"Зарубежная фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Машина грохнулась на бетонный склон, рассеивая вокруг обломки, которые заскользили вниз к реке. Благодаря монтировке ему всё же удалось погасить скорость своего движения и плавно соскользнуть на мелководье реки Лотол; куски автомобиля прибыли туда раньше. С трудом поднявшись на ноги, он принялся гадать, как выбраться из этого бетонного ущелья. То, что осталось от шофёра, уплывало по течению, розовым комом крутясь в воде. Он поморщился, глядя в зеркало. В чёрной фарфоровой раковине кружилась мыльная вода с красными крапинками.
— Я пропускаю завтрак, теряю прекрасного шофёра и свой лучший автомобиль, в пятнадцатый раз ломаю себе нос, а мой любимый старый плащ, с которым связано столько воспоминаний, теперь похож на грязную тряпку… и ты мне говоришь «занятно»?
— Извини, Шераданин, я просто хочу сказать — это странно. Зачем им это делать? Думаешь, это было подстроено?
— А как по-твоему?
— Ну, несчастный случай.
— Я вызвал полицию и автомобиль для себя, а потом заново проехал весь этот путь. Никаких знаков, всё исчезло — но остались следы растворителя на верху ливневого водостока — там, где были нарисованы красные линии.
— А… А, да… — голос Дизиэт звучал странно. Он снял с мочки уха бусину и посмотрел на неё.
— Сма?
— Но… если это та парочка из Правления, то полиция ничего не будет делать. И всё-таки мне непонятно, почему они так себя ведут.
Он выпустил воду из раковины и осторожно промокнул нос пушистым полотенцем. Серёжка-терминал вернулась на прежнее место.
— Возможно, им просто не нравится, что у меня есть доступ к средствам «Авангарда». Или они думают что «Авангард» — это я и есть?..
— О-о… Да. Извини. Да, я всё слышала. Наверное, ты прав.
— Есть ещё кое-что.
— Ну?
Он помахал перед собой пластиковой карточкой, где на фоне изображения бурной вечеринки медленно загоралось и гасло сообщение.
— Приглашение. Читаю: «Господин Стабериндо! Поздравляем с чудесным спасением от почти верной гибели и ждём вечером на бал-маскарад. Костюм предоставляется, за вами прибудет автомобиль». Портье утверждает, что приглашение пришло примерно в то же самое время, когда я звонил в полицию.
— Побереги свою задницу! — послышалось хихиканье, принадлежавшее не только Сма.
— Дизиэт, если я не вовремя… — ледяным тоном начал он.
Женщина откашлялась и заговорила преувеличенно деловито:
— Вовсе нет. Так ты едешь?
— Думаю, да. Только не в их костюме.
— Мы будем за тобой следить. Ты абсолютно уверен, что тебе не нужен ни…
— Мы не будем это даже обсуждать, Дизиэт, — прервал он её, продолжая осторожно вытирать лицо салфеткой. — И если эти люди так среагировали из-за «Авангарда», то я попытаюсь убедить их в том, какая возможность для них здесь открывается.
— Ты о чём?
Он прошёл в спальню и повалился на постель, уставившись в разрисованный потолок.
— Бейчей ведь был связан с «Авангардом»?
— Год-другой в качестве почётного президент-директора. Придавал ему, так сказать, респектабельность.
Он сел на кровати, глядя в окно на яркий от снега город.
— Одна из теорий, в которую верят, по нашему мнению, эти ребята, заключается в том, что управляет некая сентиментальная машина, у которой имеются сознание и совесть…
— Или какой-то старый отшельник с филантропическими намерениями, — добавила Сма.
— А теперь бразды правления захватил кто-то, кто вывел из строя машину или расправился с отшельником. И принялся сорить деньгами.
— Хмм, — произнесла Сма, — ммм… Ммм… — Она снова кашлянула. — Да. Полагаю, он вёл бы себя, как ты.
Рядом с постелью что-то загудело.
— Подожди. — Он взял в руки прибор, с помощью которого проверял комнаты в день своего прибытия. Посмотрев на дисплей, встал с постели и поспешно покинул номер. Шагая по коридору с прибором в руках, сообщил:
— Извини, кто-то хотел нас подслушать. Он вошёл в номер, где окна выходили на склон каньона, и сел на постель.
— Нельзя ли создать такое впечатление, будто за несколько дней до моего появления в «Авангарде» что-то произошло. Некая катастрофа, признаки которой проявляются только теперь? Это возможно?
— Я… — Сма заколебалась. — Не знаю. Корабль?
— Да, — откликнулся «Ксенофоб».
— Можно сделать то, о чём только что попросил Закалве?
— Повторите. Он повторил.
— Да, кто-нибудь из ОКК сделает это.
— Отлично, — он постарался лечь поудобнее. — Надо будет подкорректировать некоторые данные в тех компьютерах, куда можно залезть. Ну, скажем, о том, что «Авангард» пускает с молотка отдел, занимающийся разработкой ультрапрочных материалов, приобретает акции компаний, известных своими проземлянскими настроениями, закрывает несколько фабрик, сворачивает благотворительную деятельность, запускает лапу в пенсионный фонд…
— Закалве! Нас ведь считают славными ребятами!
— Знаю. Но если я смогу заставить наших друзей из Правления думать, что это я захватил «Авангард», то… Дизиэт, почему я должен все разжёвывать?
— Ты думаешь, они устроят тебе встречу с Бейчеем, чтобы ты убедил его в безупречности «Авангарда»?
— Именно.
Он поправил стянутые в хвост волосы и сцепил руки на затылке. В этом номере в потолок было вделано зеркало, таким образом у него появилась возможность внимательно рассмотреть себя.
— Твоя затея кажется мне сомнительной.
— Думаю, мы должны попробовать.
— И разрушить репутацию, которая создавалась десятилетие?
— Это важнее, чем остановить войну, Дизиэт?
— Конечно, нет, но… Ах… Конечно, нет, но где гарантия, что это сработает?
— Это сработает вернее, чем предложение университету приобрести таблички.
— Тебе никогда не нравился этот план, не правда ли? — раздражённо произнесла Сма.
— Этот лучше, поверь. И сделайте все как можно скорее — чтобы на маскараде ко мне уже обратились бы с просьбой.
— Ладно, но таблички…
— Сма, я договорился о новой встрече с ректором на послезавтра. Могу упомянуть и про таблички, идёт?
— Полагаю, что… Так… так… о, ух ты! Закалве, мы уже начали… У тебя все?
— Да, — сказал он.
— О… о… великолепно… замечательно. Закалве, пока!
Он сорвал бусину с мочки и швырнул через всю комнату.
— Похотливая тварь! — затем взглянул на потолок и взял трубку телефона. — Да, могу я поговорить с… Трейбо. Да, пожалуйста. Портье Трейбо? Друг мой, мне иногда нравится побыть в компании, понимаете? В самом деле… Разумеется, большие чаевые, если… Совершенно верно… и если она явится со спрятанным где-то пресс-пропуском, то вы — покойник.
Скафандр был уязвим для тактического оружия. Он несколько раз подпрыгнул, проверяя его вес, за это время капсула зарылась в песок пустыни, потом сел в машину и поехал чуть быстрее, чем обычно — надо было прибыть в отель до того момента, как за ним прибудет лимузин.
После полудня по его распоряжению двор отеля очистили от журналистов. Подъехал и плавно остановился огромный тёмный автомобиль — гораздо внушительнее того, в котором он едва не погиб сегодня утром. Поздоровавшись с шофёром, который вежливо поклонился ему, он нырнул в полумрак обтянутого блестящей кожей салона и развалился на широком сиденье, которое больше напоминало постель.
Мимо окон автомобиля струились вечернего огни города. Он обнаружил на сиденье-постели бумажный свёрток, аккуратно перевязанный разноцветной лентой. Г-н Стабериндо — сообщала надпись, сделанная от руки. Развернув бумагу, он достал костюм, затем нажал на подлокотнике кнопку, позволявшую ему говорить с шофёром.
— Насколько я понял, это мой костюм. Кого он собственно изображает?
Седоволосый водитель посмотрел через плечо и достал что-то из кармана куртки.
— Здравствуйте, — произнёс искусственный голос, — меня зовут Моллен. Я не могу говорить, поэтому пользуюсь этим прибором. — Шофёр взглянул на дорогу, затем снова на свой прибор. — Что вы хотите знать?