Родословная. Том 7 (СИ)

В тот же миг я оказался рядом.
Без лишних церемоний прижал её ногой к полу, не позволяя подняться. Со стороны это, может, и смотрелось грубо, даже некрасиво, но бой есть бой. И я учу своих людей тому, что на поле битвы нет места эстетике. Только ты и твой противник. И побеждать нужно быстро. Хладнокровно. Любой ценой.
Тем более, когда речь идёт о Разломах, где монстры не будут ждать, не выйдут по одному, не предложат дуэль. Они пойдут толпой. Сожрут. И никто не вспомнит, насколько «честным» был твой стиль боя.
  
Это была демонстрация. Визуальный маркер того, что Катрина проиграла — не потому, что она была слаба, нет. Просто на этот раз я оказался на шаг впереди. Она это понимала. Я видел по глазам: раздражение, упрямство, но ни капли обиды.
Пару секунд она ворочалась, пытаясь сбросить мою ногу, но когда поняла, что момент проигран, просто сдалась. И тогда я шагнул назад, позволив ей встать.
В этот момент на нас обрушился восторг.
Младшие члены рода — все эти мальчишки и девчонки, затаившие дыхание во время схватки, смотрели с восхищением. На меня. На Катрину. На саму идею поединка как такового.
Вот так и формируются идеалы.
Я, не удержавшись, улыбнулся, развёл руками и картинно поклонился детишкам. Вслед за этим протянул руку Катрине и помог ей подняться.
— Мог бы продержаться и подольше, — недовольно проворчала она, отряхивая штанины и в то же время не скрывая довольной усмешки.
— Ну, знаешь ли, моей выносливости хватит на двоих таких, как ты, — ответил я ей в той же манере, что мелькала у неё в глазах.
Катринa только хмыкнула.
Она всегда любила игру с подтекстом. Любила двусмысленность. Любила оставлять пространство для фантазии — своей и чужой. А я, в свою очередь, не мог отказать себе в удовольствии поддразнить её. Смотреть, как на секунду в её взгляде мелькает румянец. Как она чуть отворачивается, скрывая реакцию.
Да, возможно, из этого ещё выйдет масса хлопот. Но, честно говоря, это было слишком весело, чтобы остановиться.
Мы уже успели удалиться от основной группы тренирующихся. Бойцы, к этому моменту успокоившись после нашего боя, вернулись к отработке приёмов, вполголоса обсуждая приёмы, которые видели в нашей схватке. Всё же они в значительной степени полагались на то, что демонстрировали мы с Катриной, и стремились повторить или хотя бы понять — как достигнуть схожего результата.
Сам я не придерживался какой-то одной техники. Предпочитал действовать по ситуации, впитывая подходы разных мастеров. Когда ты одно время путешествуешь столько, сколько я, поневоле собираешь по крупицам стили, подходы, приёмы. Строишь своё боевое искусство как мозаичный клинок — и каждый осколок уместен по-своему.
— Встретил твоих «родственников» на аукционе, — задумчиво начал я, глядя вперёд. — Местную стаю оборотней. Оказывается, они частично участвуют во всей этой аукционной истории и снабжают Ланцова товаром.
— Ну, в этом плане… — Катрина фыркнула. — Местная стая повязана со слишком многими. Так что я совсем не удивлена, что ты их там увидел. Другое дело, что они так явно показались на людях.
— Согласен. С одной стороны — странно. С другой… — я пожал плечами. — Вряд ли в этом была глобальная задумка. Доставили товар и ушли. Просто бизнес. И, в целом, меня они не узнали. Так что проблем быть не должно. Тебя-то они больше не трогают? — уточнил я после небольшой паузы.
Катрина довольно усмехнулась в ответ и провела рукой по своей груди, дразнясь и вызывающе смотря на меня.
— Да нет, после того, как ты им показал, почему меня не стоит трогать, никто ко мне не лез. Опасаются теперь последствий. Кто бы мог подумать, Демиан, — она весело рассмеялась, — чтобы решить все мои проблемы, нужно было просто найти достойного покровителя, который всё возьмёт на себя.
— Ну ты только не усердствуй слишком, — хмыкнул я. — Покровитель покровителем, но если ты начнёшь действовать необдуманно, я не смогу прикрыть тебя от всех последствий. И потом это может вылиться в куда более серьёзные проблемы.
— Да знаю я, знаю, — отмахнулась девушка. — Просто… странно это всё. Сколько лет я ломала голову над тем, как в стае уладить положение, как добиться уважения, как выжить. А оказалось, всё решается вот так. Немного даже обидно, если честно.
— Ладно тебе прибедняться, — усмехнулся я. — Никто же тебя не просил нарываться на рожон. Сама во всё это влезла.
Катрина закатила глаза, но ничего не ответила. Зато улыбка на лице осталась. Та самая — с хищной примесью довольства.
— Тоже верно, — неожиданно спокойно согласилась Катринa.
Я, признаться, ждал совсем другой реакции. Острого комментария. Упрёка. Но, видимо, даже она умела удивлять.
— Но это же не значит, что я должна изменять себе, — продолжила она. — Тем более что под местную стаю я всё равно подстраиваться не собиралась. Это был всего лишь визит вежливости, а они решили разыграть свою собственную комбинацию… со мной в главной роли. И — без моего разрешения. Вот и получили, что получили.
Я кивнул. Да, всё случилось именно так. Катринa никогда не была «удобной». Она не пыталась прикидываться кем-то другим, не маскировалась под ожидания общества и своего окружения. Слишком прямая, слишком… честная. В том числе и с самой собой.
Пожалуй, одна из немногих, кто не боялся высказывать в лицо то, что думал. Всё прямо, без завуалированных фраз. Исходя исключительно из того, что чувствовала сама. Без оглядки на мнение окружающих, без страха осуждения. Делала то, чего хотела. Говорила, как считала нужным. Жила — по своим правилам.
И, стоит признать, такая манера поведения импонировала. Может, именно поэтому Катринa и смогла оказаться на грани между нашими видами. Не вампир. Не волчица в привычном понимании. А нечто… своё. Уникальное. Не признающее ни рамок, ни ярлыков.
И именно поэтому здесь она была своей и никто не сомневался, что место Катрины в роду Динас и никак иначе.
После этого мы немного размялись и в целом позанимались на тренажёрах, чтобы затем повторить наш спарринг — уже не с целью победить противника, а для тренировки. Катрина, похоже, хотела изучить приёмы, с которыми была не знакома, более детально. В следующий раз она наверняка хотела бы использовать их против меня. Всё ради того, чтобы однажды превзойти меня.
Я ничего ей на это не говорил — в принципе, был не против того, чтобы Катрина, как одна из представителей моего рода, развивалась. А то, что у неё в итоге не получится обойти меня, оставалось за кадром. Зачем лишать надежды девушку, которая так стремится стать лучше?
Тем более, Катрина и сама прекрасно понимала, что её желание, скорее всего, никогда не исполнится. Но её упрямство было сильнее любых доводов разума. Поэтому мы продолжили наш тренировочный спарринг, и теперь уже не собирали столько зрителей, как в прошлый раз — потому что в этот раз не было ничего зрелищного. Некоторые моменты мы повторяли по десятку раз, пока у Катрины не получалось ответить на мою атаку хотя бы более-менее правильно.
Благодаря Катрине я и сам неплохо размялся и отправился дальше заниматься делами, которые положено выполнять главе рода. Чем хорошо быть главой молодого рода — всегда можно сказать, что у тебя есть дела, связанные с деятельностью семьи, и под этим предлогом тихо скрыться.
Всё же брать на себя целый род я никогда не планировал — это, можно сказать, произошло само собой. Просто вокруг меня начали собираться люди. А бросить их на произвол судьбы я тоже не мог.
Вот и выходило, что я не был из числа местных аристократов, которые с детства стремились к ещё большей власти. Меня вполне устроил бы просто хороший дом, отличные повара и всё такое. А вот заниматься всей этой мелочёвкой — хоть убейте, не хочу.
  
Поэтому так хорошо, что у меня есть верные слуги, которые берут на себя большую часть различных поручений. Это не засоряет моё личное время и позволяет заниматься тем, чем я, действительно, хочу, вместо того, чтобы разнести всё к чертям просто из-за очередных обсуждений закупок продовольствия и канцелярии. Всё же такие мелочи являются обычной рутиной главы рода и требуют лишь наличия средств. Благо, и здесь всё было сделано в лучшем виде — от меня требовалось совсем немного участия, что устраивало все стороны.