Измена. Новая жизнь (СИ)
— Света-а-а, что случилось-то?
Допиваю вино длинным глотком.
— Чужие трусики в кармане мужа случились.
Лика хихикает, но я так зыркаю на неё, что он быстро извиняется.
— Прости, но звучит смешно.
Долгий выдох, и остатки воздуха покидают лёгкие.
— Звучит, может, и смешно, а вот ощущается — не очень.
Глава 9
— Так, что произошло? — по-деловому строго спрашивает Мила.
И тут из меня начинает сыпаться информация о событиях последних дней.
Девушки сидят, открыв рты, ловят каждое слово. Будто я не жизнь свою рассказываю, а краткий пересказ какого-то сериала.
Признаться честно, есть у меня ощущение, что попала я в дешевое кино.
Я выдаю самое основное: о нижнем белье в пиджаке, о моей поездке в аэропорт, об операционном директоре и их такси на двоих, а вот об угрозах Тёмы предпочитаю молчать. Думаю, что позже, когда переварю утренний разговор с пока ещё мужем, поделюсь с Милой.
Когда замолкаю, подруга печально смотрит на меня, затем наклоняется, чтобы похлопать по руке.
— Ах, не надо меня жалеть, — одёргиваю ладонь и прикладываю её ко рту, чувствуя, что ещё секунда, и разревусь.
— А что надо? Поругать козлину эту?
Знала бы Мила, насколько Артём в действительности окозлился!
Киваю. И подруга начинает выполнять свою миссию. Затем спрашивает:
— Разводиться будешь?
— Планирую.
— Правильно, я бы не смогла терпеть.
— Глеб у тебя надёжный.
— Тёма твой тоже надёжным казался.
— Он умеет пускать пыль в глаза.
Какое-то время мы обсуждаем мужчин, Лика рассказывает какую-то историю из жизни. Не своей, чужой, а Мила для меня поясняет.
— Лика у нас одиночка. Мужей нет, только любовники.
— Я поняла, что так проще, — кивает.
— Может, ты и права…
Это я вслух говорю, но ведь понимаю, что каждому своё. Я всегда мечтала о крепкой семье, о детях, совместных отпусках и праздниках, счастливом доме, а что получила?..
Удар в спину? Предателя под боком? Ещё и кучу угроз, вместо покаяния. Хоть бы извинился, сказал, что ему жаль. Но нет… лучше внушить мне, что я всё придумала, чем признать факт собственного падения.
Когда Лика уходит, Мила пересаживается ко мне поближе и обнимает.
— Может, у Алиски из-за отца такое состояние? Не думала?
— Думала? Он нервный и раздражительный стал, как там всё закрутилось. Это я так думаю. Так что… всё может быть.
— Вы когда к психологу?
— Пока не знаю.
— Ты что, ещё не записалась?
— Собиралась, но… чёрт, перенервничала перед разговором с Артёмом и из головы всё повылетало. Я ужасная мать.
— Ты отличная мать, хватит само уничижаться. Звони давай. Телефон же есть.
— Так суббота. Да и время уже…
— И что? Администратор запишет на свободные дни.
— Да? — приподнимаю бровь, затем беру сотовый и ищу номер центра.
И действительно — милая девушка администратор вежливо спрашивает имя «пациента», возраст, мои пожелания по специалисту.
«Даже так?» — думаю я.
— Если можно, то к женщине постарше… спокойной такой, располагающей к себе. Так лучше будет.
— У нас все специалисты спокойные. И вежливые, не переживайте. Давайте запишу к Алисе Александровне. Как раз будет что-то общее, они же тёзки с вашей дочкой, это уже должно расположить девочку к общению. Плюс у Алисы Александровны прекрасная многолетняя практика и дети идут на контакт с первого сеанса.
— Отлично, нам подходит.
Забиваю время в календарь, когда кладу трубку. Потом взмахиваю телефоном и кидаю его на диванчик рядом с собой.
— Дело сделано, — рапортую Миле.
— Молодец, а теперь… пошли играть в «Лото», потому что, кажется, вторая часть «Холодного сердца» почти закончилась.
— А-а-а… — поскрипываю, как старая вешалка, когда встаю с дивана. — Можно мне кофе перед этим? А то я спать хочу.
— Кофе? Конечно… Сейчас будет ударная доза эспрессо.
— Нет, ударную не надо, я ещё хочу ночью забыться сном, а не лить воду на мельницу переживаний… и сожалений.
— Как красиво ты выражаешься, Светка. Нет бы просто сказать: истерить и накручивать. Дам тебе снотворного, если будут проблемы. Не переживай, у меня всё в аптечке есть.
Знаю, что Мила шутит, но улыбаться совсем не хочется.
Я словно пустой сосуд после того, как высказалась. И легче, вроде, не стало, хотя должно было бы…
Вечером до сна болтаю с дочкой, стараюсь улыбаться и делать вид, что всё отлично. Аккуратно сообщаю ей, что в понедельник мы пойдём пообщаться с одной тётей.
Алиса спрашивает, что там будет.
— Вы просто поговорите, может, поиграете немного, ты, главное, делай, как она попросит, отвечай, когда спрашивает.
— Это как урок?
— Нет, что ты… Простая беседа. Иногда людям надо разговаривать, чтобы понять друг друга.
— Как мы сейчас?
— Да, как мы.
— И вопросы можно задавать?
— Естественно.
Алиса на секунду прислоняется головой к моему плечу, потом выдаёт:
— Мам, а что с папой?
Вздыхаю невольно. Вот что я могу ответить ребёнку конкретно на этот? Ведь вопросов дальше будет ещё больше, когда или Артём, или мы съедем с квартиры. Как объяснить Алисе эти перемены? Не сделаем ли мы ещё больнее ей? Вдруг станет хуже? Кошмары усилятся, нервное напряжение возрастёт? Ещё бы понять, что с ней сейчас происходит.
— Папа в городе остался.
— Это я поняла, а вообще, что с папой?
— В каком смысле, милая?
Я не отказываю ей в ответе, просто пытаюсь понять, что конкретно дочь имеет в виду. Но, видимо, в данном случае, психолог из меня хреновый. Вот поэтому нам и нужен специалист.
Алиса долго молчит, потом, будто что-то решив про себя, жмёт плечами.
— Не помню. Ни в каком.
Смотрю на неё вопросительно, но Алиса берёт с дивана куклу, одетую в джинсовку, с огромными глазами и начинает что-то мне про неё рассказывать. В моём детстве были популярны Барби, а это, на мой взгляд, что-то несуразное и не совсем пропорциональное, но современным детям нравится.
Поддакиваю, задаю вопросы и глажу дочь по волосам, думая, что же конкретно она имела в виду?
А ещё про то, что завтра надо возвращаться домой, где нас поджидает Артём…
Впервые мне не хочется ехать в собственную квартиру.
Глава 10
Утром спускаюсь на первый этаж пораньше, решаю, что можно приготовить завтрак на всех. Только оказывается Мила меня уже опередила. Колдует над блинчиками, мурлыкая что-то себе под нос.
— Доброе утро.
— Доброе, — оборачивается. — Ну как? Полегчало?
— Ну… так, — неопределённо кручу ладонью.
— Скушай блинчик, точно полегчает. Глюкозный удар тебе в помощь.
Я прохожу в зону кухни, сажусь на стульчик у островка и кладу ладони на мраморную столешницу. Дом у Милы и Глеба — что надо. Всё новое, модное, не дача в традиционном понимании слова, а райский уголок. Просторный, светлый, уютный. Вокруг здания газон, есть небольшой плодовый сад позади, а в целом — никаких грядок. Только место для гриля, да небольшой деревянный домик принцессы для Сашки.
Мила ставит передо мной тарелку и упаковку сгущёнки, которой я щедро поливаю блин.
— Я ведь тебе всего вчера не рассказала.
— Чего конкретно?
— Ну, например, что хитровыдуманный Артём не хочет развода.
— Ха-ха, как будто его спрашивали.
Мила в своём репертуаре, но когда я ей передаю его слова про то, что он может отжать у меня дочь и квартиру, выставив психически ненормальной, она хмурится.
— Тебе нужен компромат на него и этого, как там её, операционного директора. Фотки, переписки, разговоры.
— Детектива, что ли, нанять? Откуда у меня такие деньги?
— Найми… или сама подлови, — кивает. — А ещё… ну может, тебе первой пройти комиссию и заиметь справку, что с твоей кукухой всё в норме?