СпортРоманы. Ты – мой главный соперник. Правила игры. Скамейка грешников. Комплект из 3 книг

Вадим сдался, закинул сумку обратно в домик, попросил Виталика пока подождать и направился в нужную сторону.
– Не торопись, – попросила Лина. Она едва поспевала за ним. – Мы на прогулке, а не пробежке.
Они шли молча, любуясь красотой природы и наслаждаясь музыкой ветра, играющего в зеленых кронах. Лина вдруг подумала, что даже молчать с Вадимом приятно. Не обязательно поддерживать разговор, выдумывать темы – и так хорошо. При этом неловкости она не испытывала, словно гуляют они не в первый и не в последний раз. Ее мучил лишь один вопрос: испытывает ли Вадим похожие чувства? Но спросить напрямую она пока не решалась.
  
– Мы раньше с отцом в лес ходили, – спустя время произнес Вадим. – Только я и он. Я обожал эти дни. Словно между нами есть секрет, тайна, в которую остальные проникнуть не могут.
– Почему говоришь в прошедшем времени? Теперь не ходите?
– Работа, учеба, волейбол, и как-то забылось.
– Но вот ты же вернешься домой до финала, так? Попроси его прогуляться с тобой.
Вадим только плечами пожал, но было видно, что идея пришлась ему по душе.
– А мы в лес не ходили. Наша семья больше по кино и паркам развлечений. Еще мы скопом играем по сетке, – решила поделиться Лина.
– Ну, что могу сказать, родители у тебя молодцы. Наверняка вместе весело.
– Очень. Я и Ника любим и уважаем их, но при этом они наши лучшие друзья. Жду не дождусь, когда смогу вернуться домой. И мне немного грустно, когда думаю об университете. Может, именно поэтому я так долго выбирала специальность.
Вадим понимающе хмыкнул, и они снова замолчали, но в этот раз ненадолго. В какой-то момент позади послышались одышка и шаркающие шаги. Дама с палками для скандинавской ходьбы напористо попросила пропустить ее, и Лина, не задумываясь, придвинулась к Вадиму. Тот же с охотой принял девушку в свои объятия и прижал, позволив увядающей спортсменке пронестись мимо них со скоростью торопящейся черепахи. И даже когда женщина исчезла за поворотом, Лина и Вадим стояли не двигаясь. Потом он вдруг смутился и мягко отстранился. Его смущение передалось и Лине. Она неловко высвободилась, поправила футболку, в то время как ее сердце бешено билось. Она успела почувствовать слабый аромат его парфюма и мятного шампуня.
– А как ты понял, что хочешь программировать?
– Ну, я любил и продолжаю любить компьютерные игры, вот и решил, что буду сам их разрабатывать.
Лина оживилась.
– Серьезно? Ты учишься на разработчика игр?
– Так точно.
– Это же круто! Я всегда завидовала тем, кто разбирается в подобном. Сама-то мало что понимаю, но играть люблю.
Вадим на секунду просиял, но тут же погрустнел:
– Катя не любила игры, говорила, что есть более важные и интересные вещи, чем просиживание штанов за компьютером. Она всегда предпочитала общение с людьми.
– Тебе больно, да, что она вот так поступила, променяла тебя на гребца? – спросила Лина, желая дать Вадиму выговориться. Точнее, она надеялась, что он захочет облегчить душу.
– Ну, мне было жаль расставаться, ведь между нами произошло много хорошего. В начале наших отношений мы не видели жизни друг без друга. Может, это подростковый максимализм, но у нас было много общего, мы всегда знали, о чем поболтать и куда сходить. А потом каждый из нас по чуть-чуть изменился, и отношения тоже приняли иной оборот. Наверное, так случается со многими парами. Те, что со школы и до надгробия на кладбище вместе, – скорее исключение.
– Неужели невозможно полюбить раз и навсегда? – Слова Вадима Лину огорчили, и теперь ей было интересно услышать его версию.
– Возможно, но это только в том случае, если оба созрели для серьезных отношений, между ними есть взаимопонимание и взаимоуважение, они не стремятся друг друга в чем-то уличить и не пытаются переделать друг друга, а принимают того, кто рядом, таким, какой он есть. Вот и все, на мой взгляд. Такие отношения обречены быть успешными и проживут долгую жизнь вместе с теми, кто их хранит. И – да, еще важен юмор. Без него никуда, поверь мне. Многие проблемы легко решаются с его помощью.
– Ну, звучит логично и жизнеспособно.
– Понимаешь, для меня отношения – не проблема, а возможность быть рядом с тем, кто разделяет мои мысли и некоторые увлечения, а еще поддержит в трудную минуту, даст совет, если попрошу, и составит компанию. Девушка для меня прежде всего друг и только потом любовный интерес. Диме, например, это кажется странным. У Витали так вообще полно пунктиков на этот счет, вплоть до того, что у его дамы сердца должны быть обязательно длинные волосы и манеры аристократки. Ну, знаешь, ножки должна вместе держать, ругательства в речи не использовать.
Лина едва сдерживала себя, чтобы не рассмеяться, и Вадим это заметил:
– Да-да, думаешь шучу? Ты спроси как-нибудь.
– А у тебя, выходит, пунктиков нет?
– У меня он один – все должно быть просто, без надрыва.
– Ты поэтому решил с Катей больше не встречаться?
– Решила она, раз осталась на ночь у Эдика, а я просто позволил ей выбрать. Это она начала выяснять со мной отношения, чего я не переношу. Мне хочется, чтобы люди были честными с самими собой и теми, кто их окружает.
– Это ты про тот яд, что вылил на Алену? – не удержалась Лина. – Кате ты тоже говорил правду в таком формате? Может именно поэтому она выбрала гребца?
Вадим остановился и, склонив голову, внимательно посмотрел на Лину.
– С теми, кто мне нравится, я строю диалог иначе. Есть еще слово «тактичность», которое мне не чуждо, но применимо оно только в том случае, если я испытываю симпатию к собеседнику. К вашей тупоголовой Алене я не испытываю ровным счетом ничего, поэтому и выбирать слова не намерен. И давай уже закроем эту тему. Я просто помог другу избавиться от пиявки.
Лина подняла руки в знак примирения.
– Прости, я просто не удержалась. Она до сих пор дуется.
– Наплевать.
Они подошли к тренировочной зоне и повернули обратно, чтобы Лина забрала спортивные вещи. Виталик ждал на лавке возле их с Вадимом домика.
– Ты площадку-то забронировал? – спросил он.
– Здесь не нужно. Кто первый встал, того и тапки.
– Ясно.
Виталик нравился Лине. Он казался хорошим другом и довольно веселым парнем. Из-за своего невысокого роста и худощавого телосложения он сильно выделялся на фоне других членов команды. Но порой казалось, что силы духа у него больше, чем у всех парней вместе взятых. Виталик часто тащил на себе игру, когда у блокирующих дело не ладилось, а доигровщики не могли нормально забить мяч. Лина слышала, что Виталю приглашали в сборную края, но он отказался из-за того, что хотел сконцентрироваться на учебе. Они учились с Вадимом на одном факультете, и Виталик тоже видел себя в разработке.
После обеда лагерь потихоньку оживал. Вышли тренироваться и гимнасты, и парни из настольного тенниса, тут же разминались бегуны и щеголяли в крохотных трусах пловцы. По понятным причинам Вадим предложил обойти домики гребцов.
Им досталась небольшая песчаная площадка, по виду давно заброшенная, поэтому и пустая. Однако благодаря тени, создаваемой деревьями, Лина могла снять очки и панамку.
Пока Лина разминалась, парни убирали ветки и камни из песка. Вадим проверил сетку и кое-как подтянул провисший трос, дополнительно обмотав им верхушку стойки.
Когда троица уже разогрелась с мячом, Вадим предложил обсудить план тренировки.
– Итак, проблема Лины носит больше психологический характер, поэтому одной техникой и наработкой тут не обойтись. Нужно понять природу ее страха. Лина, ты можешь быть с нами откровенна и поделиться, о чем именно ты думаешь, когда ждешь подачу?
  
Лина перевела взгляд с Вадима на Виталика и обратно, потом заметила заусеницу на пальце и посчитала, что сейчас самое время с ней справиться.
– Евангелина? – От важного занятия ее оторвал Вадим. – Мы не сможем помочь, если ты не поделишься. Да, у меня есть подозрения, но нужна версия из первых уст.
Признаться в страхе, да еще и покопаться в собственных мыслях, было непросто. Лина вернулась в начало последнего матча с «Факелом», чтобы вспомнить, о чем думала на приеме.