Одна ночь (ЛП)

— Я уже не спала, просто лежала. Почему бы тебе не войти?
Открыла дверь и жестом указала на диван в гостиной.
Медленно и чопорно она присела на край дивана, а я устроилась на другом краю, подальше от нее.
— С Делани все в порядке? — спросила я.
— О, да. С ней все отлично. Я оставила ее с мальчиками. Они смотрят вместе мультики.
Я постаралась представить Делани вместе с братом. И мое сердце снова заныло от боли из-за потери сына…
— А Майкл? — подумала о том, чтобы приготовить кофе и предложить ей, но не хотела, чтобы наш разговор затянулся.
Нет, я лучше побуду грубой хозяйкой. Возможно, она скоро уйдет.
— Майкл уехал в Рино утром, — произнесла она таким ровным тоном, словно ее не волновало, пришел он или ушел.
— Мне казалось, что он только прилетел домой из Чикаго или… Оклахомы? — на подлокотнике кресла была оторванная нитка. Я наматывала ее вокруг пальца.
— Оклахома. Да, все верно, но ему снова пришлось уехать. Ну, ты знаешь, как это…
Повисли несколько секунд неловкой тишины между нами, и внезапно мне захотелось никогда не вылезать из постели.
К сожалению, я знала, какого это.
— Что я могу для тебя сделать? — спросила я, переходя прямо к делу.
Саманта прокашлялась.
— Майкл просмотрел прошлой ночью камеры, и ты оказалась права. Кто-то ошивается вокруг нашего дома.
Я сделала глубокий болезненный вдох.
— Думаешь, кто-то следит за Делани? — спросила она.
— Да, — сказала я, снова сжав челюсти. — И уверена, что знаю, кто это.
Последним человеком, которому я хотела бы довериться, была красавица — жена моего бывшего мужа, но решив, что она была главной частью жизни Делани, рассказала ей правду.
Я поведала ей о парнишке МакДэниелов и домогательствах к Делани.
— Это он? Обнаженное фото его?
Впервые я увидела ее похожей на Делани: настороженность ослабла, плечи поникли, Саманта прикрыла руками лицо.
— Я хочу его убить, — прошипела она. Ее слова потрясли меня.
— Не уверена, что именно он наблюдает за ней, но надеюсь, что теперь оставит ее в покое.
— Почему ты считаешь, что он остановится?
Мне не хотелось рассказывать ей о Бене или о нашем маленьком розыгрыше, который мы провернули вчера ночью, будучи пьяными, но мне придется. Нужно рассказать кому-то, кто также обозлен, как и я, о том, что произошло с моей дочерью?
— Умно, — произнесла Саманта, заговорщически улыбаясь, — Но, — произнесла она, скрыв усмешку, — если это не сработает, у меня есть другая идея.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ
НАШИ ДНИ
Посреди моей спальни находился мертвый незнакомец и мертвый одноклассник Делани.
Сюрреалистичное ощущение… А затем снова сработал инстинкт самовыживания: с помощью Пэм или без нее, мне стоит разобраться с этим, не вызывая полицию. Мы избежали одно убийство… Но дважды? Нет, ни в этот раз…
— Мы не можем позвонить им, пока не можем, — сказала я, держа ее за руки и стараясь заглянуть в лицо. Она дрожала, бледная, словно простыня, и я уже пожалела, что позвонила ей.
— Мне нужно разобраться с этим. Нужно немного времени…
— Когда его освободили? Разве нам не должны были сообщить об этом? — проскулила Пэм.
— Как бы они это сделали? — Я огрызнулась и произнесла немного тише. — У нас новые личности, помнишь? Если только они не позвонили твоим родителям…
Бабушка Пэм умерла около десяти лет назад. Добрая женщина. Я сблизилась с ней лучше, чем Пэм. Часто меня мучал вопрос, не ревнует ли она. Пэм несколько раз возвращалась в Джорджию, навестить родителей, но я этого не делала.
Для меня там ничего не осталось.
Я почти не упоминала наши прежние жизни, и одно воспоминание о родителях Пэм вернуло меня на двадцать лет назад.
Она не говорила о них годами.
— Пэм, ты общаешься с ними? Полиция им ничего не говорила?
Пэм покачала головой.
— Они бы позвонили и сказали, но мы не общались долгое время. Иногда мне кажется, что проще забыть все, весь город…
Это меня удивило. Я всегда считала — надеялась — что она поддерживает связь с Нордстромами. Когда они отправили нас в Индиану, не думаю, что они навечно пытались оградить нас. Но все же они не знали, насколько мы виноваты на самом деле.
 
— Об этом должны были сообщить в сети. Если не в новостях штата, то по крайней мере должна быть статья в местной прессе…
— Ты права, — Пэм выпрямилась, выглядя более спокойной. Ей становилось лучше, когда появлялась цель. — Я посмотрю в сети. Если он вышел, нам нужно знать это наверняка.
Мне уже было известно об этом. Но на самом деле я нуждалась в осознании того, что Пэм доверяет мне.
Я нуждалась в ее поддержке, как и несколько десятилетий назад.
Когда я увидела, как она занимает мой стол, осознала, что Пэм никогда здесь прежде не была. Мы долгие годы были друзьями, но часто ли тусовались в моей комнате? Неужели все эти годы мы отдалялись друг от друга?
Она быстро щелкала пальцами по клавиатуре. Прямая спина выдавала напряжение и самоотдачу своей миссии, словно Пэм добилась нового счета на работе.
— Есть что-нибудь? — спросила я, грызя ногти. Мне нужно сесть и восстановить дыхание, но я была взвинчена. Ходила взад и вперед по комнате, отводя взгляд от мертвого незнакомца и подростка у меня под ногами.
В один миг она печатала, но вот пальцы замерли в воздухе над клавишами. Она выключила компьютер и глубоко вздохнула.
— Ты права. Я…Я поверить не могу. Они выпустили эту мразь в прошлом месяце.
— Полагаю, он заслужил условно-досрочное, — пробормотала я.
— За эти годы я прочла несколько статей… Он постоянно настаивал на своей невиновности… — угрюмо сказала Пэм.
— Смотря что считать невиновностью, — хмыкнула я. Прикрыв глаза, я все еще чувствовала грубые ладони, скользящие вверх и вниз по внутренней стороне моих бедер. И его дыхание — кислое, со смесью пива и дешевого кофе.
Я вздрогнула.
— Ты в порядке? — Пэм с беспокойством посмотрела на меня.
Вот она, моя лучшая подруга. Неужели она наконец мне поверила?
— Все в порядке. Итак, он вышел. Что нам теперь делать?
— Все еще неизвестно, как он оказался здесь и сразу нашел нас.
— Да, знаю. Вот это меня и смущает, — заметила я.
— Он должен был остаться в Джорджии. Знаешь, многие люди верят, что это мы убили девочек…
— Перестань, — я сжала плечо Пэм, видимо, слишком сильно. Она дернулась от моей хватки. — Я не могу говорить о той ночи, — произнесла я, ослабив руку.
Пэм пыталась задвинуть клавиатуру в стол, но она застряла. Снова и снова она повторяла свою попытку — безрезультатно.
" Пэм даже в стрессовых ситуациях остается идеалисткой", — с горечью подумала я.
Она отодвинула стул, опустила лицо вниз и посмотрела на выдвижную полку.
— Не сейчас, Пэм. Серьезно. Скорее всего соскользнули полозья или еще что-то. Я, вероятно, сильно ударила по нему, — мой взгляд был сосредоточен на мертвых парнях.
Как и куда мне спрятать тела?
Но Пэм не слушала.
— Это не полозья, — проворчала она. Пэм опустилась на пол, забралась под стол и осмотрела подставку снизу. В считанные минуты отсоединила мышь и клавиатуру, а затем развернула системный блок.
— Там что-то есть, — сказала она, осторожно ковыряя пальцем что-то у меня под столом.
— Пэм! — простонала я. — Может, поднимешься с пола? Что с тобой не так, черт возьми?
Мои слова звучали странно, с нотками раздражения и страха, но если Пэм и заметила, то не отреагировала.
Медленно она извлекла что-то с пола и выползла из-под стола, держа это в руке.
— Какого черта?
Тонкий провод, похожий на миниатюрное зарядное устройство. Она держала это в руке, пытаясь выбраться из-под стола и подняться на ноги. Я схватила ее под локоть и помогла подняться, указывая на странный провод.
— Ты сломала мой компьютер?
Пэм тяжело дышала.
— Это не деталь компьютера. Как бы то ни было, он не присоединен к модему или к чему-то еще, — она протянула это мне.