.
Сенаторы, не привыкшие к такому обращению, слегка поубавили громкость.
— Их уход значительно замедляет государственную программу восстановления нашего Флота. — продолжил Президент. — Последние данные разведки говорят о том, что имперцы активизировались. Так же, как и мы, они объединяют остатки гарнизонов, привлекают частные военизированные группы кораблей. Судя по всему, они собирают ударный Флот! В этом свете ситуация с «БиоФарм» выглядит как сговор с противником!
— Президент Ас Тойдер, а почему в таком тоне? — побарабанил пальцами по столу глава «Глобал Машинекс».
— Сенатор Ас Венно, а что не так с моим тоном? — прищурился Президент. — Федерация висит буквально на волоске, а вы все продолжаете играть в свои игры! Да, с уходом Ас Коллхейна нарушился привычный баланс и распались все коалиции… Но дело-то в другом! Гранд Адмирал, прошу!
— Г-хм… — поднялся с места Гранд. — В данный момент складывается следующая ситуация: территория, занятая самопровозглашенным «великим домом»…
Гранд Адмирал, прекрасно подготовившийся к докладу, говорил и говорил, и, визуально отображая его слова, загорались и гасли россыпи точек, обозначавших звездные системы. Маршруты движения, опорные базы, пути снабжения, узловые и проходные точки… В своем докладе Гранд использовал все данные, кропотливо подготовленные специалистами Адмиралтейства.
— … как вы теперь сами видите, мы в тупике. — закончил Гранд. — Фактически мы рискуем потерять все, что находится выше линии Феникс — Лия, а это практически пятая часть подконтрольной нам территории с населением в несколько миллиардов человек. Будут затронуты интересы всех, без исключения, уважаемых сенаторов. Доклад закончил!
Гранд Адмирал Ас Штеен, сохраняя каменное выражение лица, уселся на место.
— Надеюсь, господа сенаторы теперь осознали, что происходит? — вкрадчиво уточнил Президент. — Прошу вас высказать свои мнения и предложения.
— Ас Коллхейн не препятствует проходу кораблей через подконтрольные ему системы. — хмыкнул кто-то. — Фактически все осталось по-прежнему, сменились только маркеры принадлежности.
— Но для прохода боевых кораблей он требует предварительного согласования, а это лишает нас возможности своевременного оперирования силами Флота. — возразил Гранд Адмирал.
— Кроме того, никто не может дать гарантию, что Ас Коллхейн сохранит текущее положение вещей и в дальнейшем! — поддержал адмирала Президент. — А если он внезапно все перекроет? В самый неподходящий момент? Ведь решил же он организовать свой «великий дом» в такой тяжелый для нас момент!
Большинство сенаторов поддержало высказывание одобрительным ворчанием.
— Предлагаю сформировать ударный флот, используя все наличествующие у нас силы! — высказался Президент, сжав кулаки. — И р-р-раздавить это гнездо инакомыслия!
— Глобал Машинекс не имеет весомых интересов в той области пространства! — отказался сенатор Ас Венно. — Не думаю, что…
— Уважаемый сенатор, не надо забываться! — резко оборвал его Президент. — Интересы одной корпорации мало что значат в сравнении с общими интересами. Вы или с нами… или подчинитесь мнению большинства! По-другому быть не может!
— Может… Еще как может! — еле слышно прошептал прилюдно униженный Ас Венно.
8
— Два-двенадцать, стыковка, второе окно. — усталый голос летного диспетчера доносился словно сквозь вату. — Контроль.
— Контроль отдал. — автоматически отозвался пилот.
— Контроль взял.
Истребитель-перехватчик качнул пилонами, когда получивший удаленный доступ посадочный ИИ проверил отклик маневровых сопел. ИП, закладывая широкую дугу, направился к приемной деке носителя. Поврежденный истребитель то и дело «клевал» носом, заставляя пилота напрягаться, чтобы не перехватить управление.
— Что с устойчивостью? — уточнил диспетчер.
— Зацепили, исполнительный замыкает. — ответил пилот, бездумно глядя на раскуроченный, словно потекший, нос боевой машины.
Его верный Т-10, похоже, отлетал своё… Вместе с честной горячей плазмой архи били чем-то вроде капель концентрированной кислоты, разъедающей внешнюю броню и уничтожающей исполнительные схемы. Подлое, коварное оружие! Сколько лишних потерь из-за него…
Если «честный» выстрел, подбивший машину, срезу выдавал цепочку неисправностей, позволяя пилоту вовремя сориентироваться и покинуть бой или хотя бы катапультироваться, то кислотные кляксы не давали о себе знать до самого последнего момента. До того момента, когда, зачастую, сделать хоть что-то уже не оставалось времени!
Когда, к примеру, проеденное кислотой сопло двигателя выдает высокотемпературную струю не по вектору тяги, а в произвольную сторону, или вообще внутрь корпуса, просто выжигая исполнительные системы и механизмы… вместе с пилотом. Или когда ослабленные кислотой балки силового набора ломаются при маневре, складывая боевую машину внутрь себя. Или когда на перегрузке отказывает компенсирующий гра-генератор, и хрупкое человеческое тело просто размазывает внутри кабины, покрывая кокпит изнутри ровным розовым слоем…
Вот ты внутри боевой машины, крутишь фигуры, ведешь бой… И р-р-раз! Превращаешься в огарок или просто желе…
Мимо прозрачных блистеров кабины проносились корабли эскадры. Побитые, с такой же потекшей броней, с заклинившими башнями. Сверкающие всполохами сварки ремонтных сервов, бесстрастно выполняющих свою работу.
— Внимание! Отказ приемной! Аварийная! — резкий голос диспетчера вывел пилота из полузабытья.
Фыркнув длинной струей перегретого пара, маневровый двигатель резко сместил вектор движения почти вошедшего в приемный створ истребителя. Из борта носителя на длинных штангах выскочила сеть, в которую и влетела почти погасившая скорость машина.
— Два-двенадцатый, ты как⁈
— Живой… — ответил даже не успевший правильно отреагировать пилот, сглатывая солоноватую от прокушенной губы слюну. — Живой…
9
Буч с сожалением взглянул на индикатор, давно уже помаргивавший значком критического падения заряда. Скоро, совсем скоро его старый шахтерский «Скраб» совсем выдохнется, и тогда… Тогда что? Останется только покинуть скорлупу верного мех-скафа и бежать назад, молясь всем Спящим, чтобы подготавливаемая линия баррикад была уже сделана, и чтобы осмелевшие жуки не рванулись вперед, отсекая его от товарищей.
— Долго вы там еще⁈ — рявкнул он на общей волне.
Ответа не было. Та дрянь, которой плевались архи, разъела большую часть внешних устройств, видимо, досталось и передатчику.
Добывающий мех-скаф неловко пятился назад, поливая пространство перед собой пучками когерентного излучения. Зажатый в правом манипуляторе шахтерский лазер, практически мини-орудие, давно уже перегрелся и работал на расплав, но дать ему остыть не было никакой возможности: проклятые архи перли вперед сразу же, как только падала плотность огня и хоть немного остывали раскалившиеся от попаданий переборки. В левом манипуляторе на манер щита была зажата пластина брони от какого-то бота, прихваченная им в ангаре…
— Хорошо, что настройки на сверхкороткий импульс. — мелькнула у него мысль. — Говорил же Шляху: длинный луч до добра не доведет!
Они с напарником, вручную «ковырявшие» случайно найденную небольшую жилу дорогущих слай-кристаллов в дальнем поясе, получив тревожный сигнал еле-еле успели добраться до станции, заведя свой бот в ангар перед самым нападением. И по нелепой случайности именно эта часть была выбрана архами для высадки десанта. Увидев массу жуков, выплеснувшуюся из какого-то коридора и, словно грязная волна, расползшуюся по ангару, напарники еле-еле успели впрыгнуть обратно в свой бот и втиснуться в тесные внутренности своих «добывающих механизмов», купленных у старьевщика на распродаже.