"Зарубежная фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Побледневший Пекил неуверенно помахал ему в ответ. Флер-Имсахо, поколебавшись, остался с азадианцем.
Шохобохаум За повернулся к Гурдже, снял руку с его плеча и, немного понизив голос, произнес:
— От этого Пекила мухи дохнут. Надеюсь, вы не возражаете, что я вас увел.
— Пожалуй, я справлюсь с угрызениями совести. — Гурдже оглянул собрата по Культуре с ног до головы. — Насколько я понимаю, вы — посол?
— Именно. — За рыгнул. — Сюда, — кивнул он, ведя Гурдже сквозь толпу. — Я тут среди всякой выпивки нашел бутылки с грифом и хочу приложиться к одной-двум, прежде чем до них доберутся император и его дружки.
Они прошли мимо низкой сцены, на которой расположился грохочущий оркестр.
— Сумасшедшее место, правда? — прокричал За, обращаясь к Гурдже.
Они направились в заднюю часть зала. Гурдже недоумевал, что именно хочет сказать За.
— Ну, вот мы и пришли.
За остановился перед длинным рядом столов. За ними стояли азадианцы-мужчины в ливреях, подавая гостям еду и напитки. Сверху, на громадной изогнутой стене, висел гобелен, украшенный алмазами и золотой нитью: он изображал древнее космическое сражение.
За присвистнул и, нагнувшись над столом, шепнул что-то подошедшему к нему высокому суровому азадианцу; Гурдже увидел, как посол сунул лакею клочок бумаги. Потом За ухватил Гурдже за запястье и повел его от столов к большому закругленному дивану, стоящему у основания мраморной колонны. Колонна с желобками была отделана золотом и серебром.
— Сейчас вы попробуете, что это такое, — сказал За, наклонившись к Гурдже и подмигнув ему.
Кожа у него была чуть светлее, чем у Гурдже, но гораздо темнее, чем у среднего азадианца. Судить о возрасте людей Культуры было бесконечно трудно, но Гурдже решил, что За на десяток лет моложе его.
— Вы пьете? — спросил За, словно неожиданно встревожившись.
— Я пропускаю алкоголь мимо желудка.
За выразительно покачал головой.
— Не делайте этого с грифом. — Он похлопал Гурдже по руке. — Это будет настоящей трагедией. Такое следует признать предательством с отягчающими обстоятельствами. Лучше вместо этого секретировать Состояние кристальной фуги. Великолепная комбинация — у вас от нее нейроны разбегутся. Гриф — это черт знает что. Его, понимаете ли, поставляют с Эхронедала. Поставляется на игры, готовится только во время сезона Кислорода. Мы получаем гриф, которому не меньше двух Больших лет. Стоит целое состояние. Это такая отмычка для дамских ножек — получше косметического лазера. Ну да ладно. — За сел, сцепил ладони и серьезно поглядел на Гурдже. — Так что вы думаете об империи? Она замечательная, правда? То есть я хочу сказать, порочная, но сексуальная. — За вскочил со своего места — к ним приближался слуга-мужчина с подносом, на котором стояли два небольших закрытых кувшина. — Наконец!
Он взял поднос с кувшинами в обмен на еще один клочок бумаги. Открыв оба кувшина, За протянул один Гурдже, а свой поднес к губам, зажмурился и глубоко вдохнул. Потом пробормотал вполголоса что-то вроде заклинания и наконец выпил содержимое, не размыкая век.
Когда он открыл глаза, Гурдже сидел, опершись локтем о колено и положив на руку подбородок, и вопросительно смотрел на него.
— Вы уже таким и были, когда вас пригласили на эту работу? — спросил он. — Или это влияние империи?
За рассмеялся низким смехом, уставя глаза в расписной потолок. Роспись изображала сражение древних кораблей тысячелетней давности.
— И то и другое, — сказал За, продолжая посмеиваться. Он кивнул на кувшин Гурдже, на его лице появилось веселое, но (как показалось Гурдже) более осмысленное выражение. Гурдже подумал, что ему на несколько десятков лет больше, чем казалось поначалу.
— Вы будете пить? Чтобы угостить вас, я потратил столько, сколько неквалифицированный рабочий зарабатывает за год.
Гурдже заглянул в живые зеленые глаза, потом поднес кувшин к губам.
— За неквалифицированных рабочих, мистер За, — сказал он и выпил.
За снова громогласно рассмеялся, закинув голову.
— Я думаю, мы с вами сойдемся, игрок Гурдже.
  
Гриф оказался сладковатым, ароматизированным, изысканным, с запахом дымка. За осушил свой кувшин, поднеся тонкий носик к открытому рту, чтобы насладиться вкусом последних капель, затем посмотрел на Гурдже и чмокнул губами.
— Проходит, как жидкий шелк. — Он поставил кувшин на пол. — Значит, вы собираетесь участвовать в игре, Жерно Гурдже?
— Я здесь именно для этого. — Гурдже отхлебнул еще пьянящей жидкости.
— Позвольте мне дать вам совет. — За прикоснулся к его руке. — Не заключайте пари ни на что. И наблюдайте за женщинами… или за мужчинами, или за теми и другими и вообще за всем, с чем соприкасаетесь. Будьте осторожны, иначе попадете в очень неприятные переделки. Даже если вы не желаете секса, вы можете скоро обнаружить, что некоторые из них, особенно женщины, страшно хотят выяснить, что у вас между ног. И они к таким делам относятся на удивление серьезно. Если вас интересуют телесные игры — сообщите мне, у меня есть контакты, я смогу все устроить — чудненько и без всякого шума. Полная тайна и крайняя осторожность гарантируются — спросите кого угодно. — За рассмеялся, потом снова коснулся руки Гурдже и посмотрел на него без тени улыбки. — Я серьезно. Могу для вас это устроить.
— Буду иметь в виду. — Гурдже отхлебнул еще. — Спасибо за предупреждение.
— Не стоит благодарности. Я был рад. Я здесь уже восемь… девять лет. Моя предшественница продержалась всего двадцать дней. Ее выставили за то, что она попыталась приударить за женой министра. — За покачал головой и фыркнул. — То есть я хочу сказать, стильный поступок, но, черт побери, — министр! Свихнувшаяся сучка — ей повезло, что ее только выкинули. Будь она одной из них, ей набили бы все дыры кислотным лишайником, а уж потом бросили в тюрьму. У меня в паху зудит, стоит об этом подумать.
Гурдже не успел ответить, а За — продолжить, так как с вершины роскошной лестницы раздался жуткий, невыносимый звук, словно одновременно разбились тысячи бутылок. Он пронесся по всему бальному залу.
— Черт, император. — За встал и кивнул на кувшин Гурдже. — Допивайте, дружище!
Гурдже медленно поднялся и втиснул кувшин в руку За.
— Допейте сами. Кажется, вам этот напиток нравится больше.
Тот закупорил кувшин и сунул себе под платье.
На вершине лестницы бурлила жизнь. Люди в зале тоже заволновались и образовали что-то вроде человеческого коридора — от нижних ступенек до большого сверкающего сиденья на невысоком возвышении, укрытом золотой материей.
— Лучше вернитесь на свое место, — сказал За.
Он снова попытался ухватить Гурдже за запястье, но тот неожиданно поднял руку — разгладить бородку, и За промахнулся.
Гурдже приглашающе кивнул:
— После вас.
За моргнул и зашагал вперед. Они оказались позади группы людей, стоящих перед троном.
— Вот ваш дружок, Пекил, — сообщил За верховнику, у которого был взволнованный вид.
Гурдже встал рядом с Пекилом, слыша, как Флер-Имсахо гудит у него за спиной, на уровне поясницы.
— Мистер Гурдже, мы уже начали за вас волноваться, — прошептал Пекил, нервно поглядывая на лестницу.
— Правда? Приятно знать, что о тебе волнуются.
Вид у Пекила был недовольный — может, его опять неправильно титуловали?
— У меня хорошие новости, Гурджи, — прошептал он и посмотрел на Гурдже, который пытался изображать любопытство. — Мне удалось получить для вас персональное представление Их Императорскому Высочеству Императору-Регенту Никозару!
— Это такая честь, — улыбнулся Гурдже.
— Верно, верно. Удивительная и исключительная честь! — выдохнул Пекил.
— Только не изговняйте ее, — пробормотал сзади Флер-Имсахо.
Гурдже повернулся к машине.
Оглушительный шум раздался снова, пронесся по лестнице, быстро заполнив ее во всю ширину, и большая цветастая толпа людей перед Гурдже откатилась вниз по лестнице. Гурдже решил, что тот, кто впереди, с длинным посохом, и есть император (или император-регент, как его назвал Пекил), но на последней ступени этот верховник отошел в сторону и прокричал: