"Зарубежная фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Он размашисто сел на свободный стул у стола и положил свою шляпу на его край.
— Ты должен извинить нас, Дирк… — начал было Ричард.
— Нет, боюсь, это вам придется извинить меня, — перебил его Дирк. — Дело в том, что загадка разгадана, и самое удивительное в том, что разгадку подсказал мне семилетний мальчуган, встреченный мною на улице. Однако она, бесспорно, верна и в этом нет ни малейшего сомнения. «Какая разгадка?» — спросите вы, если, конечно, я позволю вам вставить хотя бы словечко. Уверяю, вам это не удастся, потому что я сам отвечу на этот вопрос следующим образом: ответа вообще не будет, потому что вы все равно в него не поверите. Лучше будет, если я сам вам все покажу и сегодня же.
Будьте уверены, это все объяснит. Я хочу сказать, что это объяснит фокус и, кстати, ту записку, которую ты нашел в книге. Я должен был бы сам догадаться относительно нее, если бы не был дураком. Она позволяет узнать, каким был неизвестный нам третий вопрос. Но — самое главное — она проливает свет на недостающий первый вопрос.
— Это еще что за недостающий вопрос? — быстро спросил Ричард, воспользовавшись короткой паузой.
Дирк посмотрел на него, как смотрят на круглого болвана.
— Вопрос, который задал король Георг Третий, конечно, — уверенно заявил он.
— Кому задал?
— Конечно же, профессору, — нетерпеливо пояснил Дирк. — Ты что, не помнишь? Это же было совершенно очевидным. — Дирк с досадой ударил ладонью по столу. — Мне помешала все понять сущая безделица, ничтожный факт, всего лишь утверждение, что это «абсолютно невозможно»! Шерлок Холмс сказал: если отбросить невозможное, то останется невероятное. А это и есть ответ. Но я не собираюсь отбрасывать даже невозможное. Именно сейчас. А теперь пойдем.
— Нет.
— Что? — Дирк сверкнул глазами в сторону Сьюзан, которая совершенно неожиданно, по крайней мере для него, оказала сопротивление.
— Мистер Джентли, — произнесла она голосом холодным и режущим как сталь. — Почему вы умышленно внушили Ричарду, что его ищет полиция?
Дирк нахмурился.
— Но полиция действительно его искала, — возразил он. — И сейчас ищет.
— Да, но только, чтобы задать ему всего несколько вопросов, а вовсе не потому, что считает его убийцей.
Дирк потупил глаза:
— Мисс Уэй, полиция хочет знать, кто убил вашего брата. Я же, при всем моем уважении к его памяти, не хочу этим заниматься. Это, возможно, имеет какое-то значение для расследования, но скорее всего убийцей был обыкновенный маньяк. Меня же интересует, почему вчера вечером Ричард забрался через окно в вашу квартиру.
— Я же тебе все рассказал, — рассердился Ричард.
— То, что ты мне рассказал, — это все ерунда, не имеющая никакого значения. Она лишь подтверждает, что ты сам не знаешь истинную причину своего поступка. Неужели я тебе не доказал это достаточно убедительно во время прогулки вдоль канала?
Ричард буквально кипел от негодования.
— Я следил за тобой, — настаивал Дирк, — и мне было ясно, что ты мало понимал тогда, что делал, более того, ты совершенно не думал о грозящей тебе опасности. Сначала я решил, что это бродяга, отважившийся на свою первую, а может, и последнюю кражу. Но затем ты повернулся, и я узнал тебя. Я всегда знал тебя умным, рассудительным и очень уравновешенным человеком, Ричард Мак-Дафф, подумал я. Рискуя жизнью, среди ночи взобраться по водосточной трубе? Такое поведение можно объяснить только состоянием крайнего возбуждения и отчаяния. Не так ли, мисс Уэй?
Он пристально посмотрел на Сьюзан, которая медленно села на стул и тоже смотрела на него глазами, полными страха и тревоги. Это означало, что она все поняла.
— И все же, когда утром ты пришел ко мне, ты был спокоен и собран. Ты вполне здраво рассуждал, когда я нес околесицу про кошку Шредингера. Ты не был похож на человека, в отчаянии решившегося совершить невероятное. Признаюсь, именно тогда я опустился до лжи и преувеличил грозящую тебе опасность. Я сделал это, чтобы держать тебя в руках.
— Тебе это не удалось. Я ушел.
— Кое-что задумав, не так ли? Я знал, что ты вернешься. Я приношу свои извинения, что, как бы это сказать, обманывал тебя, но то, что я пытаюсь найти, находится вне сферы интересов и забот полиции. Дело в том, что ты вчера отважился на несвойственные тебе действия, когда взбирался по отвесной стене… Кто ты в таком случае и почему это сделал?
Ричард вздрогнул. Его молчание затянулось.
— Какое это имеет отношение к фокусам? — наконец спросил он.
— Это мы узнаем в Кембридже, куда должны немедленно поехать.
— Почему ты так уверен…?
— Это беспокоит меня. — Лицо Дирка было суровым и мрачным.
Для человека, обычно словоохотливого, он теперь стал скуп на слова.
— Я вдруг обнаружил, что о чем-то знаю, но не могу понять, откуда и как я мог это узнать. Возможно, здесь срабатывает тот самый инстинкт, который помогает мгновенно поймать мяч, даже еще не видя, что он летит. Или этот же инстинкт, только еще более глубокий и неосознанный, предупреждает тебя, что за тобой следят. Для моего интеллекта является оскорблением, что столь высмеиваемая мною людская доверчивость… оказывается, присуща и мне тоже. Ты помнишь… эту печальную историю с экзаменационными билетами?
Он действительно казался расстроенным и подавленным. Ему стоило усилий заглянуть в самого себя, чтобы продолжить разговор.
— Умение сосчитать, что дважды два четыре, извлечь квадратный корень из пятисот тридцати девяти… это несколько, согласитесь, другое. А я… Позвольте мне… э-э-э… привести один пример.
Дирк был взволнован и наклонился низко над столом.
— Вчера я увидел, как ты лез в окно этой квартиры. Я сразу почувствовал неладное. Сегодня я заставил тебя рассказать мне все до мельчайших подробностей о том, что произошло вчера. Теперь я напряг свой мозг, использовал весь свой интеллект, чтобы, возможно, разгадать величайшую тайну, которую хранит эта планета. Клянусь, это так, и я могу это доказать. Вы должны поверить мне. Если я скажу вам, что знаю нечто страшное, об ужасном зле, которое мы должны немедленно предотвратить, ты поедешь со мной в Кембридж?
Ошеломленный Ричард кивнул.
— Отлично, — облегченно промолвил Дирк. — А что это? — указал он на тарелку Ричарда.
— Маринованная селедка. Хотите попробовать? — предложила Сьюзан.
— Нет, спасибо. — Дирк поднялся и стал застегивать пальто. — В моем лексиконе, — добавил он, направляясь к двери и прихватив с собой Ричарда, — нет слова «селедка». Всего хорошего, мисс Уэй, и пожелайте нам вовремя добраться.
25
Глухо рокотал гром, предвестник нескончаемого моросящего дождя с северо-востока, извечного спутника всех земных катаклизмов.
Дирк поднял воротник кожаного пальто, спасаясь от непогоды, но она не могла погасить его почти дьявольского веселья, когда они с Ричардом подходили к древним воротам двенадцатого века.
— Колледж Святого Седда, Кембридж! — торжественно воскликнул Дирк, спустя восемь лет снова видя перед собой эти ворота. — Сооружены в каком-то году, кем, не помню, в честь кого, тоже забыл.
— Святого Седда? — высказал предположение Ричард.
— А знаешь, вполне возможно. Один из самых занудных святых во всем Нортхьюмберленде. Его братец Чэд был еще занудней. Его именем назван собор в Бирмингеме, если тебе это что-то говорит. А, Билл, рад видеть тебя, — поприветствовал он привратника, который, опередив их, вошел в ворота.
Тот оглянулся:
— Мистер Чьелли! Рад вашему возвращению, сэр. Сожалею, что у вас были неприятности, и надеюсь, что все уже позади.
— Да, Билл, все уже позади. Как видишь, я жив и здоров. А как миссис Робертс? Ее все еще беспокоит нога?
— Нет, с тех пор, как ее отняли. Спасибо, сэр, за внимание. Но между нами, я не возражал бы, если бы, ампутировав, ее все же оставили нам. Я даже приберег для нее местечко на каминной доске. Но что поделаешь, нельзя так нельзя. Мистер Мак-Дафф, — добавил он, кивнув Ричарду. — Кстати, о лошади, о которой вы вчера вечером спрашивали, сэр. Нам пришлось убрать ее из профессорской квартиры. Она ему мешала.