"Зарубежная фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Он не знал, что делать. Нажать или не нажать кнопку прослушивания, но сам не заметил, как уже нажал ее. Не прошло и четырех минут оркестровой музыки, медленно наполнившей комнату своими успокаивающими звуками, как в прихожей послышался шум открываемого дверного замка.
В панике Ричард выключил автоответчик, вытащил кассету и поспешно сунул ее в карман, а на ее место вставил новую, лежавшую рядом. У него дома тоже лежала вот такая же стопка кассет.
Сьюзан, секретарь Уэя, аккуратно снабжала его ими. Бедная многострадальная Сьюзан. Он должен завтра утром выразить ей свое соболезнование, если у него будет время и он не забудет.
Неожиданно для себя он вдруг передумал и тут же вынул новую кассету и заменил ее старой, которую вытащил из кармана. Включив перемотку, он сел на диван и постарался в считанные секунды принять самую непринужденную, интригующе расслабленную позу, многозначительно спрятав руку за спиной.
Лицу своему он придал выражение искреннего раскаяния, задумчивости и томности влюбленного. Едва успел он это проделать, как в комнату вошел не кто иной, как Майкл Вентон-Уикс.
Все вдруг замерло и остановилось.
За окном утих ветер. Остановились в своем полете ночные совы — а может, это было не так, и они продолжали летать. Но это уже было не важно. Выключились батареи отопления, подававшие тепло, и в комнате повеяло холодом.
— Что ты делаешь здесь, Среда? — потребовал ответа Ричард, вставая с дивана и чувствуя, как его переполняет гнев.
Майкл Вентон-Уикс был крупный мужчина, с вечно печальным лицом. Многие звали его еще Средой, ибо именно в этот день он обычно почему-то щедро раздавал всяческие обещания. Он был одет в отлично сшитый костюм своего отца, покойного лорда Магна, заказанный тем у портного лет сорок назад.
Имя Майкла Вентон-Уикса стояло в первых строках чрезвычайно ограниченного списка избранных, которых Ричард откровенно презирал.
Ричард не любил Майкла еще и потому, что ему противна была сама мысль о существовании таких субъектов, которые не только считают себя высшей кастой, но еще и обижаются на всех за то, что тем, мол, невдомек, как нелегко нести бремя собственной элитарности.
Причина неприязни Майкла к Ричарду была совсем простой: Ричард не только не любил Майкла, но еще и не скрывал этого.
Майкл бросил долгий и печальный взгляд в сторону передней, откуда наконец появилась Сьюзан. Увидев Ричарда, она остановилась, положила сумочку и принялась разматывать шарф. Затем, расстегнув и сняв пальто, она передала его в руки Майклу и, приблизившись к Ричарду, влепила ему звонкую пощечину.
— О Боже, как я мечтала об этом весь вечер! — буквально в ярости воскликнула она. — И перестань делать вид, что у тебя за спиной букет, который ты забыл принести. Хватит, ты это уже проделал в прошлый раз.
Вскинув голову, она демонстративно повернулась к нему спиной.
— На этот раз я забыл коробку шоколадных конфет, — печально произнес Ричард, показывая удаляющейся спине Сьюзан свои пустые ладони. — Мне нужны были свободные руки, чтобы по стене забраться в твою квартиру. Не представляешь, каким дураком я себя почувствовал, когда влез сюда.
— Не смешно, — оборвала его Сьюзан и ушла в кухню. По звукам, которые вскоре донеслись оттуда, было похоже, что она принялась молоть кофе голыми руками. Для столь милой и деликатной девушки у Сьюзан было слишком много темперамента.
— Это правда, — взмолился Ричард, полностью игнорируя присутствие Майкла. — Я чуть не разбился.
— Не жди, что я поверю твоему вранью, — крикнула из кухни Сьюзан. — Если ты намерен продолжать шутить в таком роде, я с удовольствием запущу в тебя чем-нибудь острым и тяжелым, только появись.
— Как я понимаю, бесполезно объяснять тебе что-либо и просить прощения, — обреченно произнес Ричард.
— Еще бы! — Сьюзан появилась на пороге кухни, глаза ее метали молнии, нога угрожающе постукивала по полу.
— Сколько можно, Ричард! — воскликнула она. — Ты опять скажешь, что забыл. Как у тебя хватает наглости после всего считать себя человеком, даже если у тебя две ноги, две руки и как будто голова на плечах? Ты ведешь себя, как презренный микроб, дизентерийная амеба! Но даже самое ничтожное одноклеточное не подводит так свою подружку.
  
— Согласен, я подвел тебя, — отрывисто и быстро произнес Ричард. — Но знала бы ты, что произошло. Тебя бы тоже обескуражила лошадь в ванной. При твоей любви к аккуратности и порядку…
— О Майкл, — нетерпеливо прервала Ричарда Сьюзан, обращаясь к своему гостю. — Да не стой же ты с таким видом, будто ты шар, из которого выпускают воздух. Благодарю тебя за ужин и концерт, все было очень мило, и я получила удовольствие от всех твоих неприятностей, которыми ты со мной так щедро поделился. Было приятно отвлечься на время от своих. Но теперь будет лучше, если я поскорее найду твою книгу и выпровожу тебя домой. У меня масса дел, я буду очень занята и не смогу уделить тебе внимания, а я знаю, как это обижает тебя…
Она взяла из рук Майкла свое пальто и повесила его на вешалку. Держа пальто Сьюзан в руках, Майкл настолько проникся важностью этого действия, что почти не замечал того, что происходило вокруг. Поэтому, когда Сьюзан взяла у него пальто, он как бы растерялся и с трудом вернулся к действительности. Словно проснувшись, он удивленно перевел на Ричарда свои большие коровьи глаза.
— Ричард, я… э-э-э… я прочитал твою статью… в журнале «Постижение». Музыка и… э…
— «Фрактальные пейзажи» [6], — быстро помог ему Ричард. Он менее всего собирался обсуждать с ним его идиотский журнал. Вернее, его бывший журнал.
Но, кажется, именно это ему теперь грозило.
— Э… да, очень интересная статья… — продолжал Майкл своим бархатным, приятным, обволакивающим голосом. — Абрисы гор, деревьев и все такое прочее. Рециркулирование водорослей.
— Рекурсивные алгоритмы.
— Да. Конечно. Очень интересно. Но как неправильно, как ужасно несправедливо. Я хочу сказать, неправильно для журнала. Ведь это журнал, посвященный искусствам. Я никогда не позволил бы печатать такое в моем журнале. Ни за что! Росс окончательно погубил его. Окончательно. Он должен уйти. Должен. Ему чужды какие-либо высокие чувства, и к тому же он вор.
— Нет, он не вор, Среда, это явный абсурд, — огрызнулся Ричард, не заметив, что уже был втянут в спор, несмотря на то, что зарекся этого не делать. — Он не виноват в том, что ты потерял журнал. Во всем виноват ты сам…
Майкл со свистом втянул в себя воздух, столь велико было его негодование.
— Ричард, — сказал он своим самым вежливым и мягким голосом. Говорить с ним, подумал Ричард, все равно что запутаться в парашютном шелке. — …Ты не понимаешь, как важно…
— Майкл, — тихо, но решительно не дала ему закончить Сьюзан и открыла дверь. Майкл Вентон-Уикс покорно кивнул и сник еще больше.
— Вот твоя книга. — Сьюзан протянула ему небольшой потрепанный томик о церковной архитектуре графства Кент. Майкл взял его, пробормотал слова благодарности, растерянно оглянулся, словно удивился чему-то, но тут же овладел собой и молча, уже на прощанье, кивнув, ушел.
Ричарду совсем не понравилось, что в обществе Майкла он все время испытывал странное напряжение и тревогу и, когда тот ушел, почувствовал, как словно гора свалилась с плеч. Он никогда не одобрял странной симпатии Сьюзан к Майклу, хотя она и пыталась скрыть ее намеренной грубостью. Значит, именно поэтому она и грубит ему…
— Сьюзан, что мне сказать тебе? — виновато начал Ричард.
— Скажи хотя бы для начала: «Ох!» Ты не доставил мне этого удовольствия, когда я влепила тебе пощечину, и, кажется, основательную. Господи, почему так холодно? Зачем открыто окно?
Она подошла к окну и опустила поднятую раму.
— Я же тебе говорил. Я влез через окно, — объяснил Ричард.
Что-то в его голосе заставило ее вдруг посмотреть на него в испуге и удивлении.
— Это правда, — подтвердил он. — Все как на рекламе шоколадной фабрики, только в руках кавалера, когда он взбирался по водосточной трубе, была коробка конфет. — Он виновато улыбнулся.