Синдром второго шанса (СИ)

Эйдан смотрел на меня откровенно смеющимися глазами и не верил.
– Ты не поверил ни единому моему слову?
– Забавный рассказ. Книги писать не пробовала? Ты хочешь, чтобы я поверил в какой-то бредовый параллельный мир? А где же тогда вторая Кира если на то пошло?
– Но это правда, Эйдан! Пусть звучит безумно, но я не выдумываю! – воскликнула я в сердцах. – Как ты тогда объяснишь все эти странности? Неизвестное вещество в моей крови, другую манеру разговаривать, мои навыки? Меня даже собака не признала! Ты хотел честности – и я рискнула для тебя. А твоя Кира … боже! – непроизвольно застонала я, – Понимаешь, в просчётах Грэга выявилась серьёзная оплошность, которая в конце концов стоила ей жизни. В момент моего перехода её выбросило в мой мир, и её организм не справился, без связующего препарата у неё не было шанса. Кира умерла, не выходя из комы. Мне жаль. Каждый день я чувствую вину, осознавая свою ответственность за её гибель. Но я не могу ничего исправить, я украла чужую жизнь, влезла в, по сути, не мою семью, и я пользуюсь любовью мужчины, который принимает меня за другую девушку.
Эйдан всё ещё воспринимал мой рассказ за полёт фантазии, я отчётливо это видела по его лицу.
– А как же ты узнала, что другую Киру выбросило в твой мир? Тебе оттуда позвонили? Или с тобой на контакт вышли марсиане? Что только не придумает женщина, чтобы не отвечать на вопрос! Кира, я просил правду, а ты мелешь чушь.
– Я поддерживала связь с Грэгом, – бессильно уронила я руки. – В моём правом слуховом проходе закреплён микродатчик, Грэг синхронизировал спутники и чёрт знает что ещё, он как-то сумел связать параллели. Я знаю, что в это сложно поверить, я сама, проработав несколько лет в полиции – наслушалась массу небылиц, и эта не самая правдоподобная. Но это случилось со мной! Я больше не хочу начинать свои отношения с обмана, поэтому выложила тебе всё как на духу. Прошу тебя, поверь мне.
– Кира, – Эйдан потряс головой. – Это невозможно проверить. Ладно, не хочешь рассказывать про испанца сама не надо, я выясню по другим каналам.
– А если я докажу тебе? Раз мои клятвенные заверения тебя не пронимают, тогда я предоставлю тебе улику. Мы извлечём датчик! – решительно вскочила я. – Поехали, нужна всего лишь сверхчувствительная ультразвуковая аппаратура, это есть в любой нейрохирургической клинике. Предоставишь микросхему для изучения специалистам. Может, им ты поверишь больше!
Эйдан догнал меня у лифта, схватив меня за руку, он попытался втащить меня обратно в квартиру:
– Кира я не хочу ничего выяснять. Давай ты больше не будешь прилюдно делать из меня идиота. Вернись! Мы оставим эту тему.
– Нет! Теперь это уже принципиально для меня, даже если после этого ты бросишь меня за решётку! Я хочу, чтобы мне верили! – упёрлась я, ощущая, что буду биться до конца, теперь уже только так.
Не знаю, что не позволило ему выйти из себя, но то, что его били психи – было ощутимо даже в темноте. В машине мы просто шумно сопели, вздыхали и смотрели в разные стороны. В клинике Эйдан особо в подробности не вдавался. Одна его фамилия провоцировала врачей сделать мне трепанацию черепа без лишних расспросов и без сожаления в мой адрес. Но слава богу мне было достаточно всего лишь зонда с микрокамерой и магнитного пинцета.
– У моей жены что-то в ухе. Вы должны это извлечь! – приказ Прайса нужно исполнять. Возились со мной недолго, к неописуемому изумлению Эйдана, предоставив ему в доказательство извлечённый крохотный датчик.
– Я буду ждать дома. Когда изучишь эту штуку и решишь, что со мной делать, дай знать, – выдавила я, с большим трудом втянув воздух. Мне стало дурно. Теперь я стала не просто беззащитной. Само моё существование было под большим вопросом. Моя судьба, моя жизнь в этом мире, и жизнь моего будущего ребёнка теперь зависели от чувств этого человека, от того, сочтёт он меня фальшивкой или же даст шанс. Если Эйдан мне поверит – то он так же поверит в гибель его Киры, а я стану для него чужой. Врагом.
Возможно, я только что подписала себе смертный приговор. На какой-то миг я жутко пожалела об этом своём бездумном желании рассказать ему правду. Но менять показания было слишком поздно.
 
Обратно домой меня привёз Гарри. Даже не помню, чем я отговорилась от родителей, и как добралась до своей постели.
  
Глава 13
 
Пробуждение было резким, от невыносимого чувства горечи.
Синие-синие глаза Натана улыбались мне во сне – «детка, я ведь не совсем ушёл».
Сидя в кровати, покрытая холодным потом я всё ещё слышала его голос.
… Я погрешность в этом мире, вокруг меня враньё и боль, бывают минуты, когда мне кажется, что у меня не хватит сил, не хватит веры. А я ведь просто хотела быть немножечко счастливой.
Утро за окном такое же холодное и мрачное. В доме мёртвая тишина. Обняв урну с прахом Натана снова заваливаюсь спать. Тишина раздражает.
В следующую попытку проснуться, приоткрыв один глаз – смотрю на время. Полдень. Просто умираю от голода! Хочешь не хочешь, а приходится плестись на кухню, потому что кое-кто очень крошечный у тебя внутри требует свою порцию.
В гостиной уставившись в газету сидит Гарри.
– Ты здесь, – вяло бросаю ему. – А спал на диване? – знаю ведь, убедить Гарри оставить меня в покое невозможно, отныне он будет моей тенью пока жив, и с этим тоже ничего не поделаешь.
– Простите, что лезу со своим мнением, но я считаю, что было бы благоразумнее пользоваться здешней квартирой мистера Натана. Она гораздо просторнее, оборудована системой слежения, и я там никому не буду мешать.
– Здесь моя семья, так что Гарри, извини за невыносимые условия труда. Можешь пожаловаться в профсоюз, если у вас такой имеется.
Ставлю чайник, делаю себе бутерброд. Почему телефон молчит? Из моих мыслей меня вырывает несусветное хамство Гарри, вырвавшего бутерброд из моих рук и швырнувшего его в мусорное ведро. Пока я оторопело хлопаю глазами, он с самым невозмутимым видом ставит передо мной тарелку, высыпает туда мюсли и щедро заливает их молоком.
– Это пища более полезна для вашего состояния Кира.
– Почему все решили, что мне нужно указывать, что делать?! – взрываюсь я, но Гарри с невозмутимым видом садится и продолжает читать дальше.
Ничего не остаётся, как хлебать детскую кашку.
Тишина только усугубляет моё подвешенное состояние. И спать, как назло, больше не хочется. Я не могу позвонить ему первой. От нечего делать включаю компьютер, вбиваю в поисковике Джойс Батлер, ищу для Бена Райли его половину. Таких как обычно оказываются сотни, уточняю примерный возраст. Мне выдаются результаты поиска – семь девушек. Изучаю каждую по порядку – ни одна не подходит. Либо не все Джойс Батлер засветились в инете, либо её в этом мире просто не существует, хотя остаётся малая вероятность того, что та Джойс, которую я знала там, здесь носит совершенно другое имя. «Прекрати играть в бога, Кира, ты уже доигралась!» мысленно ругаю сама себя.
От раздавшегося звонка в дверь я чуть не свалилась со стула. Только на этот раз я не тороплюсь спускаться, а осторожно высунувшись из-за угла, прислушиваюсь к звукам. Голос Эйдана! Сердце рвётся как у марафонца на финише! Я теряю самообладание, ноги подкашиваются, только бы не отключиться! Но лучше сесть.
Он входит, и прямо с порога я чувствую, как меня пригвоздило его тяжелым взглядом. Эйдан присаживается напротив меня, смотрит и молчит.
Ещё немного и я закричу!
– Я ценю твою прямоту, – заговаривает он, когда я уже на грани. – Но это мало что меняет. Так же как ты была готова перенести все свои чувства на копии родных тебе людей, так и я воспринимаю тебя моей Кирой. Ты здесь, со всеми важными для меня качествами. Ты носишь нашу фамилию и ребёнка моего брата. И я просто не могу не думать о тебе Кира, даже если ты другая версия моей бывшей жены. Я хочу воспользоваться этим вторым шансом с тобой. Ты ведь это тоже чувствуешь, когда я прикасаюсь к тебе, как каждая клеточка сходит с ума? Такого раньше не происходило, с той, которая меня предала, было всё немного иначе. Но мы больше не будем поднимать эту тему, и разделять тебя и её. Твоя правда останется между нами, не стоит больше никому выворачивать душу, тем более что твоё доказательство хранится у меня. Один вопрос – какова вероятность того, что ты не перенесешься обратно? – как обычно, внимательный, плавящий тебя взгляд, всё его существо сосредоточенно лишь на тебе, и ты как зачарованная ощущаешь потребность продолжать с ним диалог.