Джоре (СИ)
Стало ясно, что все дальнейшие действия по проходке туннеля, могут дать непредсказуемый результат. Поэтому искином ЭИТИ-4 было принято новое решение, узким лучом лазера пробить наверх диагональное отверстие наружу и заправить вовнутрь технический волновод, чтобы получить хоть какие-то дополнительные данные. Технические дроиды быстро управились с этой работой, после чего к волноводу подключился ИД-12А и стал передавать главному искину первые информ-пакеты. Над планетарным разведчиком был большой каменный холм. Снаружи властвовал дикий ураган с дождем и снегом, видимость была минимальная. По всем каналам связи шли жуткие помехи, скорее всего из-за того, что в атмосфере бушевала сильная электромагнитная буря. Через некоторое время поток информации оборвался. Мощнейший разряд атмосферного электричества ударивший в приемный блок волновода полностью уничтожил дроида ИД-12А.
Полученной информации хватило главному искину для принятия окончательных решений. Так как выполнение изначально поставленных задач, по исследованию третьей планеты данной звездной системы, временно невозможно, то планетарный разведчик 02 переводится в режим консервации и энергосбережения. Группа технических дроидов прокладывает волновод до корабля и подключает его к энергопреобразователю. Разряды атмосферного электричества во время гроз, бурь и ураганов будут подпитывать энергонакопители, а в периоды затишья навигационный искин ЭНИ-4 будет отслеживать все известные каналы связи. Инженерно-технический искин погрузит БИ-9 в состояние стазиса, а приказ на вывод главного искина из стазис-состояния может отдать только навигационный искин, в случае восстановления связи с внешним миром. И вот, этот момент настал...
"ЭНИ-4 вызывает главный искин БИ-9."
"БИ-9 на связи. Докладывай ЭНИ-4."
"Докладываю. По неизвестным мне причинам, снаружи, во время грозы произошел обвал. В результате этого, был освобожден приёмный блок технического волновода, который скорее всего был завален камнями. Кроме того, во время обвала откололся большой каменный блок, который открыл проход в проложенном нами туннеле. Рекомендую включить защитное поле направленное в туннель."
"Принято ЭНИ-4. Защитное поле включено. Что у нас с внешней связью?"
"Происходит частичный перехват технических информ-пакетов между управляющим искином и карт-зондами. Связи с самим управляющим искином пока нету. По всем остальным каналам связи мира Джоре тишина."
"Принято ЭНИ-4. Есть еще какие-либо новости?"
"На данной планете существуют свои волновые виды связи, но они находятся вне каналов связи мира Джоре и в совершенно других частотных потоках. Языки общения, на местных каналах связи, не похожи на язык Джоре или других разумных в известных нам системах галактики."
"ЭНИ-4, поясни. У них так много языков общения?"
"Да, БИ-9, только во время проверки местных каналов связи, были выявлены около ста различных языков общения и несколько тысяч вариаций от общих языков."
"Как же они тут общаются имея столько языков?"
"Таких данных у меня пока нет."
"ЭНИ-4, заметил что-нибудь нас интересующее?"
"Да, БИ-9. На данном северном континенте, по одному из каналов связи, прозвучали несколько одиночных слов, очень похожих на слова Ушедших Древних."
"Что?! ЭНИ-4, каков процент вероятности ошибки?"
"Вероятность ошибки одна сотая доля процента."
"Хорошо, ЭНИ-4. Продолжай сканировать местные потоки связи. Если будут какие-либо новости, сразу докладывай."
"Будет исполнено, БИ-9."
Главный био-искин планетарного разведчика задумался. При такой доле вероятности, поставленное перед ним задание имеет шанс на успех. Согласно данных, загруженных в его банки памяти, слова Ушедших Древних уже давно никто не использовал даже в научных исследованиях, а тут, в удалённой системе на краю галактики, на обычной планете, эти слова используются просто для общения. Из размышления его вывел срочный вызов навигационного искина.
"ЭНИ-4 срочно вызывает главный искин БИ-9."
"БИ-9 на связи. Докладывай ЭНИ-4."
"Только что, недалеко от входа в туннель появился местный. Визуально генотип определить сложно. Он подходит под описание нескольких видов разумных, но качественно определить его вид трудно, так как его очень сильно изменили процессы старения."
"ЭНИ-4, посмотри за его поведением, я сейчас включу защитное пси-поле, а потом передай мне голограмму его действий."
"Принято, БИ-9. Докладываю. Местный, после включения защитного пси-поля, не убежал сразу, он на долгое время задумался, а потом спокойно ушел. Передаю голограмму с местным."
"Голограмму получил. Продолжай наблюдать за входом в туннель. Защитное пси-поле я пока отключать не буду. В случае каких-либо изменений в окружающем пространстве у туннеля докладывать немедленно."
"Будет исполнено, БИ-9."
Рассматривая полученную голограмму, главный био-искин планетарного разведчика невольно ловил себя на мысли, что образ с местного жителя ему кого-то напоминает, вот только найти этот образ в блоках памяти, пока никак не получалось. Слишком много информации было залито в него на тяжелом крейсере дальней разведки ДИР-35. От решения возникшего вопроса, его снова оторвал срочный вызов навигационного искина.
"ЭНИ-4 срочно вызывает главный искин БИ-9."
"БИ-9 на связи. Докладывай ЭНИ-4."
"Наблюдаю трех местных на краю защитного пси-поля, перед входом в туннель..."
Глава 5.
Мы стояли у громадного каменного обломка, который отколовшись от Чертовой сопки открыл вход в странную пещеру. Странной, мне эта пещера показалась потому, что даже издали были видны ее оплавленные стены. Словно внутри бушевал огонь такой силы и мощи, что камень оплавился. Это была первая странность. Вторая странность была в том, что сам проход в пещеру был уж слишком ровным и прямым, как будто бы его сотворила не мать-природа, а создавали каким-то техническим аппаратом, наподобие горнопроходческого комбайна. И наконец, третья странность была частью рассказа Ивана Демидыча. Какая-то неизвестная, неведомая нам сила давила на психику, словно пыталась нас отогнать от пещеры.
- Вы, что-нибудь чувствуете? - спросил я своих спутников.
- Да, - ответила Ярославна, - морок какой-то исходит из пещеры, но он очень странный...
- Ярославна, а в чём странность? - перебил я травницу.
- Не могу пока толком объяснить. Морок будто бы какой-то невидимый рубеж охраняет или что-то защищает внутри пещеры.
- Вот-вот. Я же вам еще с утреца обсказал, что из ентой пещеры жуть какая-то исходит, - вставил Иван Демидыч, - словно есть кто-то или чёй-то, там внутри.
- Ярославна, а тут, раньше военные ничего не строили? Например, после войны? Насколько я помню, еще во времена Советского Союза, военные почти во всех краях и областях чего-то секретное строили.
- Нет, Станислав Иваныч, военных и их построек в наших местах отродясь не было, только геологи в семидесятом приезжали Чертову сопку обследовать.
- Ну, что же, тогда пойдёмте, посмотрим эту странную чертову пещеру. Не зря же мы свои ноги сбивали сюда поднимаясь.
- Станислав Иваныч, а почему вы ее чертовой пещерой нарекли? - спросила меня травница.
- Ярославна, а как же ее еще называть-то, если она вовнутрь Чертовой сопки ведёт, - сказал я и пошел к пещере продолжая на ходу отвечать, - тем более мне Иван Демидыч прояснил, что у вас тут чертовыми называют всё места, где происходит что-то выходящее за черту человеческого понимания и разумения.
Демидыч и Ярославна последовали за мною, огибая поваленные и поломанные деревья, а также камни и валуны различных размеров от небольших до громадных. У самого входа в пещеру травница остановилась и спросила нас.