Королева скандала
— Может быть, вы станете писательницей, — предположил Эрнест, — или поэтессой.
Эти слова пробудили в ней какое-то новое ощущение, и Мэри рассмеялась:
— О боже, в этом я сомневаюсь. Как бы то ни было, спасибо вам за то, что не говорите мне о том, что это Божья воля, как постоянно твердит моя мать. Богом меня не убедить, если уж на то пошло.
Эрнест посмотрел на потолок, а потом снова на Мэри.
— Нет. Молния с небес вас не поразила. Это радует.
Они проговорили больше часа, и у Мэри появилось удивительное ощущение, что она вышла из своего кокона и обнаружила, что тяжелое бремя горя, которое давило на плечи все лето, стало легче. Она увидела в себе женщину, которой снова интересна жизнь, — и что-то изменилось. По крайней мере, ей снова захотелось вернуться в мир, где первые падающие на землю листья знаменуют собой наступление осени.
* * *От Уоллис почти не было известий, пока она была на Дальнем Востоке, но в декабре 1925 года пришло письмо из места, находящегося неподалеку.
«Я вернулась, — писала она, — и живу в городе Уоррентон, штат Виргиния. Мне сказали, что этот способ получить развод потребует меньше всего затрат. Я должна прожить здесь год, и это будет стоить триста долларов, но игра явно стоит свеч!
Здесь, в Уоррентоне, есть два-три человека, с которыми можно общаться, но, боюсь, я скоро устану от них, и надеюсь, что вы с Жаки не будете возражать, если я появлюсь у вас на пороге, брошу свой багаж и стану умолять вас вернуть мне бодрость духа».
Мэри улыбнулась: может быть, небольшая доза «уодлис ификации» — это как раз то, что доктор прописал.
Глава 16
Брайтон. 7 сентября 1997 года
Алекс вернулся в Брайтон вечером после похорон, и следующее утро они с Рэйчел провели в постели, изучая воскресные газеты. Рэйчел очень соскучилась по любимому за неделю. Для нее это время оказалось очень нервным, и ей хотелось обсудить все произошедшее с Алексом.
— Как магазин? — спросил он, целуя Рэйчел в плечо. — Возвращаешься в русло?
— Вчера открылась, но заработала всего пару сотен фунтов стерлингов, потому что ассортимент еще невелик. — Ее так и подмывало рассказать любимому о страхе, сдавливавшем грудь тугим кольцом, и паническом ужасе, что она потеряет всё, над чем так долго работала, но гордость оказалась сильнее.
— Я могу тебе чем-нибудь помочь? Может, попросить друзей, чтобы они прошерстили гардеробы своих бабушек?
Алекс старался помочь, но Рэйчел не хотелось, чтобы все их друзья узнали о ее трудностях.
— Спасибо, но все это кончится только горой разного хлама, который мне еще придется разбирать.
— Ладно, но помни о моем предложении, — сказал он и открыл газету «Санди таймс», где целый разворот был посвящен Диане, — и просто скажи, если тебе потребуются деньги, чтобы пережить трудное время.
Рэйчел протянула руку за газетой «Обсервер».
Во всех СМИ было бесконечное количество фотографий похоронной процессии, высокопоставленных гостей и катафалка, который вез гроб с телом Дианы. Там же ехали остальные близкие родственники принцессы, и водитель смахивал щетками с ветрового стекла цветы, которые бросали люди. На большинстве разворотов было запечатлено место аварии, и Рэйчел стала читать заметки из любопытства, чтобы узнать точку зрения разных журналистов.
— Как ты думаешь, это правда, что Диана и Доди были помолвлены? — спросила она Алекса. — Здесь пишут, что он якобы попросил ее выйти за него замуж в ночь, когда они погибли, — в то же время, когда и ты сделал мне предложение. Совпадение, да?
— Это, конечно, несколько странно, особенно если учесть, что они были вместе всего шесть недель или около того.
Рэйчел продолжила читать.
— Доди не планировал так сильно загодя, как ты. Тут сказано, что он только в шесть вечера выбирал кольцо в ювелирном магазине возле отеля «Ритц». Ты гораздо организованнее.
— Я не мог иначе. — Алекс поцеловал ее. — Зна — ешь ли ты, сколько времени я провел в поисках кольца, которое тебе подошло бы? Месяцы мучений…
— Ведь я бы не вышла за тебя замуж, если бы ты выбрал не то кольцо. Дурачок. — Она любя ущипнула его за щетинистый подбородок. — В газетах пишут, что кольца у Дианы не было, когда она погибла. Может быть, он собирался сделать ей предложение позже.
— Возможно, кольцо ей не понравилось. Или не подошло по размеру.
Рэйчел нахмурила брови. На последних фотографиях, где Диана выходила из «Ритца», она выглядела серьезной и поглощенной своими мыслями, совсем не похожей на женщину, которая только что получила от любимого мужчины предложение выйти за него замуж. У самой Рэйчел улыбка не сходила с лица после того, как в тот самый вечер Алекс предложил ей руку и сердце. Они оба хихикали, как дети, и их распирало от счастья.
Дальше в статье говорилось о том, что ранее в тот день Диана и Доди прилетели в Париж и прямо из аэропорта отправились на виллу Виндзор в Булонском лесу, где когда-то жили Эдуард VIII и Уоллис Симпсон. Теперь виллу арендовал у французского государства Мохаммед аль-Файед.
— Тут о том, что Диана с Доди собирались использовать виллу Виндзор как один из своих домов, — сказала она Алексу. — Это было бы неплохим решением, тебе не кажется? И Диана, и Уоллис были для британской монархии как бельмо на глазу. Интересно, они виделись когда-нибудь?
— Им было бы о чем поговорить, — задумчиво произнес Алекс. — Диана хотела дискредитировать будущего короля. Она якобы сказала Чарльзу во время развода, что «уничтожит» его, а Уоллис фактически заставила Эдуарда VIII отречься от престола. И еще они, так же как и ты, были модницами.
— Мне очень нравится стиль Уоллис, — мечтательно произнесла Рэйчел. — Она держалась на вершине списка самых хорошо одевающихся женщин десять лет подряд после Второй мировой войны.
Конечно, во многом благодаря куче денег, но в любом случае ее наряды были и элегантными, и оригинальными.
— В момент гибели на Диане были туфли от Версаче, жакет от Армани и черный пояс из крокодиловой кожи от Ральфа Лорена, — отчитался Алекс. — Эту информацию я уже знаю как «Отче наш».
— Впечатляет, — усмехнулась Рэйчел: Алекс был очень далек от моды. — Я тебе не говорила, что на этой неделе общалась с подругой Дианы?
— Правда? — Алекс моментально обратился в слух. — С кем же это?
— С одной из моих поставщиц. Она плакала и никак не могла успокоиться, пока мы разговаривали по телефону, и у меня сложилось впечатление, что они с Дианой были достаточно близки. — И Рэйчел пересказала беседу Алексу.
— Ты могла бы познакомить меня с ней? — спросил он. — Мне будет нужна какая-нибудь подруга Ди для фильма, но в Лондоне я не знаю ни одной, с кем можно было бы поговорить.
Рэйчел ужасно не понравилась эта идея. Со Сьюзи у нее было исключительно деловое знакомство, и пользоваться им в каких-то других целях было бы некорректно.
— Лучше не стоит, — начала она. — Сейчас она убита горем. Это было бы неправильно.
— Но ты бы мне очень помогла, — сказал Алекс, не обращая внимания на ее возражения. — Как оказалось, очень нелегко уговорить человека говорить на камеру.
Он взял кофейник, чтобы долить себе кофе, но тот оказался пуст.
— Теперь моя очередь, — сказал Алекс и, поднявшись с кровати, направился на кухню. Вскоре до Рэйчел донесся звук вскипающего чайника, а потом открывающейся и закрывающейся дверцы холодильника.
Когда Алекс вернулся, на его лице сияла улыбка, а в глазах плясали веселые чертенята. Он поставил кофейник на прикроватную тумбочку и вдруг, внезапно смахнув все газеты на пол, ринулся на Рэйчел, припечатав ее к подушкам. Алекс склонился над ней, собираясь поцеловать, и одновременно начал поглаживать большими пальцами ее соски, отчего его возлюбленная блаженно улыбнулась.
— Как замечательно ты придумал, — проворковала она.
Одной рукой он удерживал ее руки над головой, а другой раздвинул ноги. Рэйчел, тяжело дыша, приподняла бедра навстречу любимому и полностью растворилась в нем.