Полюбить, так шпиона!
Дамы из школы в ресторане, судя по тостам, отмечали День учителя, взяв на троих самую дешевую бутылку вина. Такое же пил последний посетитель, мужчина, внешность которого ни Бусинка, ни другие представительницы слабого пола не могли рассмотреть, – он сидел ко всем спиной и смотрел в телевизор, прикрепленный к стене. По нему транслировали футбольный матч, но без звука. Мужчина был в толстовке и бейсболке, и то, что он не снял головной убор в помещении, возмущало Эмму Дмитриевну.
Нинель хотела подойти к дамам, чтобы поздравить с профессиональным праздником, как в зал зашел он…
Джеймс Бонд! Статный брюнет в идеально сидящем костюме. На лице легкая усмешка, в глазах искорки, на волосах гель, в руке чемоданчик из матовой кожи. Такие в ее детстве называли «дипломатами», позже переименовали в кейсы.
– Бондарев? – не поверила своим глазам Нинель. На его аватарке был именно Джеймс Бонд, и она просила прислать настоящее фото, но тот уверял, что оно реальное. Она не верила, а, выходит, зря!
– Бондарев. Женя Бондарев, – в стиле агента 007 ответил ей он.
– Наш столик еще не готов…
– Сойдет и этот. Главное – за ним ты! – Женя подошел, взял ее за руку, все еще потную, с легкой сыпью, появившейся после того, как Нинель зараз слопала коробку конфет, и поцеловал.
Он опустился на стул, кейс поставил на соседний.
– Ты надолго к нам? – спросила Нинель. Она немного оробела при виде Жени и задала самый безопасный вопрос.
– Все зависит от тебя, Бусинка.
«Если так, ты тут поселишься!» – мысленно ответила ему она. С первого взгляда до этого не влюблялась, но и столь блестящих мужчин не встречала. Вслух же Нинель сказала:
– Если тебе не нужно срочно отправляться в командировку, я бы посоветовала задержаться в наших краях. Места у нас красивые, а я неплохой гид.
– Места у вас – да… Красивые! – Он уткнулся взглядом в ее декольте. Это Нинель не особо понравилось, но она решила, что парень поддерживает образ сексиста Джеймса Бонда.
– Могу я спросить, чем ты занимаешься? Столько командировок за год…
– Скажем, я служу родине.
– Ты военный?
Он покачал своей красивой головой. И тут Нинель осенило:
– Агент национальной безопасности? – Ох, как она любила когда-то Михаила Пореченкова, играющего эту роль в сериале. Замуж за него собиралась!
– Тшшш… – Женя приложил палец к ее губам. – Я еще не закончил одно серьезное дело, и если кто-то меня рассекретит, оно будет провалено.
– Ты поэтому плутал? Заметал следы?
Женя не ответил. А все потому, что заметил мужчину в бейсболке.
– Кто это? – спросил он у Нинель.
– Без понятия.
– Не ваш, значит?
– Не знаю, он спиной сидит. Да я и в лицо не всех помню, у нас же не деревня, а пусть маленький, но город.
– Подозрительный тип.
– Разве?
– Похоже, у него в кармане пистолет – он оттянут.
– Или связка ключей? – предположила Бусинка.
– Сейчас я уроню вилку. Звук привлечет всех, и они посмотрят в нашу сторону. Когда обернется мужик в бейсболке, запоминай его лицо. – И, не дав ей вставить хоть слово, скомандовал: – Раз, два, три, погнали!
Вилка полетела на пол. Когда она ударилась о гранит (ресторан располагался в бывшем здании Дома пионеров), раздался звон. Все, как и планировал Женя, оглянулись. Точнее, трое мужчин и Костик со своей самой удачной третьей женой. Шальная же и три училки и так не сводили глаз с Жени-Джеймса. Командировочные померкли на его фоне!
Мужик в бейсболке был точно не местным. Как Нинель поняла это? Да очень просто: в их городке не было никого с татуировками на лице.
– Запомнила? – спросил Женя спустя пять секунд, – ровно настолько они привлекли внимание незнакомца.
– Сломанный нос, седая щетина, карие глаза, – отрапортовала Нинель. – На скулах татуировки.
Женя напрягся, услышав о них.
– Какие? – уточнил он.
– Какие-то письмена. Будто арабские.
– Ацтекские.
– Ты знаешь этого типа?
– Я знаю, из какой он банды. – Женя наклонился, чтобы Нинель смогла услышать его шепот: – Она называется Шолотль. В ацтекской мифологии это бог грозы и смерти.
– И чем эта банда занимается?
– Заказными убийствами важных политиков и бизнесменов. Мы год пытаемся накрыть ее, и я руковожу этой операцией.
Нинель ахнула. Значит, бандит в кепке по Женину душу!
– Не пугайся, Бусинка, – тепло улыбнулся ей Бондарев. – С тобой ничего не случится, как и с остальными посетителями кафе.
– А с тобой?
– Тоже. Пока я тут, мне нечего бояться. Банда Шолотль никогда не применяет насилие на людях, поэтому ее так трудно поймать.
– Но ты когда-нибудь выйдешь из ресторана… И что тогда?
Он проигнорировал ее вопрос, но задал свой:
– Где в этом заведении туалет?
– Выходишь из зала и налево.
– Я сейчас пойду туда, чтобы отправить сообщение коллегам. Пока не вернусь, приглядывай за моим кейсом, он очень ценен.
Он тут же вскочил, чтобы покинуть зал. Нинель опять не успела ничего сказать или сделать.
– Почему ты не сказала, что у тебя свидание? – услышала она голос Камиллы. Та покинула свой пост только ради того, чтобы удовлетворить любопытство. – Столик готов, можешь пересаживаться.
– Я пока тут останусь.
– Иди, дура, за занавеску. С таким красавцем целоваться надо начинать после первого же фужера.
– Завидуешь? – елейным голоском протянула Нинель. Беспокойство за Женю не мешало радоваться тому, что она смогла утереть нос заклятой подружке. Та, как она слышала, после развода сидит на сайте знакомств, но безрезультатно.
– Тебе никто никогда не завидовал, – процедила Мамаева. – Ты, Бусыгина, жалкая! Некрасивая и бездарная. Ты посмешище.
– Не ты ли, бывшая подруженька, мой главный хейтер? Тот, кто меняет ники, но не контент? Опозорить меня хочешь? Унизить? Доказать всем, что я жалкое посмешище? Да только после твоих роликов у меня подписчиков больше становится. Плохая реклама тоже реклама!
– Не понимаю, о чем ты. Я в интернете только фильмы смотрю.
– Еще мужиков ищешь! Или забыла о своем профиле на сайте знакомств?
– Девочки, а вы все дружите? – Этот вопрос застал обеих врасплох. Исходил он от Эммы Дмитриевны. Физичка встала из-за стола и подошла к ним. – Помню, в школе были неразлейвода.
– С праздником, Эмма Дмитриевна! – поздравила ту Нинель. – День учителя сегодня, не так ли?
– Спасибо, дорогая. А ты что отмечаешь?
– А мне повод для похода в ресторан не нужен…
– Кто это с тобой? – выглянула из-за плеча физички «лаборантка». Хорошо они с одной бутылки захмелели. Или еще в школе приняли на грудь?
– Это мой поклонник.
– Такой красавчик, как из кино. Он артист?
– Да, – зачем-то ляпнула Нинель. – Мы с ним в «Останкино» познакомились.
– Где снимался? Лицо такое знакомое…
– Марина Игоревна, отстаньте от Нинель, – одернула коллегу Эмма Дмитриевна. Эти чудачки и вне работы друг к другу по имени-отчеству обращались. – Пойдемте носики пудрить, как и планировали.
И, взяв ее под руку, увела. Камилла тоже отошла от столика Нинель. А та не знала, что делать. Ей велели ждать и сторожить кейс, но хотелось пересесть и заказать уже наконец шампанского. Мяса с картошкой тоже хотелось, потому что салат – это не еда, а она умирала от голода. Другим от стресса ничего в глотку не лезет, Бусинка же за обе щеки уплетала всегда, а еще больше, когда нервничала.
Голод победил! Она взяла чемоданчик, чтобы вместе с ним пересесть и сделать заказ, но так и осталась на месте. Член банды, название которой Нинель забыла сразу после того, как услышала, поднялся со стула. Он оказался очень высоким, почти двухметровым, широкоплечим, но пузатым. Громила обвел зал тяжелым взглядом. Шальная императрица поймала его и растерянно заморгала. Похоже, у нее появился новый фаворит. Бандит же не обратил на Людмилу внимания, он видел только кейс в руке Нинель.
Бусинка прижала его к груди. Так просто она шпионский чемоданчик не отдаст!