Нэнси Дрю и тайна фокусника

– А с чего он взял, что отец отдаст билеты именно мне, а не, скажем, нашей домработнице?
– Да, риск был, – признал Гуго. – Но, Нэнси, ведь Дрейк – фокусник. Он в любом случае нашел бы способ заманить тебя на спектакль, а уж там, где бы ты ни села, вытащил на сцену.
Я кивнула.
– Дрейк прикинул, что произведет на публику большее впечатление, если рядом окажется известный детектив, наблюдающий за происходящим своим орлиным взглядом. Помимо того, – добавил Гуго, – он позаботился о том, чтобы контролеры пропустили твоего приятеля, когда он появился у входа. Так сказать, лишняя пара глаз, подтверждающая, что Дрейк Лоунстар способен творить чудеса.
  
Разговор с Гуго дал ответ на вопрос, каким образом Нэд, не имея билета, попал на представление. А также откуда взялись билеты у отца. Но беда в том, что масса других вопросов все же оставались безответными.
  
Глава шестая
 
Разговор заполночь
 
– Джордж, ты спишь? – негромко проговорила я.
Было уже поздно, заснуть я так и не смогла и сейчас стояла под окном спальни своей подруги. От событий минувшего дня у меня голова кругом шла, и мне подумалось, что, если Джордж удастся прояснить пару важных вещей, может, мне удастся немного вздремнуть.
– Джордж! – Я забарабанила костяшками пальцев по стеклу.
– Вали отсюда, Нэнси!
В ответ я услышала голос Бесс.
Боже, я и забыла, что она ночует у Джордж.
Через окно я увидела, как Бесс переворачивается на другой бок и закрывает голову подушкой.
– Спи, спи, Бесс. – Джордж села на кровати. – Я разберусь с налетчиками. – Она открыла окно. – Заходи, Нэнси, – пригласила она, отходя в сторону и давая мне перелезть через подоконник.
– Спасибо, – сказала я.
– Я все равно не спала, – откликнулась Джордж. Она кивнула в сторону кровати, и я увидела под одеялом слабое голубое мерцание.
– Ночной поиск в Интернете? – с ухмылкой спросила я.
– Ты не хуже моего знаешь, как это делается. – Она посмотрела на Бесс. – Но старалась не шуметь, а то еще принцессу обеспокою.
– Я все слышу, – пробурчала Бесс со своей кровати, стоявшей вплотную к кровати кузины. – Принцесса жаждет прекрасных сновидений. А теперь тихо! Ш-ш-ш. – Она повернулась к нам спиной.
– Вся эта история меня прямо с ума сводит, – прошептала я. – Никак не могу нащупать связи между Лоунстаром и Смоллвудом. – Я присела на край кровати Джордж. – То есть можно, разумеется, предположить, что Лоунстар нанял Смоллвуда, чтобы он выкрал драгоценности, передал их Гуго, а тот племянницам, а они Гритти Гранд, но все это как-то слишком сложно, у этой лестницы многовато ступенек. Да и доказательств никаких нет.
– Согласна, – кивнула Джордж. – Нужны железные факты. – Она повернула экран компьютера ко мне лицом.
– Какого черта, – простонала Бес с соседней кровати. – Свет мне через затылок в череп бьет!
– Достала, – буркнула Джордж и, закрыв крышку компьютера, повела меня в ванную. Там она плюхнулась на стульчак, а я, чтобы не беспокоить больше Бесс, заперла дверь и села на край ванны.
– Что связывает двух наших подозреваемых, меня пока не интересовало. – Джордж забарабанила по клавиатуре ноутбука. – Я больше думала о трюке. – Она зашла на какой-то сайт и принялась перелистывать страницы. – Я оказалась права насчет вертолетов. Это старая военная модель, давно снятая с вооружения. Сейчас любой может нанять такую вертушку для воздушного цирка… и не обязательно воздушного.
– И ты думаешь, что вертолеты как-то связаны с пропавшей шкатулкой? – спросила я.
– Нет, – покачала головой Джордж. – Но мне не дает покоя одно – в чем все же секрет этого фокуса? Пока у меня есть две версии. Первая заключается в том, что зрителей загипнотизировали, вторая – что даже после того, как Лоунстар опустил хулахуп, мы продолжали смотреть видео. И видели не здание как таковое, а экран, на котором мелькают воображаемые предметы, расположенные в пустом пространстве. А вертолеты понадобились для того, чтобы отвлечь нас.
– Что ж, обе версии правдоподобны. – Я всей своей душой хотела, чтобы Джордж все разложила по полочкам, но звучавший в ушах голос Лоунстара останавливал меня. И как бы мне ни хотелось порасспрашивать Джордж о ее догадках, особенно той, что касается гипноза, я заговорила о другом:
– Слушай, ты имеешь хоть какое-то представление, как грабителю удалось забраться в подвал? И когда? Надо понять, было ли у Лоунстара достаточно времени добраться до сейфа и взять шкатулку, пока шло представление.
– Да, я тоже об этом думала, – сказала Джордж. – Фокусы разные бывают, но большинство артистов специализируются в своем деле на каком-то определенном виде. Из всего того, что я читала про Лоунстара, выходит, что он из тех, кого называют иллюзионистами. То есть он проделывает всякие фокусы, которые должны произвести сильное впечатление на публику: «разрезает» пополам человеческое тело, заставляет людей «летать», а предметы «растворяться» в воздухе.
Джордж хорошо проделала домашнюю работу.
– Такие фокусы, – продолжала она, – требуют большой подготовки. С полной уверенностью утверждать не могу, но, если замок открыл иллюзионист, он, скорее всего, уже что-то проделал: например, подпилил дужку или вбил внутрь какой-нибудь клин, чтобы потом легче было войти. Понимаешь? – Она задумчиво покусала ногти.
– Да. И что дальше? – подтолкнула ее я.
– Я так и сяк разглядывала этот замо́к и ничего не нашла. Искала отметины, ну, скажем, царапину от соприкосновения с каким-нибудь инструментом; пол разве что не вылизала, в надежде найти резинку, или пробку, или жвачку, при помощи которых можно было бы справиться с замком. Ничего.
– Ну и каков же приговор? – спросила я.
Джордж откинулась на спину и закрыла глаза:
– Офицер Фернандес сказала, что полиция рассматривает две версии: либо у кого-то имеются ключи от цокольного помещения и этот кто-то украл шкатулку, либо у вора есть сообщник и, пока шло представление он пустил его внутрь. Но я думаю, что есть и еще одна возможность…
– Фокус? – спросила я.
– Да. Но не в духе Лоунстара. Он работает на публику, декорации, костюмы и все такое. А тут иначе, все тихо. Это такой трюк, когда человек просто исчезает – был он, и нет его! Кто-то открыл дверь, взял шкатулку и выскользнул из запечатанного помещения, где хранятся вещественные доказательства. Если принять этот вариант, он вполне подходит к такому набору фокусов, когда человек выходит из тесного замкнутого помещения. Называется – трюк-высвобождение. Самым знаменитым таким трюкачом был Гарри Гудини. Однажды он проделал такой трюк: за двадцать минут вышел из запертой тюремной камеры.
– Фантастика! – Надо будет заняться этой историей, решила я, но это потом, а сейчас я решила спросить Джордж: – Так по всему тому, что ты знаешь о фокусах, получается, что Дрейк Лоунстар – это не наш подозреваемый номер один?
– Я прошерстила Интернет, ища информацию о том, что он мог когда-нибудь выходить из сундуков или запертых помещений, но… ничего не нашла. В принципе он может знать, как проделываются кое-какие из подобных трюков, однако, судя по тому, что я про него узнала, – вряд ли. Его дело – иллюзия и только иллюзия. – Джордж покачала головой.
Я соскользнула в пустую ванну и прижалась головой к прохладной кафельной стене. Похоже, мы зашли в тупик. Обычно у меня бывает перечень подозреваемых и улик. А в данном случае полно подозреваемых, против которых нет улик, и полно улик, но для них нет подозреваемых!
Что у меня имеется, так это: ранее осужденный вор, отрицающий участие в новом похищении, пропавшие драгоценности, участники циркового представления, запертая дверь и таинственно исчезнувшая шкатулка. – Части головоломки, которые никак не складываются в одноцелое.
  
– Что нам делать дальше, Нэнси? – спросила Джордж.
– Я не…
– Вы чего расшумелись?! – В ванную влетела Бесс. – Я скажу вам, что делать дальше и это проще пареной репы! Джон Смоллвуд неделю прожил в гостинице, так? Труппа Дрейка Лоунстара тоже уже неделю, как здесь. И тоже в гостинице. Значит, там и надо начинать поиски связей!